Если расценивать принесенный нам завтрак, как признак успешности сдаваемого мной экзамена, — то дела похоже, у нас шли совсем даже неплохо!
А вот после завтрака, как я ни рыпался, а нас таки развели по разным углам. — Меня и Грат’ху, пригласили на ученое собрание математиков. — Засранец Воорзаак, оказывается ничего не забывал, и мою похвальбу о продвинутости простого воина в этой дисциплине, не забыл.
Впрочем, за Грат’ху я особо и не волновался. — Парнишка, вырванный мной когда-то давным-давно из лап Асииаака, потом еще долгие годы ходил в моей оикия, заглядывая в рот своему командиру, и слушая каждое поучение Великого Шамана.
Каюсь, на нем я немало практиковался разрабатывая методы вдалбливания разных абстрактных истин, в глубоко практичные мозги доисторического человека.
Мы и с зернышками играли, и абак осваивали, и долго долбились головой о булыжник науки, пытаясь вникнуть в концепцию нуля.
…Так что, спустя почти пятнадцать лет, мне за своего ученика краснеть не пришлось!
А вот за себя… Нет, не то чтобы окружающие меня ученые мужи, и впрямь знали очень много, или были все сплошь гении и корифеи высшей математики!
Но ведь, блин! Я знаете ли тоже, в школе проходил по шкале «твердый троешник», что означало, «сколько об него не бейся, выше не поднимется».
А тут еще эта ихняя незнакомая система цифровых записей, — гибрид из обычных палочек, и графических изображений узелков! — У нас в Мос’кве, даже аиотееки, обычно очень быстро переходили на привычные мне арабские цифры.
В общем, пару раз я чуть конкретно не облажался, да еще и, ПОЗОРИЩЕ, на тех самых задачках, которые вполне успешно решал в классе третьем-пятом.
Ну, типо поделить яблоки между мальчиками, …в зависимости от диаметра их кулаков. (шутка). Или вычислить общее количество ништяков, в зависимости от доли доставшейся каждому отдельному купцу. …Да что там говорить, — каждый решал в детстве такие задачки. Ничего в них сложного нет, нужна только аккуратность мышления и скрупулезность. …Ну и знание некоторых математических законов.
Я признаться и сам составлял такие задачки для своих учеников. Но над некоторыми, что мне предложили храмовые математики, пришлось поломать голову. …Хорошо что еще в тригонометрию не полезли. Тут я чистой воды бестолочь!
Ну в общем, — бешенного фурора своими знаниями, я тут не произвел. …Хотя и надеялся. Однако, чувствовалось что определенное уважение окружающих все-таки выслужил! По крайней мере, как мне показалось, — как на бездарного выскочку и хвастуна, на меня больше не смотрели, и даже всерьез взялись обсуждать предложенную мной десятеричную систему. — Сами-то они пользовались двенадцатеричной, искренне считая ее куда более совершенной и удобной.
…Но ведь, сволочи такие, — То на чем всяческие попаданцы завсегда гребли зафигенные ништяки и баллы репутации, — сиречь на «нуле», я круто обломался. — Местные ребята его знали, хотя и обозначали крестиком в петле, и прекрасно им пользовались при подсчетах.
В общем-то, нечему удивляться. — Всяческие Пифагоры, жили задолго до изобретения компьютеров и фаянсовый унитазов! А сутки на две дюжины часов, и круг на 360 градусов, раздели еще древние вавилоняне …Вот как раз, примерно в эти же каменно-бронзовые времена, собирались они в своих пирамидах и прочих храмах на всяческие симпозиумы[8], и запивая это дело чашами разбавленного вина, и треская козлятинку в оливках, — закладывали основы этой самой науки, которой я тщетно надеялся блеснуть сегодня. …Тока вот, в отличии от меня, это были действительно гениальные и пытливые умы, а не двоечники, пытающиеся паразитировать на чужих заслугах!
…Однако, обед, который я решил считать главным критерием успешно сдаваемых экзаменов, снова был обилен и роскошен.
