телом. И только я стояла ровно, не шевелясь. Так, будто всё это безобразие моих рук дело.
Ураган исчез так же внезапно, как и появился. И только после этого я сняла со своего горла усиливающее голос заклинание и спокойным тоном произнесла:
— Вот, значит, вы как. А я ведь хотела по-хорошему. Что ж. Ваш обожаемый мистер Мёрфи сбежал из Литлвиладжа, потому что налога за ваших живых мертвецов в казну не отчислял. И долгу за это время накопилось столько, что если вы платить будете — а платить должны именно вы, это ж ваши помощники! — то весь город скоренько вылетит в трубу. Я хотела тихонько, по-семейному избавиться от зомби, словно их и не было, но раз вы против…
— Налоги?
— В трубу?
— Долги?
— Да откуда налоги-то? Ещё и за мёртвых платить?
— Это всё Марта Спорти виновата, чтоб у неё язык отсох…
— Мисс Лэнг, а давайте всё-таки по-семейному, а?
— Ага, по-семейному. Простите нас, дураков. А, мисс Лэнг?
И только я открыла рот, чтобы напомнить всем, как меня зовут на самом деле, как из-за моей спины, ломая кусты и перепрыгивая сразу через две могилы, выскочил здоровый полуголый парень. В одной руке он держал сковороду, другая светилась зеленоватым светом от едва сдерживаемой магии.
— Что здесь происходит? — спросил он, даже не запыхавшись. — Я слышал крики, а затем почувствовал всплеск силы. По ощущениям — тёмной.
Народ безмолвствовал. Я, надо сказать, тоже пялилась молча.
Из одежды на парне были лишь узкие щегольские брюки, низко сидящие на бёдрах, а сверху одна сплошная обнажённая мощь. Косые мышцы живота притягивали взгляд, как магнит стальную стружку. Аккуратные кубики пресса. Грудное плато, мерно вздымающееся под силой ровного дыхания, мощные плечи, капелька пота, соскользнувшая с шеи в ямочку между ключицами…
Я воспитанная девушка из приличной семьи, но, надо признаться, с подружками мы не раз ходили на галерею спортивного зала поглазеть на тренировки боевиков и некромантов. Скажу честно, таких занятных образцов там было немало, но впервые я видела нечто подобное так близко. Можно сказать, на расстоянии вытянутой руки.
— Мать моя женщина, — просипели из толпы женским голосом. — Хочу себе такого же!
Парень закашлялся, и это помогло мне отвлечься от рассматривания обнажённого торса и перевести взор на лицо неожиданного визитёра.
Лицо было со следами лёгкой рыжеватой небритости и насмешки, которая таилась в изогнутых уголках губ и тёмно-синих, как ночное небо, глазах.
— Ступай своей дорогой, парень! — с грубоватой ревнивостью в голосе посоветовал сапожник. — У нас тут семейные дела. Только для жителей Литлвиладжа.
Парень обнажил белоснежные зубы в ослепительной улыбке и, отбросив со лба рыжеватую чёлку, нахально заявил:
— Ну, раз для литлвиладжцев, то я, пожалуй, останусь. Я теперь в некотором роде он. Алхимик я ваш новый.
Толпа выдохнула слаженным женским стоном, а я подумала, что в мою бытность студенткой на алхимическом таких образчиков не училось. Мои одногруппники предпочитали прокачивать те мышцы, что в мозгах, а не те, которые в плечах.
— Алхимик — это хорошо.
Я наконец вернула себе дар речи и вспомнила о том, что у меня тут бунт, задушенный на корню, живые мертвецы и мёртвые надежды на продолжение халявы у горожан. И решать мне в первую очередь нужно было эти вопросы, а уже во вторую таращиться на обнажённый мужской торс. Пусть и очень даже… Тьфу! О чём я только думаю?
— Алхимик — существо в хозяйстве полезное. — Улыбнувшись новообретённому соседу, я враз вспомнила все те вещи, которые некроманты в кампусе говорили нам, алхимикам. — Не некромант, конечно. Но тоже сойдёт. Вы, молодой человек, и в самом деле, ступайте… — взгляд мой зацепился за сковородку. — …на кухню. Вон у вас и подходящий инвентарь для этого есть. И не извольте беспокоиться: никакого шума или всплеска тёмной, впрочем, как и светлой, энергии более не планируется.
Он даже бровью не повёл, никак не показывая, что моё не завуалированное оскорбление достигло цели. Впрочем, судя по его довольной физиономии, оно и не достигло. А вот мне почти сразу стало неловко за беспричинную резкость и колкость. Это, как говорится, факт.
Ревность взыграла, что поделаешь! Сама ведь мечтала на его месте оказаться, а вместо этого приходится черт знает чем заниматься.
— Воля ваша, — я пожала плечами и с этого момента в сторону парня даже не смотрела. Повернулась к литлвиладжцам и громко спросила:
— Так что делать будем, господа хорошие? Как станем решать нашу проблему?
— Так а что её решать, мисс Лэнг? — заискивающе улыбнулась миссис Споти. Она с появлением алхимика снова выкатилась на первый план и, кажется, прятаться больше не собиралась. Мало того, обращаясь ко мне, она кокетливо стреляла глазками в сторону алхимика. — Делайте, как сочтёте нужным. Вы в этом деле специалист, а мы что? Мы люди маленькие.
Маленькие! Эти маленькие люди, если бы не призрак мистера Тана, упокоили бы меня живьём в одном из склепов. И совесть бы их точно не замучила.
— Значит, оставляете своих… э… помощников на моё попечение? — уточнила я, чтобы раз и навсегда расставить все точки над нужной буквой алфавита.
Держалась я, хочется верить, уверенно. И активно заворчавшие в знак согласия горожане точно не заподозрили, что в подобном мероприятии я участвую впервые. А вот какой эффект моя бравада произвела на алхимика? Что как он из Сити приехал, и сейчас как начнёт рассказывать направо и налево, что эта передовая технология никакая не передовая, а в некотором роде даже запрещённая. И уж точно никто её никаким налогом обкладывать не собирался.
— Всех до одного, чтобы в долгий ящик не откладывать? Так?
На алхимика я старательно не смотрела, но вот его взгляд, как присутствие за своей спиной, ощущала чётко. Присутствие это волновало, что несомненно, но отчего-то ещё и придавало какой-то непонятной уверенности.
— Мисс Вирджиния, — зашипел тревожно мне в ухо окончательно оклемавшийся Джейми. — Они все в баронский склеп не влезут.
Я на него цыкнула, чтобы не мешался, и тут же голос подал сапожник. Он огладил передник на животе, почесал макушку, а потом обречённо махнул
