- Милая моя? - спросил он. - Что с тобой?
Маргарет покачала головой, изо всех сил пытаясь улыбнуться.
- Ничего, - прошептала она.
Но Аллан понял, что это неправда. В мягком свете лампы ему были видны покатившиеся по щекам слезы.
- Я причинил тебе боль. - Голос звучал виновато. Аллан крепко прижал ее к себе. - Мэгги, дорогая, извини. Я не хотел.
- Нет, - ответила она. - Нет, Аллан. Ты не сделал мне больно. - Исходящее от него тепло и радость от его близости помогли ей улыбнуться. - То, что произошло, - просто чудесно.
Он улыбнулся в ответ.
- Если бы я знал, то не торопился бы так. Но мне даже в голову не пришло… Я не предполагал…
- Что я девственница? - стыдливо спросила она, ласково проведя кончиком пальца по губам Аллана. - Я тебя… я тебя… Ты не разочарован?
- Разочарован?
Он вспомнил тот момент, когда понял, что стал первым в ее жизни мужчиной, первым, кому она отдалась. При одном воспоминании участился пульс и вновь возникло желание, такое же сильное, как в первый раз. Но пока рано. Несмотря на слова, Аллан видел во взгляде отголоски той боли. Поэтому он удовлетворился нежным поцелуем.
- Разве мужчину может разочаровать подобный бесценный подарок? - спросил он.
Маргарет покраснела, но Аллан видел, что эти слова приятны ей.
- Не знаю, - прошептала девушка. - Люди говорят, что тут важен опыт, разве не так?
Аллан напрягся. Люди, черт бы их побрал, подумал он. Такой совет могла дать только Дайана. Что, в самом деле, больше не о ком думать? Если Дайана и была причиной их брака, то к тому, что Мэгги сейчас в его объятиях, она не имеет ровно никакого отношения.
Все, что произошло между ними, - их личное чудо.
- Ты была восхитительна! - Он улыбнулся. - А что касается опыта - буду счастлив, если ты приобретешь его со мной.
Маргарет улыбнулась в ответ, но во взгляде все еще мелькали остатки сомнения.
- Ты ведь, наверное, думал… наверняка предполагал… насчет меня…
- Забудь о том, что я предполагал, - сердито ответил он, отводя пряди волос, упавшие на еще покрытые стыдливым румянцем щеки. - Иногда я бываю таким тупоголовым боровом. - С радостью Аллан увидел, как посветлел ее взгляд. - Хотя, - продолжил он с улыбкой, - не буду возражать, если это определение покажется тебе несправедливым.
Маргарет рассмеялась.
- Никак не могу назвать тебя тупоголовым боровом.
- Правда?
- Да. - Она запустила пальцы в его волосы, наклонила голову и поцеловала в губы. - Ты слишком красив для этого.
Аллан ухмыльнулся.
- Спасибо.
Он перекатился на спину, не выпуская ее из своих объятий, и коротко рассмеялся.
- Почему ты смеешься? - спросила Маргарет, поднимая голову с его плеча.
- Вспомнил о Брайане.
- О Брайане? Почему о нем?
- Это долгая история, родная. Если в двух словах, то последние дни я ходил как начиненная порохом бочка. И Брайан оказался тем бедолагой, который поджег фитиль. Он так и не догадался, какая муха меня укусила.
Маргарет, поставив локти на грудь Аллану, положила голову на сложенные руки.
- Ты поссорился с Брайаном? И потому пришел домой так рано?
- И да и нет. - Аллан вздохнул, пропуская между пальцами прядь ее волос. - Я набросился на Брайана, это верно, но рано вернулся домой из-за тебя. Мне пора было уяснить для себя всю правду.
Сердце Маргарет забилось быстрее.
- Какую правду?
- Как сильно я хочу тебя - так, что почти теряю рассудок, - прошептал он и, проведя рукой по ее бедру, заставил затаить дыхание. - Все эти месяцы я старался уверить себя в том, что ты не нужна мне, и каждую ночь доводил себя чуть не до безумия, пытаясь представить, что произойдет, если я поднимусь наверх и заключу тебя в объятия.
Маргарет вновь покраснела.
- Я… я представляла себе то же самое.
В глазах Аллана зажегся огонек.
- Ты тоже? - хрипло спросил он.
- Каждую ночь, - прошептала Маргарет.
Он прижал ее к себе и начал целовать до тех пор, пока губы Маргарет не стали опять мягкими и податливыми.
- Больше никаких отдельных комнат, дорогая. Никаких отдельных кроватей. Мы и так потеряли слишком много времени.
Да, подумала она, осталась только одна неделя.
- Ты моя! - страстно воскликнул Аллан. - Понятно? Ты принадлежишь только мне, и никому другому.
Навсегда, Аллан. Навечно. Пожалуйста, взмолилась она про себя, пожалуйста, произнеси три простых слова, подтверди это.
Но он не произнес их. Вместо этого губы Аллана скользнули вдоль ее тела, и вскоре она почувствовала на своем животе его горячее дыхание.
- Аллан, - произнесла Маргарет прерывающимся шепотом, - Аллан…
Его губы коснулись ее, и все вокруг куда-то провалилось…
Рано утром они проснулись в объятиях друг друга.
- Ммм, - пробормотал Аллан, прижимаясь губами к ее шее.
- О-о-о, - вздохнула Маргарет, запуская пальцы в его шевелюру.
Спустя несколько показавшихся бесконечными мгновений он сел и легонько хлопнул ее по спине.
- Эй! - воскликнула Маргарет с притворным возмущением.
- Пора вставать, - проговорил Аллан, вскочил с постели и, подойдя к окну, открыл занавеси. - Уже утро, женщина. Ты знаешь, что это значит?
Маргарет улыбнулась и потянулась под покрывалом.
- Ну еще хотя бы минут двадцать…
- Завтракать, - приказал Аллан, возвращаясь к кровати. Сдернув покрывало и не обращая внимания на протестующие вопли, он схватил Мэгги в охапку. - Бекон. Яйца. Поджаренный хлеб.
- Аллан! Отпусти же меня! - Смеясь, Маргарет замолотила кулаками по его плечу, но он понес ее в ванную.
- И масса кофе, - добавил он, залезая под душ вместе со своей ношей. Продолжая крепко держать ее на руках, Аллан включил воду. - Ты вытянула из меня всю энергию, и мне необходима еда, чтобы восстановить силы.
Извернувшись в его руках, Маргарет повернула к Аллану смеющееся лицо.
- И это все, что тебе надо? - спросила она.
Улыбка сползла с его губ, а взгляд стал таким, что у нее перехватило дыхание.
- Нет, моя радость, мне нужно гораздо больше… Мне нужно…
Он поднял ее, их губы встретились, Маргарет обхватила ногами его бедра, и долгое время были слышны только звук падающей воды, вздохи и бормотание двух людей, занимающихся любовью.
- Так вот что представляет собой Лондон в праздничные дни?
Маргарет взглянула на него и улыбнулась. Они прогуливались по аллеям Ридженс-парка - день был жарким, солнечным, и газоны заполняли люди, спешившие насладиться погожим деньком.
- Странно слышать подобное замечание из уст коренного лондонца.
- Собственно говоря, я не коренной лондонец. Родился, правда, здесь, но еще маленьким ребенком меня увезли в Уэст-Энд, к Каспару.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
