Читаем без скачивания Без права на ошибку - Валентин Егоров

— Спасибо за совет, Альфред! Я обязательно им воспользуюсь!

— Вася, мне из Берлина совсем недавно напомнили о том, что мы уже должны были быть в Москве! Мол, только зря тратим время, принимая участия в боях по обороне Москвы!

— Слушай, Альфред, я прямо тебе хочу сказать о том, что моя родина в опасности, я должен стать на ее защиту, выполняя свой долг советского гражданина! Вот отобьем немца от столицы, тогда и займемся нашими шпионскими делами!

— Вася, перестань шутить, отбрехиваться от серьезного вопроса! Весь Абвер знает, что штандартенфюрер СС Альфред Нетцке в звании сержанта Рабоче-Крестьянской Армии сражается с немецко-фашистскими войсками, наступающими на Москву. Ты своим взводом уничтожил диверсионно-разведывательную группу капитана Клауса Шуманна! Когда Седому[14] доложили об этом инциденте, ты знаешь, что он ответил?

— Не знаю, Альфред, и меня это сейчас не интересует!

— Ну, вот видишь, а адмирал тогда сказал: «Оставьте Нахтигаля в покое, он прекрасно сам знает, что должен делать!»

— Это, что у меня появился новый шпионский псевдоним?

— Не у тебя одного, Василий, а у нас обоих! Ты же знаешь, что мы не разделимы!

— Альфред, кто же тебе об этом сказал? Я слышал несколько иное, что воины «Аннербе» способные на многое!

— Согласен с тобой только в том, что солдаты и офицеры дивизии СС «Аннербе» на многое способны, но не на все!

— Значит ты, Альфред, не против того, чтобы я стал простым солдатом этой дивизии СС?!

— Вася, ты не совсем корректно выразился! Тебе следовало бы сказать, что: «ты и я, мы оба стали офицером высокого ранга дивизии СС «Аннербе».

— Хорошо, Альфред, этот интересный разговор мы продолжим несколько позже. Если ты сейчас моими глазами взглянешь на это поле, то увидишь, что мой противник, а это твои соплеменники, Альфред, зашевелился. Они готовят новую атаку на позиции моего взвода. Да и к тому же бойцы моего взвода возвращаются в траншею. Так что, штандартенфюрер СС, мы сейчас распрощаемся, только не забывай подсказывать, что я должен делать в той или иной ситуации в ходе боя!

— Пока, Василий, до нашего нового разговора, мы обязательно его продолжим. Я же пока вынужден находиться в тиши твоего сознания, то, пользуясь случаем, немного в нем покопаюсь. Может смогу разыскать истоки твоего понимания «гражданского долга»?! Так как очень надеюсь на то, когда-нибудь начну тебя больше понимать, даже несмотря на то, что ты русский, а я для тебя «фриц», проклятый немец!

Полковник Михаил Алексеевич Грачев, командир 217-й стрелковой дивизии, вместе с бригадным комиссаром Дмитрием Васильевичем Васильевым, а также майором Виталием Ковальчуком, начальником Особого отдела дивизии, вышел на школьный двор, чтобы встретиться, поговорить с только что прибывшими дивизионными разведчиками. Всего несколько минут назад к нему в кабинет забежал майор Ковальчук, возбужденным голосом ему доложил:

— Товарищ полковник, разрешите доложить, в штаб дивизии только что вернулись дивизионные разведчики!

— Ну, и что в этом такого, майор? На то они и разведчики, чтобы возвращаться после выполнения боевого задания. — Довольно-таки сердито полковник прореагировал на появление своего особиста, он его не любил.

Когда майор Ковальчук без стука ворвался в его кабинет, Михаил Алексеевич беседовал с комиссаром Дмитрием Васильевым. Они обсуждали ситуацию на своем участке фронта, спорили о том, передадут ли или не передадут его в подчинение Западного фронта?! Люди любит, когда их прерывают на середине слова! Поэтому Михаил Алексеевич неодобрительно посмотрел на майора Ковальчука, так невежливо ворвавшегося в его кабинет. К тому же этот майор-чекист был единственным командиром его дивизии, назначенный на свою должность без предварительного с ним согласования его кандидатуры.

— Товарищ полковник, рота капитана Игоря Дубасова совершила поистине героический поступок! Всю ночь она отбивала атаки противника, пытавшегося на правом фланге дивизии, через Николо-Жупань прорваться в тыл дивизии. За эту ночь они сожгли два немецких танка, положили на землю до роты противника. Более того, совершая переход в Одоев, его рота нарвалась на диверсионную группу противника. Она ее уничтожила, взяв пленным живого немецкого диверсанта. Сейчас этот бывший майор РККА дает показания, как стал немецким диверсантом! На первом же нашем допросе он раскололся. Он только что признался, что их диверсионной группе было поручено найти, уничтожить командующего Западного фронта генерала армии Георгия Жукова!

