И именно так мы и провели этот вечер, Димка мне отомстил, сурово и беспощадно пачкая холодными кусочками мороженки мой живот, и майку, и шею, и ноги. В общем, чистыми остались только шорты, и то непонятно, каким чудом. Он, кстати, тоже не ушел от дополнительной пары порций остужающих «примочек». Потом мы по очереди приняли душ, и упав на диван, проболтали до глубокой ночи. Говорили обо всем, и про мои чувства, и про его работу. Обсуждали его личную жизнь и планы. Димка в обозримом будущем рассчитывал добиться места в команде специалистов, которых посылают в длительные командировки. Из таких поездок, как правило, не возвращаются. Одна командировка перетекает в другую, та в третью, и так до тех пор, пока человек не оседает в одном из крупных офисов их фирмы. А что, нефтегазовая компания — это не шуточки. Не «Газпром», конечно, но тоже весьма известная контора. Брат туда попал совершенно случайно. Море везения, вагон наглости, чуточку обаяния, и вот, он в двадцать три года попал на преддипломную практику в эту фирму, а после смог там устроиться на работу на самую «маленькую» должность. И таки с упорством локомотива строил свою карьеру. Я думала, он хочет там укрепить свои позиции, а оказывается, мой братка задумал нечто иное. Ну, дай бог, как говорится!
Отпускать меня домой Димка не хотел, но ему нужно было рано вставать, а я хотела нормально выспаться. Поэтому, не слушая ворчания старшенького, вызвала себе такси и в первом часу ночи рванула домой. К Антону заходить не стала, во-первых, я устала, а во-вторых, если Тошик дома, то он уже по-любому спит. Лучше уж попробую его поймать завтра. С этими мыслями я скинула трофейную футболку брата, в этот раз черную, с кровавыми отпечатками ладоней, которую с боем отняла у Димки вместо испачканной им моей родной радужно-желтой маечки с зайчиком, и рухнула в кровать.
Уснула быстро, спала крепко, а утром проснулась из-за странного шума. Сначала я не поняла, что меня беспокоит, но, когда выползла к кухонному островку, чтобы попить воды, замерла с недонесенным до губ стаканом. Шум, который не давал мне покоя, оказался детским плачем. Ребенок истошно кричал, срывая голос, и никак не успокаивался. И эти звуки раздавались из квартиры Антона.
Это что-то новенькое!
Глава 17. Первые трудности на пути отцовства
Неделя выдалась адской. И это не преувеличение. Мало того на улице стояла такая жара, что даже заботливое МЧС настоятельно не рекомендовало выходить на улицу во избежание обмороков и травм, так еще и бесконечные забеги по магазинам выматывали меня настолько, что домой я просто приползал. Добавить к этому скандал, который закатила мне Иринка, когда я приехал к ней с повинной головой после неудачного посещения «Детского мира» в понедельник, а в него я отправился сразу после того, как вышел из дома малютки. Зря я. Правда, зря. В магазине, стоило увидеть полки, заполненные памперсами, сосками, бутылками, детским питанием, игрушками, одеждой и еще кучей всяких вещей, голова у меня закружилась. Кто бы мне объяснил все эти загадочные цифры на баночках с сухим молоком, а вещи? Там нет размеров, зато есть рост. Кроватки, оказывается, тоже ни фига не просто так. Обычные, низкие, высокие, с ящиками и без них, с маятником, да не просто, а с разными, круглые, мягкие, кровать-манеж… Стульчики для кормления, качели, гамаки, подушки… Я попробовал обратиться к девушке-консультанту, но сделал только хуже: стоило ей начать задавать вопросы, как тут же стало понятно — про своего сына я не знаю ничего, кроме того, что он чертов красавчик и любит сосать свои пальцы. Поэтому с виноватой улыбкой извинился перед девушкой и сбежал к чертовой матери из этой богадельни.
Долго катался по городу, пытаясь привести свои мысли в относительный порядок, а обнаружил себя перед домом родителей, где во время их отсутствия и обитала Иринка.
