Вскоре берега стали кирпичными, а потом последовали и первые дома. Пока это были лишь хибарки, принадлежащие людям-без-Дома, жившим на городских окраинах и только считавшимся свободными.
Признаюсь теперь, что, снова отправившись в путешествие по воде, я пережил странное ощущение.
Мы проплыли под изукрашенной гранитной аркой, над которой проходила утренняя процессия рыночных торговцев, лотошников, домохозяек, воров и всевозможного сброда. Весь этот гам, запахи, утренняя болтовня, смех пробуждали волнение в моей крови. Небо порозовело от призрачного розового свечения, разливающегося над Крегеном тем прекрасным утром. Когда мы приблизились к городу, воздух стал слаще, напоминая нам о том, в какой зловонной атмосфере мы потели и надрывались все это время. Канал влился в более широкую протоку с кирпичными стенами, вздымавшимися на высоту десяти футов над уровнем воды. С обоих берегов на нас хмуро взирали глухие стены примыкавших друг к другу домов. Крыши были разной высоты и формы, так что небосклон при взгляде против солнца казался обрамленным прихотливым бордюром.
На наблюдательных пунктах стен виднелись часовые, одетые в цвета своих Домов. Между анклавами проходили зоны вооруженного перемирия.
Приблизившись к цели, мы свернули в широкий канал, где все больше возрастал поток грузовых судов. Плыли легкие быстроходные суда, подобные гондолам. Плыли толкаемые рабами доверху нагруженные баржи, вроде нашей. Степенно проплывали весельные корабли, украшенные яркими тентами и шелками. Порой на них были люди, а иной раз я видел, как по палубам прогуливаются диковинные существа в странных нарядах, например, сплошь сшитых из золотых и серебряных кружев, в заломленных набекрень шляпах с яркими перьями. Я наблюдал за судами голодным взглядом — уже не один год я не видел даже лодки, не говоря уж о корабле, идущем по волнам на всех парусах.
Впереди над каналом возвышалась поистине невероятных размеров арка. Одна ее сторона была увешана охристо-лиловыми украшениями, другая блистала сплошным изумрудно-зеленым. Мы свернули за ней в канал, повернув к зеленой стороне, и вскоре в архитектуре стала заметна несколько большая открытость. Мы были внутри анклава. По цветам знамен я догадался, что это анклав Дома Эстеркари. На миг свирепая и жутковатая радость охватила меня, угрожая заставить отказаться от первоначальной цели.
Строительная площадка находилась позади каменного причала. Мы все медленнее и медленнее подталкивали судно к причалу, и вода закручивалась в водовороты по обе стороны от тупого носа. Я кивнул двоим своим ребятам. Они вытащили из воды шесты и шмыгнули в нишу, специально устроенную нами между мраморных блоков. Я услышал короткие резкие звуки, как от ударов железа по железу.
Охранник-рапа, стоявший на носу, оглянулся, на его морде стервятника застыло вопросительное выражение. Я, со своего места на корме, тоже оглянулся, словно, подобно охраннику, высматривал источник звука за кормой. За нами следовала еще одна баржа с грузом мрамора, с экипажем из рап и охранниками-ошами. Мы сильно потеряли скорость, и баржи должны были вот-вот столкнуться. Я не имел ничего против. Теперь до меня донесся новый оттенок журчания воды — веселый, легкий и вдохновляющий. Это журчала вода, бившая ключом изнутри нашей баржи.
— Что еще за шум? — прокаркал рапа.
Я пожал плечами, демонстрируя неосведомленность, затем спрыгнул с высокой кормы и пошел вперед, волоча за собой шест, словно меня позвали. Баржа уже заметно погрузилась в воду. Охранник-рапа в центре судна сделал движение, собираясь остановить меня. Я ударил рапу изо всех сил и сбросил вниз, на мраморные блоки, где двое моих ребят схватили его и заставили замолчать навсегда. Затем исчезло еще двое рап-охранников. Вода уже хлестала, поднявшись до планшира. Сгинул еще один рапа. Я увидел, как Локу и Нат намотали цепь на птичьи голени пятого охранника, обутого в большие сапоги, и уволокли его прочь. Короткий визг рапы оборвался, едва начавшись, — похоже, он задохнулся.
Следующая за нами баржа обогнала нас и двинулась мимо. Никто на ее борту не обращал на нас ни малейшего внимания — и тут я увидел, почему. На миг меня охватил неистовый гнев.
Невольники-рапы на второй барже убивали цепями своих охранников-ошей и сбрасывали этих четырехруких созданий с толстыми мордами за борт. Взлетали брызги воды.
Мы продолжали тонуть. Через несколько секунд вода должна была хлынуть через борт. Мы собирались нырнуть и плыть к берегу, воспользовавшись суматохой. Но сейчас со всех сторон сбегались охранники. Бунт рап, неуклюжий и жестокий, вызвал ответную реакцию. Теперь наш побег уже не мог пройти незамеченным. Баржа с рапами ткнулась в причал, и они повалили на берег, вопящие, воспламененные, наводя ужас вращающимися в воздухе цепями.
Глава 10
«МОЖЕШЬ ПАСТЬ ПЕРЕДО МНОЙ НИЦ, ДРЕЙ ПРЕСКОТ!»
Принцесса Натема Кидонес из Знатного Дома Эстеркари явилась в тот день с утра пораньше на причал для подвоза камня, чтобы выбрать мрамор для стен летнего дворца, который возводили для нее. Ни в малейшей степени принцессу не волновало, что она забирает мрамор, предназначенный для строительства нового здания городского водоснабжения. Принцесса знала, что всегда может получить, что захочет.
Глядя в немой ярости, как эти идиоты-рабы уничтожили плоды моего планирования, я не знал тогда, что в группе ярко разодетой знати на причале стояла, нетерпеливо постукивая по камням украшенной самоцветами сандалией, принцесса Натема.
Я видел лишь атаку толпы рап, блеск оружия в солнечных лучах и грозно вращающиеся железные цепи.
Рапы, в конечном итоге, оказались не так уж глупы. Они успешно протащили на борт множество своих сотоварищей. В этом им, несомненно, помогла моя проделка с вусками. Теперь, одетые в лохмотья, размахивающие цепями, с ревом бросаясь на пристань, они представляли собой внушительное зрелище.
Для нас было еще не все потеряно.
— Локу, вперед! — заорал я. — Нат, теперь твое дело показать нам дорогу через город. Мы полагаемся на тебя. Если подведешь — ты догадываешься, какая судьба тебя ждет.
— О-ой! — вскрикнул он и схватился правой рукой за левую, будто ее сломали. — Клянусь Великим Дипру, я не подведу! Я не посмею! — И нырнул за борт. Тех кланнеров, кто не умел плавать, потому что не практиковался в этом искусстве на одиноких озерах среди вересковых пустошей, снабдили брусками крепежного леса. Теперь все они попрыгали в воду и плыли к противоположному берегу. Дальше все зависит от Ната.
Я подождал, как и положено вавадиру и зоркандеру. Такое звание не дают кому попало. Когда под началом одного вождя объединяются два, три или более кланов — только тогда он вправе назвать себя вавадиром и зоркандером. Этимология этих названий очевидна. Принятие оби становится ответственностью намного более значительной. Поэтому я ждал, когда все мои люди отплывут на безопасное расстояние. Я все еще сжимал цепь в кулаках, готовый к любой неожиданности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