— Интересные вещи ты, майор, рассказываешь! Давненько у нас в дивизии не случалось подобных случаев! За одну только ночь совершить столько подвигов! Только разведчики на такое способны! Ну, и кто у них особо отличился? Как ты думаешь, комиссар, может быть, нам стоило бы отличившихся разведчиков наградить медалью «За отвагу?!

— Следует обязательно подумать над этим вопросом, Михаил Алексеевич! — Охотно согласился с мнение командира дивизии бригадный комиссар Василев.

Полковник Грачев тут же по телефону приказал дивизионным радистам его срочно связать со штабом Западного фронта. И, если имеется такая возможность, то он хотел бы переговорить с самим Георгием Константиновичем.

К удивлению, всех собравшихся в кабинете, это соединение произошло, чуть ли не через минуту, так как оказалось, что в данный момент командующий Западным фронтом с инспекцией находился в штабе Западного фронта, расположенного в Туле. Полковник Грачев в кратком разговоре с Георгием Жуковым доложил тому о предотвращенной его дивизией попытке немцев прорвать линию фронта в районе деревни Николо-Жупань. Уже в конце разговора полковник, как бы между прочим, упомянул об уничтожении разведчиками его дивизии немецкой диверсионной группы! При этом он с особым удовольствием говорил, что основной задачей этой диверсионной группы было уничтожение командующего Западным фронтом!

В ответ Георгий Жуков поблагодарил полковника Грачева за своевременную информацию о планах немецкого командования, пообещав его за это наградить орденом. На информацию о готовящемся на него покушении генерал не обратил должного внимания, сказав, что этим вопросом должны заниматься особисты.

Довольный разговором с Г.К. Жуковым, полковник Грачев предложил бригадному комиссару Васильеву вместе с ним встретиться с разведчиками, поблагодарить их за проявленный героизм. Всех бойцов разведроты наградить медалью «За отвагу». Разговаривая с комиссаром по этим вопросам, полков Грачев ни разу не посмотрел в сторону майора Виталия Ковальчука. Слишком уж большое количество, по его мнению, якобы дезертиров, самострелов, потенциальных предателей родины этот майор-особист со своими чекистами отловил и расстрелял в его дивизии!

Разумеется, полковник Грачев не знал о том, что, как только разведрота передала ему плененного немецкого диверсанта, то майор Ковальчук, проявляя собственную инициативу связался с наркоматом внутренних дел СССР. Он попросил дежурного командира по наркомату соединить его с приемной самого наркома. В тот момент Лаврентия Павловича не оказалось на месте, вместо него трубку взял начальник охраны наркома, полковник Жихарев. Виталий Ковальчук в подробностях ему рассказал о том, что его особистами была разгромлена немецкая диверсионная группа, что ими взят пленный. Особо он упомянул о том, что эта диверсионная группа получила задание найти и уничтожить генерала Жукова. Выслушав майора, полковник Жихарев ему пообещал полученную информацию донести до ушей наркома, что вскоре он сам с ним свяжется, передаст ответ наркома по этому запросу.

Примерно через час из Москвы перезвонили, дежурный командир наркомата зачитал майору Ковальчуку распоряжение Лаврентия Павловича Берии, правда, это поручение было подписано его первым заместителем Виктор Семеновичем Авакумовым. В распоряжении говорилось: «пленного немецкого диверсанта, а также командира разведчиков, его пленившего, срочно доставить в Москву! Майору Ковальчуку, командиру Особого отдела, приказываю больше ни с кем не разговаривать по этому вопросу»! В заключение разговора дежурный по наркомату командир сказал, что это поручение он фельдъегерской связью отправить его в дивизию. Таким образом, получилось, что Лаврентий Павлович, а также его первый заместитель Виктор Семенович своими десницами как бы коснулись сержанта Василькова, хотя никто из них троих об этом не имели ни малейшего представления!

Несмотря на то, что все еще себя плохо чувствовал, болела рана в левом плече, а также ныли ушибы лица и тела, капитан Игорь Дубасов все же вышел на построение своей роты, когда перед ней должно было появиться командование дивизии. Роту он выстроил двумя шеренгами, сам начал расхаживать перед этими шеренгами, ожидая появления командира дивизии.