Разговор с сестрой выдался непростым. Сначала она ругалась на меня. Потом порывалась ехать к Нике для воспитательной беседы путем рукоприкладства, и ее совсем не останавливало, что ни я, ни тем более она, не знаем, где девушка живет. Пришлось останавливать мелкую фурию, в глазах которой плескалась жажда крови. Объяснив ей, что я совершенно не хочу видеть девушку, которая отказалась от моего ребенка, даже не удосужившись сообщить мне о его существовании. Отвлек внимание сестры, попросив ее помочь мне с покупкой всего необходимого.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Со вторника я вдруг стал героем фильма «День сурка». Утром встать, созвониться с Мариной Ивановной — узнать, на какой стадии оформление документов. Собраться, доехать до Ирины, забрать ее и ехать в магазин. После этого завезти все купленные вещи в дом родителей, сестру подбросить до работы, и мчаться в дом малютки, чтобы там, под присмотром опытной нянечки, провести несколько часов с Тимохой. В принципе, после этого я уже был выжатым как лимон, но нет, сидя в кабинете старой знакомой, я урывал пару часов на изучение статей по уходу за детьми. Иногда хватало времени даже немного делать свою работу, хорошо, что мощный планшет позволял набрасывать мелкие наработки. Как только время доходило до семи вечера, я срывался и ехал за Иринкой, чтобы вместе с ней, вернувшись в дом родителей, окунуться в быт. А заодно пройти ускоренный курс молодого отца. Я стирал крошечные детские вещи, хотя ладно, это делала стиральная машинка, а вот гладил их сам. Еще я научился переодевать куклу, которую Иринка, дьявольски смеясь, достала из сундука с ее старыми игрушками. Не знаю, зачем родители ей купили этого жуткого пупса с резиновыми головой, руками и ногами, и с мягким телом. Но сейчас мне она очень помогла.
Домой я возвращался только чтобы поспать, а утром опять уезжал, забывая даже позавтракать. Перед Аленкой было ужасно стыдно, но вспоминал я о том, что в очередной раз забыл написать ей сообщение лишь в момент, когда уже проваливался в сон. Ночами я был с ней.
Но что толку от тех ярких образов, если, встав утром, у меня не хватало времени даже на смс-ку.
В четверг после обеда мы с сестрой перевезли все купленное ко мне. И пока Иринка надраивала полы в квартире, я решил хоть на полчаса зайти к своей Кнопке, но той не оказалось дома.
Сказать, что я расстроился, это ничего не сказать. Но дела не ждали, и мы в четыре руки начали собирать кроватку и подготавливать комнату к приему важного гостя. Хотя кем-кем, а уж гостем Тимоха в моей квартире точно не будет. Маленький хозяин!
В семь вечера позвонила Марина Ивановна и сказала, что документы готовы. Я чуть телефон не уронил, так затряслись руки. Женщина настаивала на том, чтобы ребенка мы забрали утром в пятницу, но я уперся рогом. Сегодня со мной сестра и она поможет, а утром… Я надеялся, что справлюсь сам. Поэтому, схватив Иру в охапку, поехал за сыном.
Иринка нервничала, ну еще бы, до этого у нее никак не получалось вырваться с работы, чтобы познакомиться с племянником, но все ее страхи ушли в тот момент, когда она увидела пацана. Он был одет в очаровательный комбез с медвежонком на животе и снова мусолил свои пальцы, глядя по сторонам голубыми глазищами.
— Тошик, — Иришка вцепилась мне в руку ногтями, — это же ты! Вылитый ты!
В общем, мелкому хватило трех секунд, чтобы навсегда покорить сердце своей тетки. Домой мы ехали со скоростью двадцать километров. Тимоха лежал в новом автокресле, хотя, скорее, автолюльке, а Иринка, наплевав на все правила ПДД, полностью развернувшись к племеннику, о чем-то ворковала с ним нежным голосом, абсолютно наплевав на то, что через лобовое стекло любой мог любоваться ее попой, обтянутой джинсовыми шортами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Знакомство с домом началось с «обширной» экскурсии. Вот только сын у меня оказался мужчиной продуманным и напрочь отказывался промерять уютные объятья своей тетки на надежные руки отца. Он не захотел кататься на качелях, ему не понравилась идея полежать в кроватке, этот командир даже памперс менять ушел с Иринкой. В итоге нам пришлось всем троим ложиться на моей кровати, так как даже во сне он не выпускал ее палец. Кажется, я вырубился вместе с ним, а утром проснулся от недовольного кряхтения над ухом.
