Читаем без скачивания Шаг к звездам - Андрей Ливадный

…Когда первые ракеты накрыли площадку приземления, они сидели, невольно прижавшись друг к другу, из-за узости каменной расселины. От титанических ударов скалы дрожали, глухой рокот доносился из недр, будто там началось землетрясение, сверху сыпался мелкий острый щебень, но короткий яростный удар с воздуха не мог проникнуть вглубь базальтовых пород.

Минут через десять все стихло.

Алим осторожно выбрался из расселины, насильно увлекая за собой Хьюго, который не сопротивлялся, полностью раздавленный обрушившимися на него несчастьями.

Небольшой каменный выступ был покрыт исковерканными обломками уничтоженного прямым попаданием спускаемого модуля, вокруг чадно горела пластмасса, образуя расплавленные лужицы, по которым бегали зеленовато-голубые язычки огня, казалось, что здесь уцелел лишь камень, но на самом деле это было не так.

У отвесной стены, недалеко от расселины, укрывшей во время налета Поланда и Месхера, лежал перевернутый набок контейнер, выполненный из высокопрочных композитных материалов.

Они увидели его одновременно — Хьюго с нескрываемым ужасом, а Алим с заинтересованным пониманием во взгляде.

Внутри транспортировочного кофра покоился дезактивированный кибермеханизм — злополучный номер шесть, сервомоторы которого не прошли контрольный тест перед началом высадки.

— Ты ведь знаешь, что там внутри? — Месхер обернулся и смертельная зеленоватая бледность, пятнами проступившая на лице Поланда немо ответила ему:

«Да».

Массированный ракетный удар накрыл не только площадку высадки, но и три расположенных в виде уступчатой лестницы плоскогорья.

Ракеты били по площади не оставляя шанса никому, но майор Керби, предвидя удар, заранее нашел убежище среди скал.

Он и Алим были чем-то похожи, их логику воспитала одна и та же военная машина, но цели и личные ощущения происходящего у Месхера и Керби были радикально противоположными.

Укрывшись в неглубокой расселине, майор видел, как множественные попадания ракет огненным шквалом накрыли расположенную среди скал площадку высадки и, мысленно простившись с Хьюго, перевел свой взгляд на плоскогорье, вернее на ту его часть, где располагался злополучный комплекс пещер.

Его не интересовал бесноватый танец чудовищных разрывов, терзающий поверхность плато, он ждал иного проявления разрушительной мощи, и не ошибся.

…Налет прекратился так же внезапно, как и начался, а спустя небольшой промежуток времени из недр внутрискальных коммуникаций сквозь проемы разбитых арочных сводов неожиданно вырвался отсвет неистового энергетического всплеска, произошедшего в неведомых глубинах пещерного лабиринта.

После третьей вспышки часть природного комплекса, проточенного в скалах миллионолетней работой подземных вод, не выдержала, и участок горного плато, где располагались входы в пещеры, вдруг начал оседать, будто горная порода внизу размягчилась и больше не могла удерживать миллионы тонн камня, слагающего гранитный уступ, в основании которого виднелись темные провалы входов…

Грохот многочисленных обвалов и клубящееся облако пыли, вырвавшееся из образующихся на глазах трещин, сопровождались еще двумя отсветами, пробившимися из неведомых глубин…

Пять…

Алан выполз из укрывшей его расселины. Он не мог с уверенностью ответить на вопрос: ликвидирован ли человек, чье уничтожение являлось основной целью операции, или обвалы лишь замуровали его в глуби лабиринта, — израненный, обессилевший майор знал лишь одно — в сложившейся ситуации он сделал все, от него зависящее…

Самое время уходить… — Подумал он, глядя на разрушенные укрепления, провалившиеся участки плато и стертый с лица земли поселок.

Личная смерть не входила в планы майора Керби. Закутавшись в рваный, испятнанный кровью халат, и, глубоко надвинув на глаза обгоревший с одного края тюрбан, он, не скрываясь, направился к спуску в ущелье, где среди развороченных попаданиями ракет укреплений, в предрассветных сумерках раздавались чьи-то злобные выкрики и метались силуэты выживших талибов.

Подойдя ближе, он увидел, как трое боевиков пытаются поставить на колеса опрокинутый взрывной волной «УАЗ» со срезанной крышей, что делало его похожим на открытый американский джип.

Хорошая машина… — подумал майор, молча присоединяясь к усилиям талибов.

