Читаем без скачивания Охотник на оборотней - Михаил Берсенев

— Ольга Владимировна.

— Так вот, Ольга Владимировна! Дмитрию грозит опасность. Где его можно найти?

— Да я сама волнуюсь! Ушел в гараж три дня назад, и с тех пор ни ответа, ни привета! Мотоцикл он продавал. Он хоть и балбес, но всегда мне отзванивался, говорил, где ночует, куда уезжает. А сотовый его звонит, но трубку никто не берет. Я уж сама собиралась в милицию!

— Гараж тот, где находится?

— На Лысой Горке, — хлюпнула носом Ольга Владимировна. — Бокс № 117.

— А где он еще может проводить время? У девушки своей? — спросил Петр.

— Да он в гараже этом дневал и ночевал. Все с этими мотоциклами возился. Девчонка его звонила сюда на городской телефон. Такая же «оторва»! Говорит, тоже три дня ей не звонил и на вызов не отвечает. Странно это! А я только поле перелома ноги. Мне тяжело из дома выходить.

— А мог он запить, загулять, в другой город уехать, наконец?

— Да не переносит он спиртного! Организм такой! А если б уехал — я бы первая знала, куда и когда. Он, как сын — заботливый. Помогите его найти… — едва не заплакала женщина.

— Знаете, что! Я сейчас поеду в отделение. Потом на Лысую горку. Давайте ваш телефон, я запишу. Как узнаю что-нибудь, я дам вам знать!

Женщина взяла со столика ручку и блокнот, и стала записывать цифры на бумагу.

Г. Тулеевск, полтора часа спустя, гаражный бокс № 117, район Лысая Горка

Петр с задумчивостью смотрел на синий шлем с наклейкой в виде оборотня, лежащий на самой чистой полке в гараже. Позади, маялись, как обычно, недовольные и шокированные понятые. Вокруг входа в гараж скопилось уже немало автовладельцев. Два милиционера лениво отгоняли их назад. Все ждали экспертов. Ковыль Дмитрий Семенович, он же Стилет, лидер молодежной банды «Оборотни», лежал на бетонном полу. На голой спине его были видны порезы, похожие на хирургические. Красное высохшее пятно под телом было очень большим. И без экспертов было видно, что Стилета убили ударом либо ножа, либо кинжала, в левый бок на уровне сердца. Рядом с ним лежал моток скотча и несколько коротких отрезков его. По всей видимости, скотч использовали для затыкания рта лидеру «Оборотней». Видимо, кому-то нужна была информация от этого парня. А может быть что-то еще. Три мотоцикла стояли нетронутыми в ряд. Вряд ли его убили из-за этих двухколесных «коней». Прокопчук вышел из кирпичных стен гаража на улицу. Отошел от толпы подальше, достал сотовый и небольшой клочок бумаги. Он стоял и колебался: звонить, или не звонить? Наконец, он сплюнул на асфальт в сердцах, и вслух сказал:

— Ну и работа! А ведь обещал позвонить! — с этими словами молодой опер начал нажимать кнопки телефона. Через несколько секунд в квартире Ковыля Дмитрия Семеновича зазвонил телефон. Ольга Владимировна Ковыль как раз пила чай на кухне. Она вздрогнула от настойчивой трели аппарата, и, как будто чувствуя беду, с неохотой подняла трубку.

Кабинет полковника Мельникова, УВД № 2, г. Тулеевск, лето 2010

— Значит, ты считаешь, что кто-то отстреливает мотоциклистов с синими шлемами из группировки «Оборотней», так?

— Именно так.

— Тогда, как ты объяснишь, что не все убитые были членами этой группировки? Вроде бы Костя Фигушкин, сын уважаемого сотрудника администрации, не мог быть связан с этими «Оборотнями»? Он только сел на мотоцикл недавно. А пулю в спину получил.

— Ошибка. Дело в том, что наклейка с изображением оборотня выдавалась Стилетом лично. Он сам их где-то закупал и распределял среди членов своей банды. Стрелок ориентировался на синий шлем. Это отличие этой банды от другой. Скажем, члены группировки «Летучие мыши», одевают всегда желтые шлемы с наклейкой или рисунком в виде пикирующей летучей мыши.

— Откуда ты все это знаешь? Сам, что ль член какой-нибудь группировки, типа «Вампиры в милицейской рубашке?»- скаламбурил полковник Мельников.

— Помните, Федор Игнатьевич, — пропустил мимо ушей подколку полковника Петр, — я докладывал, что в полдень встречаюсь с известной в городе журналисткой Синцовой Марусей? Она пишет на молодежную тематику. Она прям дока по городским бандам…

— А ты и ее знаешь, Петр Андреевич? Откуда?

— Оле…,- чуть было не упомянул имя секретарши босса молодой опер. — Оленька познакомила. Сеструха моя двоюродная.

— Продолжай! — приказал полковник.

