еще красив, — криво усмехнулся он — В кулуарах поговаривают, что ты можешь попытаться стать следующим Императором.
Вот тут уже наступила моя очередь махать руками.
— Точно нет! Мне и баронства с головой хватает. Не нужна мне Империя, от слова совсем. Так можешь всем и передать.
Хоть я говорил это с улыбкой, переводя все в шутку, но Болконский не улыбался.
— Значит, тебя не устраивает только ответственность, но не Лиза? — хитро спросил он.
И тут я осознал всю изначальную подоплеку этого вопроса. А ведь я, и правда, подумал не о том. С моей силой можно было попробовать захватить власть. Но чтобы через постель…
Болконский ушел, кивнув мне на прощание, а вместе с ним и армия. А я остался стоять в раздумьях, надеясь, что мои слова не вызовут новых последствий.
Что было дальше, сложно описать структурировано. Ведь сейчас, в один момент, тюрьма осталась совсем без охранников. Все, кто нес тут службу, покинули её, как только сменился владелец.
Достаю телефон и набираю Волчару, который только этого и ждал.
— Слушаю! — тут же отозвался он. — Все прошло удачно?
— Да… Они передали тюрьму нам. Теперь здесь всем заправляем мы! — дал ему сигнал. — Дальше по плану!
— Принял, — ответил довольный Волк.
На самом деле, снаружи ждала не только армия Болконского, но и моя гвардия. Не прошло и двадцати минут, как сюда стали слетаться вертолеты, «Буревестники», и другой транспорт, который вез, как людей, так и технику. А ещё, не забыли они и материалы.
Сегодня здесь должна стоять нормальная защита, в том числе, два «Иерихона». В жизни не поверю, что другие не знают про эту сверхсекретную тюрьму. А также, что им не интересно побродить там, где жили Галактионовы, чтобы разобраться в их секретах. А, возможно, кое-кого оттуда вытащить. Надо всё-таки найти время и просмотреть список заключенных.
Вот, на такой самый случай, и будем держать здесь людей и технику.
— Куда вы их потащили⁈ — орет Волчара, который лично прибыл. — В сторону несите, здесь столбы не нужны!
Столбы тоже здесь будут установлены, хотя и есть у меня опасения, что тюрьма может их захватить.
Тут ведь всё, как устроено… Эта постройка имеет свое сознание, которое заложено с помощью элементалей и големов. Я сразу их ощутил. К примеру, в некоторых камерах стояли двери-големы, которые впали в спячку. В других местах пол и стены — это тоже големы, и они раньше были готовы в любой момент остановить вторженцев или беглецов. Но все это сейчас в таком плачевном состоянии, что мне придется здесь изрядно потрудиться.
Если честно, могу признаться, что если не получится разобраться в комнате управления, то ничего не смогу сделать. Ни один строитель или Одаренный земли не сможет здесь ничего предпринять.
Как мне известно, такие постройки продавали Архитекторы. Они разлетались, как горячие пирожки во время нашествия саранчи. Архитекторы совсем не хотели, к каждому потом ходить и ремонтировать, поэтому у них была пожизненная гарантия в разумных рамках. А это означало, что такие постройки умеют восстанавливать себя сами. Потому я сейчас и спускаюсь на подземный этаж, в котором находится главный пульт управления. С его помощью имперские стражи управляли здесь всем. Вот только они не знали некоторых особенностей Ордена Архитекторов.
Комната управления выглядела убого. Как минимум, здесь сейчас был беспорядок, и все панели из камня и артефактов слегка загажены. До какой степени нужно было убить это место, чтобы оно не могло очистить себя само. А еще мусор тоже присутствовал. Завтра же позвоню Болконскому, и пусть выпишет по первое число всем тем, кто здесь работал. Так быстро собирались в спешке, что забыли за собой убраться.
Призвал кислотного слайма и пожелал ему приятного аппетита.
— А теперь твоя очередь! — обратился к мелкому, который крутился на каменном глобусе, вмонтированом в панель. — Давай, врубай поисковика… Глянь, что здесь можно найти.
— Ш-ш-ш-ш-швиш-ш-шды шы-шы-шы-шы… — заржал Шнырька, но ушел искать.
То, что здесь можно найти лишние проблемы на свою голову, я и так понимал. А сейчас узнаю об этом получше. Врубил свое внутреннее ощущение тонких материй и впустил энергию в глаза. В этот раз они засияли голубым цветом.
Огляделся по сторонам и нашел нужную панель. На ней не было кнопок или рычагов, а также кристаллов, которые заменяли лампочки. Зато была выемка для руки. К слову, таких выемок здесь было много, и угадать с первого раза нелегко, какая мне точно нужна. Если не знать, что искать, то можно уничтожить это место одним неосторожным прикосновением, которое имеет свой код допуска.
Подошел туда, положил свою руку, и… В неё вонзились около сотни тонких игл, которые сразу вошли во все энергетические каналы. К слову, это очень мощный артефакт, раз он так может… Но я не боялся, что он попытается меня убить. Я был готов дать ему бой, если он признает меня врагом. Все же опыт в такой работе есть.
С меня стали скачивать информацию, что было неприятно. Словно комарик кусает в руку, а ты убить его не можешь. Сам не знаю, конечно, как это… Ведь обычный комар мне не страшен, но вот Анна говорила, что ужасное чувство, и врагу такого не пожелает.
В какой-то момент, размышляя о своем, я забыл, что происходит. Час… Два… Три… Вскоре иглы вышли из моей ладони.
— Хранитель Последнего Пристанища приветствует наследника! — раздался голос в моей голове.
Все же меня опознали. Я был прав! В этом месте за управленца был пространственный дух. Теперь мне трудно понять, сколько стоит эта тюрьма. Ведь по факту, он мог содержать её вечно, только дай ему материалы и не ломай ничего быстрее, чем он успеет отремонтировать.
— В каком состоянии объект? — спросил я у него.
— В критическом… Последнее нападение извне было фатальным! Уничтожены важные модули и каналы энергопередачи!
Голос был спокойным, но в то же время от него фонило могуществом, которое можно было только достичь, прожив долгие века. Таких сущностей могли призывать только сильнейшие к контракту.
— Сколько просуществует Последнее Пристанище без помощи? — еще один вопрос от меня.
— Мало… Семьдесят ваших лет!
Ну, не так уж и мало.
— Сколько сейчас в нем жителей?
Вот тут он завис.
— Меньше, чем в прошлом, но больше, чем мы можем себе позволить. Ресурсы ограничены! Исходят на нет.
— Конкретнее!