Вчетвером им удалось перевернуть машину. На Керби никто не обращал внимания — все пережившие ночной бой и воздушный налет, были одинаково напуганы, дезориентированы до такой степени, что жалкими остатками отборного отряда руководило сейчас одно желание — убраться подальше от проклятого места, пока американские ВВС не нанесли повторного удара.

Алан дождался, пока один из талибов завел двигатель, и только тогда беззвучно работая ножом, отвоевал себе транспортное средство.

Оглянувшись на трупы, он устало подумал, что перестает воспринимать смерть как таинство. Это был дурной знак наступающего равнодушия к жизни. Сев на место водителя он с усилием вогнал сошки «ПК» в прорези вентиляционной решетки, проверил, легко ли поворачивается пулеметный ствол в проеме выбитого ветрового стекла, и тронул машину с места направляя ее к узкому спуску в ущелье.

Завывая на низкой передаче «УАЗ» медленно покатил по каменным ухабам. Левая рука майора крепко удерживала руль, а сбитые в кровь пальцы правой расслабленно лежали на спусковой скобе «ПК».

Он ехал с выключенными фарами, и когда в предрассветных сумерках у разбитого блокпоста возникло несколько фигур с автоматами, Алан не стал увеличивать скорость, — медленно подкатив к укреплению, он срезал талибов внезапной пулеметной очередью и, не притормаживая, проехал прямо по трупам.

Впереди лежал долгий, опасный, полный непредсказуемых превратностей путь…

Глава 5

Два человека шли по длинному коридору.

— Ричардсона доставили? — Спросил генерал Уилсберг, останавливаясь напротив овальных дверей, рядом с которыми в информационном окне системы доступа светилась надпись:

«Зал тактических совещаний».

— Да, сэр. — Ответил ему капитан Даллас. — Мне кажется, он крайне раздражен фактом своей внезапной мобилизации.

— Плевать. — Хмуро произнес Альберт, ожидая пока сканер сравнит предложенный образец ДНК с хранящимся в памяти эталоном.

На скошенной панели вспыхнул изумрудный сигнал, но двери не открылись, — вмонтированная видеокамера фиксировала двух человек.

— Давай, Джон, твоя очередь. — Уилсберг уступил место капитану. — Ты продемонстрировал ему работу конвектора?

Капитан Даллас кивнул, коснувшись ладонью сканирующей пластины.

— И что?

Джон пожал плечами.

— Могу сказать одно, — он впечатлен, но, боюсь, что сотрудники спецслужб были правы, отдавая предпочтение Хьюго… Ричардсон, на мой взгляд, не болен патриотизмом.

— Теперь это уже не имеет значения. — Ответил на последнее замечание Уилсберг. — Нам не из кого выбирать. Герберт единственный, кто может заменить Хьюго. Иной альтернативы нет.

…

В зале совещаний царила нервная, напряженная обстановка.

Два десятка офицеров молча встали со своих мест, как только на пороге появились генерал Уилсберг и капитан Даллас.

Альберт кивком поздоровался с присутствующими, нашел взглядом расположившегося особняком Герберта и поднялся на небольшой подиум.

На огромных плазменных панелях демонстрационная система прокручивала бесконечная череду видеокадров ночного боя, что еще больше обостряло и без того нервозную обстановку.

— Я только что вернулся из Пентагона, господа. — Отрывисто произнес Уилсберг, жестом разрешая подчиненным сесть. — Руководство крайне недовольно нашей работой. От меня требуют объяснить причину провала, а вы топчетесь на месте, вторые сутки. Мы потеряли в Афганистане майора Керби и капитана Поланда, не говоря о десяти уничтоженных механизмах… — Он окинул присутствующих тяжелым взглядом. — Теперь я хочу услышать грамотные, четко сформулированные выводы. Начнем с вас, полковник — взгляд Альберта остановился на командире подразделения технической поддержки.

Собственно, начавшийся диалог трудно было назвать термином «совещание» — скорее здесь назревал резкий, нелицеприятный «разбор полетов», где в отсутствии главных участников событий, основная тяжесть ответственности ложилась на вспомогательные службы, подключившиеся к «акции возмездия» на последних фазах ее подготовки и планирования.

Генерал Уилсберг, не смотря на крайнее раздражение и усталость, прекрасно осознавал это. Однако ситуация не оставляла выбора, — ему, волей или неволей приходилось понукать подчиненных, чтобы получить доходчивый ответ на вопросы, лежащие вне сферы его технических познаний.