Я бодро двинул к хозяину — надо же в конце концов узнать, кто это там к нам припожаловал.
— Сиди, — приказал я ему, вскочившему было поклониться.
Вальяжно усевшись за стол, я ткнул пальцем в браслет и развернул картинку с «Шершня». Ткнув пальцем в людей, я поинтересовался:
— Это кто?
— Это наш барон — Голен.
— «Вот и славно — трам-пам-пам», — пропел я из известного фильма. — И за каким это… он к тебе на заимку прется?
Хотя слово «заимка» я произнес и по-русски, но хозяин меня понял.
— Налоги… это… собирать будет, ваша светлость, — обреченно пояснил он мне.
— И чем ты ему платить будешь? — зачем-то поинтересовался я, одеваясь. Телег для сбора дани я чего-то видел только пару.
— Известно чем — продуктами да деньгами, ваша светлость.
— Покажи-ка мне деньги?
Хозяин, открыв шкафчик, висящий рядом с печкой, достал кошель. Открыв его, он достал и протянул горсть монет.
Мать моя женщина!? Я ожидал всякого, но местная экономика сумела меня удивить. Пластмассовые деньги!!! Не золото или серебро — пластмасса.
Судя по всему, Тагир не врал. Все ресурсы в жопе. Но единый знаменатель нужен — вот их и изобрели. Местные деньги смахивали на жетоны метро.
— Ладно, сейчас поболтаем с твоим бароном и займемся делами. Скажи своим, чтоб попрятались и под руки не лезли.
— А ежели что…?
— «А ежели что…», — передразнил я его, — У нас не бывает! Чтоб тихо все было и детей прибери. И чтоб не лезли! Ты меня понял?! — с нажимом произнес я.
— Да…
— Вот и ладно.
Дисциплинка тут на высоте. Пока мы ели, дети быстро шмыгали мимо нас наверх, только исподтишка поблескивая любопытными глазенками. А жена и дочки бесплотными и молчаливыми тенями двигались, накрывая и подавая… вот и сейчас — пара затрещин и оплеух, несколько смачных ругательств и все попрятались.
Одев скаф и отдав команду своим: — «Код три-два». Я встал посреди двора, поджидая местного барончика. На забрало моего шлема «Шершнем» транслировалась картинка приближающейся кавалькады.
Если кто-то думает, что я раздумывал о том, как себя вести или какие речи держать, то уверяю вас что это совсем не так. Я думал только о том, как мне представиться в свете новых обстоятельств. Меня поименовали «светлостью». Светлость — это вроде граф. Граф это как-то мелковато, что ли. «Для Атоса - слишком много, для графа де ла Фер - слишком мало…». Не, не тяну я на Атоса. Нет во мне никакого особо благородства и вереницы благородных предков. Мои - были обычными. Честными и простыми работягами. Просто работали и кормили меня. Для них было главное чтоб я был сыт. И образование по возможности получил. Вот в общем и все. Книжки меня воспитывали. Да пример отца и матери. Это я потом понял сколько они для меня сделали… Но вот ещё что. Если Симеон не врал, он вообще не врет, какие-то предки мои были боярами, а как перевести боярина в чины — я и не знаю… но ведь надо как-то представляться? Вот так всегда — впереди серьезная драк предстоит, а мне в голову всякая хрень лезет.
О, вот наконец-то и барон.
Первые воины влетели с диким гиканьем… Начальство следом въехало медленно и… печально. Ворвавшаяся гопа отличалась несколькими особенностями. Первое — кони у всех отличные, а второе — на людях были э… м-м… «бронники». Вообще колоритное зрелище. Пара-тройка разряженных придурков, пара военных… — ну эти хоть повадками похожи, остальные статисты. Рядовые воины. Пятнадцать… хотя вру, стволов тут все двадцать. Я разглядел и несколько револьверов на поясах. И даже несколько арбалетов.
Все они вообще ни на что были не похожи. В том смысле, что дикое смешение стилей одежды и оружия.
Увидев посреди двора фигуру в блестящем скафандре, с закрытым шлемом и в полном вооружении - они слегка притормозили и моментально направили на меня стволы. Я спокойно стоял и ждал. Вперед выехал барон. Как его там — Голен.
Вычурная одежда — какой-то кафтан с позументами, серые штаны, зеленые сапоги и шляпа с пером. На поясе пара револьверов. Красная самодовольная рожа с брезгливым выражением лица говорит только о том, что он ещё ничего не понял. И на свой портрет он смахивает только отдаленно. Таким он был лет десять назад или тридцать… килограмм в минус.
— Ты кто? — задал он мне вопрос, презрительно оттопырив губу.
— Конь в пальто, — автомате ответил я.
Судя по его слегка ошарашенной морде, песок в его голове намертво забил все оставшиеся шестеренки. Он пытался как-то переварить мой ответ. Сей идиомы он не знал, но понял, что ответили ему неучтиво. На это у него мозгов хватило.
— Кто-о…? — он начал подозрительно багроветь.
— Рупор перестройки, первая ласточка гласности, башня конституции, гарант инноваций… Выбирай, что тебе больше нравится? — моя поза ни на йоту не изменилась, а тон был абсолютно серьезен. — А ты кто?
Он завис. Такие слова в языке были, но вот их сочетание… Что-что, а с инстинктом самосохранения у него было все в порядке — он пока молчал, наливаясь дурной кровью.
— Понятно… Вежливые незнакомцы, приходя в гости, представляются хозяину. Ву компрене? Не…? Не «компрене»… значится? Ить не понял ты меня, получается болезный? — я, подняв руки, подвигал пальцами — изображая азбуку глухонемых. — Зо-вут… те-бя… как?! Имя? — я потыкал пальцем себя в грудь.
Динамики на скафе работали абсолютно нормально и рожу мою, сквозь пока прозрачный пока пластик, он видел прекрасно. Он понимал умом, что-то тут не так. Но вот что? Не может кто-то просто так, столь нагло вести себя перед ним. И он пока сдерживался.
— Я барон Голен, — процедил он сквозь зубы. — Хозяин здешних мест. А ты кто?
— Вот тут ты ошибаешься. Хозяин здесь - я, — с абсолютно жизнерадостным видом и искренней улыбкой сообщил ему я. (Надо было видеть в этот момент его охреневшую рожу). — И не только здесь. Вообще на этой планете. Я — боярин Терновский, капитан ВКС Империи. Новый Наместник Антага…
— Ты сумашедший, — наконец-то классифицировал он меня в своей голове. — Убейте его! — заорал сильно перегруженный впечатлениями.
Бойцы вскинули ружья, а я не дожидаясь выстрела, тут же моментально начал хаотично смещаться. Но не сильно преуспел. Раздался недружный залп и меня буквально изрешетили пулями. Какая-то сука умудрилась попасть. Вскользь по ребрам. Но тряхнуло не слабо. В общем ерунда, но я, картинно раскинув руки — упал.
Залп был естественно с двух сторон. С нашей, на фоне грохота их шпалеров можно сказать бесшумно.
– Святая Троица! – возопил Баярд, приземляясь на землю после прыжка со второго этажа. – Покровы Господни и кровь Христова! Стрелять в Имперского Наместника? В своего сеньора?! Да вас вздернуть… — орал он, пиная ближайшего солдата. — Это будет самым милостивым решением!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
