но девушке всё равно казалось, что она голая и, окажись она в нём сейчас на улице или в каком-либо другом многолюдном месте, на неё бы пялились все без исключения.
Ей и без того чудилось, что на неё и так глазели все охранники, мимо которых проходила их небольшая процессия из пяти человек (она, Мария-Магда и парочка молчаливых стражей). Тем более, что местная охрана, кроме респираторных масок, скрывавших нижнюю часть лица, носила, к всему прочему, дополнительные «забрала» (без шлемов) из зеркального пластика, закрывавшие полностью глаза и половину лба. Поэтому понять — смотрят ли они на тебя, либо делают вид, что не смотрят, было просто невозможно.
— Ждите здесь, мэм.
— Мистер Хантер скоро подойдёт.
Кто бы сомневался.
Хотя, в этот раз Мия ничего не стала говорить. Причём ей совершенно не полегчало после того, как они вошли в первое помещение, судя по всему, входившее в число личных апартаментов Князя. Как раз у его входа, сопровождавшие их охранники остановились и не стали идти дальше. И уже оттуда Мия шла только за Марией и Магдой. И, естественно, исподтишка рассматривала окружавшие их стены, большущие комнаты и общие пролёты, объединённые либо дверьми, либо сквозными проёмами. Именно по последним девушка и определила, что это были не просто привычные из её мира прямоугольные или квадратные помещения. Нет, здесь они состояли из шести углов и, скорей всего, представляли из себя идентичные соты. А из-за большого количества широких проёмов чуть ли не в каждой стене, создавалось ощущение, что они находились в одной огромной комнате, разделённой в определённых местах стеновыми панелями и перегородками.
Само собой, никаких окон в первых пролётах не наблюдалось. Но и определить, что это были за помещения, что находилось в дальних «комнатах», и для чего они все предназначались — не представлялось вообще никакой возможности. Тем более, что не все двери были раскрыты настежь.
А некоторые стены так и вовсе представляли из себя полупрозрачные (или даже полностью прозрачные) блоки, внутри которых находились объёмные «картины»… Вернее, композиции из трёхмерных образов и чаще «живых». Например, как огромные песочные часы в многогранном хрустальном основании и «на фоне» светящихся клубов дыма, пронизанных насквозь солнечными лучами. И, да. Песок в них двигался и стекал переливающейся тонкой струйкой. А вообще, тут много встречалось именно всевозможных часов и даже в абстрактной форме, как у Сальвадора Дали.
Паркетный или мраморный пол тоже отличался у большинства разных комнат, напоминая тот монохромный рисунок с Розой Ветров, который напугал девушку после выхода из лифта. Но, конечно же, здесь уже были совершенно другие композиции или геометрические орнаменты с ложным трёхмерным «пространством». Не удивительно, почему Мию иногда порывало остановиться, опуститься на колени и начать рассматривать то, что, казалось, находилось далеко-далеко «внизу» общей картины и желательно с помощью мощной лупы.
Грубо говоря, голове здесь было от чего идти кругом. В том числе и от очень дурного предчувствия перед предстоящей встречей с мистером Хантером.
Хотя меньше всего Мия ожидала, что Мария и Магда оставят её здесь одну. А до этого доведут до самых последних сот, которые всё же имели свой крайний предел и заканчивались огромным панорамным окном всё из тех же стеклянных блоков, замыкающихся острыми углами над внешней террасой, а не прямым и ровным экраном. Будто ты находился внутри многоугольного куба, наполовину сделанного из прозрачного материала и соединённого с похожими кубами в один длинный ряд.
Девушка сперва даже не поверила своим глазам. Хотя бы оттого, что теперь у неё была возможность взглянуть на город с высоты… Нет. Не птичьего полёта. Едва ли сюда могла долететь хоть какая-то птица. Поскольку они уже реально возвышались над облаками… Причём очень и очень высоко — не в десятках, а сотнях метрах над землёй. И от открывающегося вида на Остиум становилось не просто не по себе, а буквально начинала дико кружиться голова. Из-за чего хотелось отступить обратно к дальней стене комнаты и уже там сильно-сильно зажмуриться.
Но Мия почему-то не отступила, хотя дурно ей на какое-то время всё же стало. Она вообще не могла поверить в увиденное. Ведь такое в принципе было невозможно. Какой известной человеку цивилизации было под силу всё это? Отстроить подобную башню запредельной высоты, которая точно выходила за пределы тропосферы (сколько там на самом деле в неё входит километров над Землёй — где-то двадцать?). Обычно на такой высоте летают пассажирские самолёты, да? Хотя, может и нет. Может у неё просто разыгралось воображение. Поскольку она могла различить многие постройки и высотные дома там внизу у «подножия» башни. Они не выглядели бесформенными точками или неразборчивыми пятнами.
А ещё… Практически прямо перед Мией, но на неизвестном дико далёком расстоянии, находилась ещё одна башня. Вот она действительно располагалась настолько далеко, что походила, скорее, на чёрный монолит из несимметричных граней, чья верхушка, казалось, уходила высоко-высоко вверх — чуть ли не в самый космос.
Более того, девушке так и не удалось рассмотреть границы города. Что тоже со столь нереальной высоты казалось чем-то абсурдным и невозможным.
— Впечатляет, да?
Конечно, она вздрогнула, вернее даже дёрнулась всем телом, как только со стороны раздался уже такой до боли знакомый голос. Голос мистера Хантера. Но всё же как-то удержалась и не подпрыгнула. Хотя обернулась слишком резко, мелко задрожав и пытаясь унять сбившееся враз дыхание.
Накрывшая по новой паника её не подвела. Как бы ей не хотелось обратного, но ей и вправду до этого ничего не приснилось. Это действительно был всё тот же Князь. Джокер. Мистер Дориан Грей, чья чудовищная сущность соединилась с молодым и совершенным телом… Вернее, мистер Хантер. Высокий под два метра мускулистый монстр с человеческой внешностью. С удивительно привлекательной человеческой внешностью, в чём-то даже идеальной. И сейчас она без того идиотского костюма предстала пред глазами девушки во всей своей совершенной красе. В прямом смысле этого слова. Поскольку на Хантере, кроме накинутого на плечи тёмно-синего халата, больше ничего не наблюдалось. Причём сам халат не был подвязан поясом, из-за чего казалось, что его почти что и не было. Всё, что он должен был под собой скрывать, красовалось своей детальной анатомией, как говорится, от и до.
Не удивительно, почему Мие стало ещё хуже, чем уже было до этого. Поскольку, едва ли этот… «человек» вышел бы к ней в подобном виде, если бы не собирался с ней что-нибудь сделать.
И его вопрос про «впечатляет»… К чему именно он относился? К внешнему виду