— Так вот. Синцова принесла на встречу небольшую папочку с журналистским досье, на эту группировку. Именно из этого досье я узнал много интересных подробностей о лидере «Оборотней» — Ковыле Дмитрии, он же Стилет. Об их отличительных признаках, как клана. Это очередная банда «безбашенных отморозков». Но при этом не совсем уж уличная шпана. Стилет привлекал в свою банду отпрысков зажиточных родителей. Существовал даже вступительный денежный взнос. Но можно было и не быть богатым, и попасть в члены «Оборотней». Для ребят это, прежде всего физическая сила и жестокость. Стилет сам отбирал себе бойцов. Девушкам носить синие шлемы запрещалось. Это было мужское сообщество. Подруги «Оборотням» нужны были на отдыхе, для развлечения, но дела делались пацанами.

— Что за дела конкретнее?

— Разбои, уличные грабежи, налеты на магазины, палатки, развоз наркотиков, рейдерские атаки. Это сильная банда. Жестко централизована на убитом нынче лидере — Стилете. Они нарекли себя еще одним названием — «Воины тьмы». А еще их развлечение — мотобол.

— Футбол?

— Да нет! Мотобол: две команды на мотоциклах на футбольном поле играют в футбол.

— С кем враждовали? — Федор Игнатьевич взглянул в окно.

— Со многими. Они же этакие свободные, кочующие бандиты. Стычки у них случались частенько, с теми же «Летучими мышами». Но «Оборотни» легко брали верх. Потом они с «Летучими мышами» даже в мотобол играли. Но самый сильный конфликт у них произошел и еще, я полагаю, только начинает вспыхивать с пришлой бандой «Беркуты» из Шаповска. Я изложил всю информацию, которой владею по этому делу вот в этой докладной записке! — молодой опер протянул руководителю несколько листов бумаги с текстом и приколотыми фотографиями. — Особо интересно, что у Беркута, лидера шаповской банды, родной дядя раньше был победителем соревнований по биатлону! А в драке между убитым Стилетом и Беркутом победил Стилет, унизив тем самым Беркута. И чуть не убил его! Более того, дядя Беркута отсидел срок за незаконное хранение и распространение огнестрельного оружия и боеприпасов. В том числе снайперских винтовок. Он спокойно мог обучить племянника снайперской стрельбе и снабдить оружием. «Беркуты» ненавидят «Оборотней», почему — в докладной записке.

Мельников помолчал.

— Ладно! Знаешь, что, Петр! Давай-ка проверь еще раз все, что у нас есть на этих «Оборотней».

— Я уже докладывал, что информации почти «ноль» именно в нашем архиве.

— Помню! Копай на верхушку группировки. Обрати внимание на их разборки с другими бандами. Какие преступления совершили, кого поймали, кого посадили, кто вышел. Кого они могли серьезно обидеть. Переговори еще раз с этой журналисткой Синцовой. Выясни, кто хотел бы и мог объявить клану «Оборотней» войну. Помимо «Беркутов» и «Летучих мышей». Стилета пытали перед смертью. Как сам понимаешь, это не просто так. Думаю, деньги тут вряд ли большие замешаны. Раз Стилет сам пошел мотоцикл подержанный продавать — огромных сумм там не крутилось, хотя, как знать, как знать…. И последнее: неплохая работа, Петр, неплохая! Я это учту. А пока — действуй!

Г. Шаповск, пивной ресторан, лето 2010

Из входных дверей заведения «Пенный клуб» периодически выходили окосевшие мужички и их дамы. Беркут прикатил сюда на старенькой «Хонде» с тремя дружками и двумя девчонками. У дружков и вовсе были «Восход» и «Иж-Юпитер», еще советского производства. Все мотоциклы стояли в ряд недалеко от парадного входа. Петра Прокопчук достал из небольшой сумочки термос и бутерброды. Уже полтора часа члены банды надувались разливным пивом в забегаловке. Наконец, дверь «Пенного клуба» с шелушащейся краской открылась, и на порог вышли «Беркуты». Они громко что-то обсуждали и смеялись, лица их выглядели довольными. «Видимо, немало пивка в их животах плещется!», — подметил про себя Прокопчук. Он обратил внимание на двух небритых мужчин с помятыми физиономиями и в мешковатой, видавшей виды одежде, которые плелись к дверям «Пенного клуба». Когда они подошли к «Беркутам», галдящим у входа, то поздоровались за руку с пацанами и их лидером. Между ними завязался разговор, какой бывает между завсегдатаями любого подобного заведения. Беркут что-то говорил и активно жестикулировал руками, похлопывая себя обеими ладонями по животу. Его товарищи хохотали, а два помятых мужика сдержанно улыбались. Петр с удовольствием дожевал многослойный бутерброд с ветчиной, сыром, зеленью и солеными огурчиками, заготовленный дома перед слежкой за Беркутом, допил из кружки термоса еще горячий ароматный кофе и, задумчиво глядя на мужичков у входа в «Пивной клуб», произнес вслух: