нажиме продался этому самому государству фактически за «фунт изюма». Эдик оказался изюмительным диссидентом.
Но ничего. Тюрьма быстро показывает, кто чего стоит.
Я не допил свой кипяток и молча ушел от него на свои нары, приказав больше никогда ко мне не приближаться. Он так и остался стоять с глупой улыбкой на лице и кульком в руках.
Я понял, что такое настоящее презрение и брезгливость. Если ты думаешь, что выражение «не сяду на одном поле оправляться» это метафора, то нет.
Он был мне настолько противен, что я не мог находится с ним в одной камере. Вонявшая параша, стала для меня еще более мерзкой и вонючей, после того, как Эдика привели в камеру для тех, кто уходит на этап. Не мог в его сторону физически смотреть.
Поначалу все же хотел я выставить его в истинном свете Мужики-то там бесцеремонные, быстро его кулек опустошили, если бы я рассказал, могло бы выйти так,что они по своим арестантским понятиям тоже бы себя замарали. Я был бы причиной, не сказав народу что за человек в камере.
Поэтому промолчал я.
Через несколько дней Эдика отправили по этапу куда-то на стройку моста. Слышал я, что он вроде стучал хозяину зоны, начальству то есть и добром это для него не кончилось.
Теперь мне как-то по барабану. А так еще неделю в себя приходил от гадливости к этому таракану.
Вот такая вот история. Бывают конфеты с повидлом, шоколадом, а бывают вкусом предательства. Поэтому-то и говорю, что с девкой моей все ясно. Ты прав, Илюх. Пошлю ка я ее к черту.
— Да. Целая драма у тебя разыгралась.
Латкин умел рассказывать. Не скрою, что эта история тронула меня, хотя я продолжал относиться к нему с большой осторожностью. Я не забывал про бритву, спрятанную где-то поблизости от балка.
Но в этом рассказе, в отличии от предыдущих наших разговоров, была какая-то искренняя человечность. Я верил ему. И был убежден, что все, что он рассказывал правда.
Мы походили к подножию сопки молча. Видимо Латкин хотел перевести разговор на другую тему, поэтому довольно бодрым, жизнерадостным голосом спросил:
— Как искать воду? Научишь меня находить? А то я загнулся бы без тебя. Спасибо, что предупредил про снег.
— С водой все и сложно и просто. От местности зависит. Я вспомнил пруд Выквана и запрет на умывание питьевой водой. там где горы и сопки воду разыскать не очень сложно.
Труднее всего в голой тундре, там, где она пересекается с морскими косами. Потому что одни из самых безводных мест — это морские косы.
Как правило эти узкие отрезки земли с двух сторон окруженные морской водой. С одной стороны море, с другой солёная лагуна.
На косах не только удобно строить жилища, в большинстве случаев, грунт на них галечно-песчаный, но и пасти оленей и добывать рыбу.
Но только на косах нет пресной воды. Только соленая. Нередко бывает, что на косах есть небольшие озёра, но чаще всего вода в них солёная.
— И как быть?
— Местные очень трудолюбивы. Они создают водохранилища рядом с поселением. Водохранилища простейшие и от этого гениальные. Они срезают верхний слой тундры. Толщина плодородного дерна невелика, всего сантиметров тридцать сорок.
— Такой мелкий колодец?
— Нет, такой колодец, мягко говоря, не важный. Но это не колодец. Колодец не получится. Потому что подземных источников пресной воды здесь нет. Они создавали водосбор талой воды, поэтому брали не глубиной а площадью.
— А что не соленая это вода то? Море же рядом?
— Близость моря всё равно давала о себе знать, но эту воду уже можно смело пить. Они ледяные глыбы выпиливают и топят их в яранге, ну или плавят, не знаю какое слово лучше. Подобным же образом, но в уменьшенном варианте они создают холодильники из ледяных глыб.
— Понятно, а нам как искать вот тут в сопках?
— В горной же местности с этим попроще. В осенне зимний период в горах выпадает снег, и как правило, его там больше, чем на равнине. Хотя, как видишь сейчас сопки почти голые из-за ветров. Но в январе-феврале все наверстается и снег возьмет свое.
— Ты бывал здесь в этих местах?
— В этих нет, но они почти ничем не отличаются от тех, где бывал. Те же сопки, тот же скалистый грунт.
Я рассказал, как образовывается вода в сопках. В горных складках он накапливается громадными массивами. С наступлением летнего тепла,снег тает. Естественно, часть образовавшейся воды стекает сразу, часть уходит под землю фильтруется и превращается в грунтовую воду. На склонах снег тает до середины лета, а повыше в горах и дольше. Временами такая вода выходит на скалистые породы и тогда ты можешь увидеть видим, как ниоткуда течет водопад. Система подземных сообщающихся сосудов всегда очень сложная.
Иногда идешь по горе и видишь, что родник бьет из «ниоткуда». На самом деле вся масса грунта где довлеет над грунтовыми водами и в этом месте происходит ее исход. Природа образовывает исток ручья. Очень условно это может быть вода с соседней более высокой и мощной сопки, на которой весь год не тает снег. Как в школьном опыте с сосудами, трубками и уровнем воды.
Бывает, что на невысоких горах, сопках снег или полностью тает, а более мощные далеко. Имеющиеся на сопке речки и ручьи к концу лета пересыхают. Найти воду в таких местах чрезвычайно трудно. Самый верный способ спускаться по высохшему руслу к подножию и уже искать песчаные отмели на подошве, а дальше копать колодец.
Обычно хватает полметра Но иногда грунт состоит из сплошных валунов. Тут придется помучиться. Поискать каменистое дно с меньшими по размеру камнями.
Как-то в одной из экспедиций у нас был случай, когда мы целый день проходили по горам и не могли найти воду, ручьи. Весь район полностью высох. Пришлось уходить дальше. Хорошо что у нас собой еще оставался запас.
— Сейчас нам нужно выбрать удобный участок, где мы будем откалывать лед, а возможно, что подо льдом все еще продолжают течь грунтовые воды. Так будет до самых сильных морозов.
Двигаясь к склону, мы вскоре подошли к замерзшему водопаду. Он был не очень широкими, не более метра. Меня еще раз удивила его зоркость. Разглядеть тоненькую нить, даже в бинокль, на значительном расстоянии было проблематично.
Место было неплохим, не так далеко от балка и добывать тут лед было удобно. Его
