царстве вечной весны, где веяло особой свободой и раскованностью.
Покои замка в самом деле были восхитительны.
Мы входим в залы одновременно с белым домино, которому негр помог выйти из экипажа. Он высок ростом, прекрасно сложен, и наряд его отличается изысканностью. На лице его черная шелковая маска, а на голове – шляпа.
Когда он миновал ярко освещенную переднюю, где тут и там толпились болтающие маски, лакеи поспешили отворить ему высокие двери.
Белое домино вошел в рыцарскую залу. Стены ее украшало оружие, в нишах стояли рыцарские доспехи; бесчисленные газовые рожки распространяли ослепительный свет.
Маски парами и поодиночке гуляли взад и вперед, громкая музыка доносилась из театральной залы, в которую вели два огромных портала. Тут кипела жизнь.
Арлекины с удивительной ловкостью лазали по стенам, управляясь со своими бубнами; глаза разбегались от ярких нарядов: каменный гость прохаживался под руку с дон Жуаном, маленькие гномы, играя, подкатывались под ноги веселым маскам.
Театральная зала, с изящными колоннами, громадными люстрами и мастерской росписью на стенах, могла вместить в себя более двух тысяч человек. Оркестр помещался на сцене, ложи пестрели масками, желавшими тайно поговорить друг с другом или с возвышения обозреть пеструю толпу; несколько сильфид сидели в нишах за зелеными шелковыми портьерами, заманивая к себе прохожих.
Из этой громадной залы через маленькую слабо освещенную залу можно было пройти в зимний сад.
Вы вдруг будто по мановению волшебной палочки переносились в лучшее время года. Здесь били фонтаны, в аромате душистых цветов манили к себе гроты.
Широкий и длинный сад магически освещался сверху так, что не видно было ни единого огонька, кроме разноцветных шаров в беседках. Птицы щебетали в листве деревьев, на которых висели созревшие плоды.
В мраморном бассейне плавали редкие морские животные и черепахи, а громадное зеркало на задней стене расширяло площадь этого сада до бесконечности.
Проходя мимо первого фонтана, белое домино увидел в стороне странную пару.
Изящная собирательница винограда, юность которой обнаруживала особая легкость движений, хотя черная маска скрывала ее лицо, шла под руку со старой сгорбленной колдуньей.
Эбергард, а именно он скрывался под маской белого домино, невольно остановился – так на удивление хорош был костюм этой старой маски. Темно-красный плащ с капюшоном был накинут на плечи сгорбленной колдуньи, а лицо скрывала безобразная старая маска. Одной рукой она крепко держала свою спутницу, а другой плотнее запахивала свой плащ. При этом она очень внимательно следила за всеми масками.
В прекрасных золотистых волосах собирательницы винограда были розы. Коротенькая, изящная юбка белой шелковой материи была отделана розовыми лентами; тонкие шелковые чулки и маленькие розовые башмаки обтягивали ее изящную ногу; юбка была до того коротка, что открывала очаровательные ножки, и можно было смело сказать, что эта маска была царицей бала. Даже двое эльфов в еще более коротких кисейных юбочках не могли сравниться с прекрасной собирательницей винограда, державшей в руках корзинку с плодами и цветами. Розовый шелковый корсаж слегка стягивал только что развившиеся формы; ее шея и руки были ослепительной белизны.
Эльфы с завистью осматривали юную виноградаршу с ног до головы и затем подошли к белому домино, потешаясь над тем, что он так внимательно смотрит вслед ей.
Эльфы, вероятно, были сестрами; они были в одинаковых масках, белых кисейных юбках, подобранных белыми же цветами, весьма коротких, со смелым вырезом в корсаже, их костюмы дополняли драгоценные ожерелья и изящные белые перчатки. Черные глаза их, сверкавшие из-под черных масок, кокетливо посматривали на Эбергарда.
– Ты любуешься виноградаршей, белое домино? – прошептала одна из эльфов, проходя мимо Эбергарда. – Несчастный! Знаешь ли ты, кто ее провожатая?
– Нет, прекрасный эльф, скажи мне это!
– Это Паучиха, ха-ха-ха, заманившая в свои сети нового жука! – сказала маска.
– Паучиха? – повторил Эбергард.
– О, белое домино, неужели ты не знаешь Паучихи? – проговорила одна из эльфов, между тем, как другая обратила ее внимание на элегантного рыцаря, только что вошедшего в сад.
– Бьюсь об заклад, что это лорд Фельтон, – прошептала она, уводя за собой свою спутницу.
«Это Кора и Лидия Болиус!» – сказал про себя Эбергард, глядя им вслед и не выпуская из виду сгорбленную колдунью, которую эльфы назвали Паучихой.
Рыцарь, пробравшись сквозь толпу масок, раскланялся с обеими дамами, которые со смехом написали ему на ладони большое Ф. Он нашел то, что искал, и вскоре уже сидел с соблазнительной Корой и очаровательной Лидией за шипучим шампанским в одной из прекрасных беседок, где сыпались шутка за шуткой.
В ту минуту, как белое домино, преследуя собирательницу винограда, входил в театральную залу, он заметил в стороне испанца, которого сопровождал хромой цыган, внимательно искавший кого-то глазами.
– Ваше королевское высочество, вы можете быть уверены, что тот разбойник – не кто иной, как принц Этьен, – прошептал цыган. – Он идет вслед за черным домино, которое, по всей вероятности, скрывает интересную личность – какой величественный рост!
Испанец ничего на это не ответил, но кого-то усердно искал; серые глаза цыгана зорко следили за ним, маска скрывала его хитрую усмешку.
– Господин барон, вы обещали мне привести сегодня ту невинную девушку, которую, наконец, с таким трудом разыскали.
– Разумеется, мой принц, я привел бы ее к вашему королевскому высочеству уже несколько дней тому назад, если бы маленькая Лорелея не была такой робкой! Я потерпел фиаско при последней попытке! – сказал хитрый камергер.
– Так предоставьте мне самому испробовать свое счастье!
– Потрудитесь последовать за мной.
– Так соблазнительная сирена в самом деле тут?
– Через несколько секунд она будет к вашим услугам, мой принц!
Камергер Шлеве, пройдя мимо белого домино, подошел к сгорбленной колдунье.
– Слушай, Паучиха, – сказал он так тихо, что Маргарита, или же виноградарша, не могла расслышать его слова и не узнала его. – Приведи твою спутницу в первую беседку сада – принц Вольдемар желает видеть ее.
– Хорошо, господин барон! – Паучиха с благодарностью пожала руку камергера. – Поспешу! Знаете ли вы того турка, который нас рассматривает?
– Это старый лорд Уд, чего же ему смотреть? Вот и это белое домино тоже не спускает с вас глаз! Маски часто ошибаются. Стало быть, в первой беседке налево!
В то время как цыган весьма бесцеремонно повернулся к ней спиной, Паучиха повела свою спутницу в сад; Маргарита следовала за ней, не подозревая ничего дурного, так как госпожа Робер выразила желание присесть.
– Посмотри на эти роскошные беседки, моя дорогая, – тихо проговорила хитрая старуха, – не правда ли, нам здесь будет прекрасно.
Старая колдунья уже заранее рассчитывала, как щедро наградит ее принц.
Маргарита, которую Паучиха крепко
