Именно в таком центре – «Солюс» – и поселились гости из Белроси, преодолев двенадцать тысяч километров на новейшем белросско-чайназийском воздухолёте «Синаджет-200».
«Солюс» представлял собой трёхлепестковую платформу с вычурной, подсказанной архитекторам волной цунами геометрией модулей для отдыха всего на двенадцать персон каждый. Отдых на «Солюсе» стоил недёшево, но Прохор, равно как и Даныбай, могли позволить себе такую креативную роскошь и расположились в отеле без каких-либо сомнений и опасений.
Прохору с Павлиной достался верхний уровень модуля, с выходом на крышу, где можно было загорать и, при желании, обедать, ужинать и завтракать.
Даныбай поселился уровнем ниже, где располагались три сравнительно просторные каюты для отдыхающих, вмещавшие до четырёх человек. Правда, Даныбаю удалось снять каюту на одного. В соседней каюте поселился пожилой немец (судя по говору) с тремя обворожительными юными созданиями, непонятно кем ему приходившимися, в другой – два парня франкольянской наружности.
Кто поселился на первом этаже модуля, Даныбая не интересовало. Их можно было не замечать, поскольку каждая каюта обслуживалась индивидуально, и отдыхающий мог вообще не показываться на общем пленэре, соединявшем модули. С этого пленэра можно было прыгать в воду или спускаться в подводный ватербокс, предназначенный для любования подводными пейзажами.
Кроме того, «Солюс» имел три катера для любителей экстремального передвижения по водной глади и парапланы – для любителей парить в воздухе, следуя за катером.
Имелись на борту суперотеля и комплекты для дайвинга и подводной охоты, а также водные скутеры и много чего ещё для активного отдыха. Хотя главной его особенностью всё же было свободное скольжение по водам заливов Мбали и независимость от береговых обслуживающих структур.
Первые два дня после вселения туристы из Белроси изучали отель и приспосабливались к смене часовых поясов. Знакомились с отдыхающими своего модуля. Отходили от забот, оставшихся на материке. Расслаблялись.
Прохор чувствовал себя комфортно, в отличие от Павлины, которая долго не могла прийти в себя от резкой смены образа жизни.
Даныбай увлёкся подводной охотой и начал пропадать по полдня, присоединившись к молодёжной компании из Австранглии. О гостях из «параллельных вселенных» все почти забыли, снова начиная сомневаться в их существовании, однако они сами напомнили о себе на третий день пребывания в отеле.
Прохор и Павлина сидели в шезлонгах на крыше модуля (Павлина пряталась под зонтом, загорать ей не рекомендовалось), когда к ним поднялся Даныбай – в шортах и в майке, загорелый так, будто он лежал на солнце год.
– Данша, – услышал Прохор голос жены, разлепил веки.
Даныбай сел в соседний шезлонг, держа в руках запотевшую бутылку с каким-то напитком.
– Загораете? Всем привет.
Прохор закрыл глаза.
– Всем привет, – повторил Даныбай со смешком. – Если кто понимает – от кого.
Прохор снова открыл глаза, медленно всплывая к яви сквозь дремоту, потом до него дошло:
– Гости?!
– Точно так. – Снайпер опрокинул в рот бутылку, выдул половину. – Уф, хорошо!.. Я не один, со мной мои «родственнички», одиннадцатый и второй.
– Передай им привет от нас.
Даныбай усмехнулся.
– Они нас слышат и видят – моими глазами и ушами. Одиннадцатый – Данимир – спрашивает, мы готовы получить обещанный информпакет?
– Давно ждём.
– Будете слушать?
– Не понял. Что значит – будете слушать? Кого?
– Меня, разумеется. Они же расположились в моей башке, а не в твоей. Буду повторять то, что они скажут.
– Другого способа передачи информации не существует?
Даныбай прислушался к себе, помолчал.
– Вообще-то есть. Один из них попробует переселиться к тебе и сбросит в память всё, что знает об этой их формонавтике.
– Но я же не его… э-э, родственник.
– Для них это не имеет значения, они занимаются формонавтикой давно и могут прыгать из головы в голову любого человека. Да к тому же ещё умеют волевым усилием изменять форму предметов.
– Волшебники, значит? – скептически хмыкнул Прохор.
– С волшебством их умение не имеет ничего общего. Так что, рискнёшь?
– Ладно, пусть переселяются, поговорим.
Павлина положила руку на сгиб локтя мужа, спросила с тревогой:
– Это не опасно?
– Очень опасно! – сказал Даныбай, зарычал. – Сейчас превращусь в монстра!
Павлина улыбнулась.
– Шутник.
– Нет, пока не опасно.
– Кончай трепаться, – нетерпеливо сказал Прохор. – Я жду.
– Сосредоточься.
Глаза Прохора на миг остекленели. Показалось – в мозг проникла струя морозного воздуха, прочистившая сосуды до состояния полной прозрачности. Затем внутри головы заговорил чужой голос:
«Ты меня слышишь?»
– Д-да… – очнулся Прохор.
«Учись говорить мысленно».
– Попробую… «Попробую».
«Отлично. Я не математик, как почти все Прохоры Смирновы, поэтому зубодробительной терминологии и формул от меня не жди. Расскажу всё, как сам понимаю. Главное – будь уверен, что это не сказка и не шизофренический бред. Позже я тебе докажу сказанное на физическом уровне».
– Хор… «Хорошо, я тебя… слушаю».
Гость в голове Прохора помолчал и выложил ему удивительную историю, начавшуюся для неведомых «родственников» знакомством с числонавтикой и формологией. Через четверть часа закончил:
«Это основная канва, подробности будешь узнавать по мере нашего взаимодействия. Вопросы есть?»
«Много, – признался действительно заинтересовавшийся Прохор. – Но мне сначала надо разложить всё по полочкам. Нумерологией я не интересовался…»
«Нумерология – азы, с которых начинается числонавтика».
«У нас, по-моему, никто этим серьёзно не занимался, но я покопаюсь в Инфорнете. Если всё сказанное вами правда…»
«Не сомневайся, уже моё появление в твоей голове – доказательство истинности моих слов, но я приведу ещё одно. Позволь воспользоваться твоим пси-резервом».
«Чем?»
«Энергетикой».
Прохор посмотрел на Даныбая, подмигнувшего ему, на Павлину, с беспокойством посматривающую на мужа, слабо улыбнулся на её немой вопрос.
– Всё в порядке… потом расскажу.
«Я готов».
«Предпосылка Бытия – форма, – заявил «переселенец». – Лишь потом появляется движение – то есть время, и содержание, то есть материя».
«По нашим законам, они появились одномоментно после Большого взрыва».
«Извини, дружище, я не лектор и вообще не теоретик, я практик и передаю только то, что слышал и что понял. Если удастся уговорить ДД, он тебе всё объяснит».
«Слышу про ДД уже не первый раз, кто это?»
«Дмитрий Дмитриевич Бурлюк, академик, живёт в нашем одиннадцатом превалитете, он один из самых первых формонавтов… хотя тут я могу ошибаться, до него тоже ведь были люди, понимающие устройство Вселенной. Короче, для меня он первый числонавт и первый эфдайвер».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