Нет, определенно стоит податься в науку, коли тут научные кадры так хорошо питаются. …Откармливают, можно сказать. — Еще бы узнать по какой причине.
…А после обеда, ко мне снова заявился Воорзаак. Я уж мысленно сделал тоскливое лицо, и хотел было сослаться на нормативы РОНО и Министерства Образования, не позволяющие так издеваться над экзаменуемыми. Но оказалось, что дедок пришел, чтобы повести меня на экскурсию по Храму.
И хотя чапать по солнцу, после обильного обеда, было влом. — Экскурсия того стоила!
В общем, — это было как раз то, что я мечтал устроить в своем Университете. …И когда-нибудь обязательно устрою… Может быть.
У меня-то пока что происходит? — Где-нибудь на отшибе, чтобы не мешать серьезным людям, — собирается кучка подростков… или людей постарше. И несколько других подростков… ну или людей постарше, пытаются вбить им в головы нечто полезное.
Получается хреново…
Вернее, — могло бы получаться лучше, кабы вместо пацанов и относительно молодых парней, — преподавали бы убеленные сединой старцы. А еще лучше, — дюжие мужики в дорогих доспехах, (что есть символ престижа), обвешанные скальпами и чертящие закорючки на песке не обычными палочками, а наконечниками боевых копий.
Да, что и говорить, — такие люди пользуются авторитетом и вызывают уважение окружающих. — Взрослые, солидные, выглядящие достаточно богато и солидно, одним своим видом вызывающие восторг и зависть окружающих, и желание подражать во всем.
Увы, — мы до такого, пока не доросли. — Самые старые и солидные преподаватели в моем Университете, были в основном из банды Дрис’туна, и было им лет по двадцать — двадцать пять, максимум.
Нет, и более почтенные товарищи тоже приходили преподавать. К примеру Бот’аники Эуотоосик или Гок’рат, да и других почтенных старцев, из числа ремесленников или знатных животноводов, пахарей, рыбаков-мореходов, я активно привлекал к преподаванию.
Но признаюсь, — больше для того чтобы придать солидности своему заведению.
Нет, конечно они знали много полезного. Такие знания, в которых я был абсолютно некомпетентен. И хранили в своих головах мудрость, и жизненный опыт тысяч поколений своих предков. — Тот самый опыт, что позволял им выживать на этих землях и морях, в эти неласковые времена.
По части повадок животных и растений, ухода за скотом или ловли рыбы, а также многих ремесел, я даже не пытался вякать и лезть со своими знаниями, поперек знаний тех людей, которые на этом собаку съели. Где уж мне тут соваться со своей теорией, собранной из мельком прочитанных статеек, плохих школьных знаний, — да фантастических книжек авторов, чьи герои, в одиночку, за пару дней строят домны, и начинают сходу выплавлять самолеты и пароходы…
Нет уж, — пусть по части выращивания и добычи харчей, — местные делятся своим опытом, который моим ученикам, думаю пригодится куда сильнее, а главное чаще, знания теоремы Пифагора, или таблицы Менделеева, (будто я сам могу ее по памяти воспроизвести).
Так что, эти Старшие и умудренные жизнью люди, приносили немало пользы, передавая студентам Университета свой практический опыт по части жизни в этом мире.
Но вот по части тех скудных теоретических знаний, что я притащил с собой Оттуда… Тех знаний, что в конечном итоге, объединившись с практическим опытом, дадут некий толчок в развитии цивилизации… — Тут мне приходилось полагаться только на себя и своих учеников.
А было их, увы, не так много. Ну в смысле таких, которые бы не просто вызубрили таблицу умножения или алфавит, но и поняли их настолько хорошо, чтобы учить других, а главное, — продвигать систему знаний вперед.
…Ну а уж в и в плане быта. В смысле инфраструктуры, — Мос’ковский Университет, пока оставлял желать лучшего… Сильно желать!!!
Про аудитории я и не говорю. — Настолько большое помещение, чтобы внутри могло уместиться хотя бы полсотни человек, — тут называлось «Дворцом». А у великого шамана Дебила, и так уже был один дворец, так что строить еще один для его учеников, это у него рожа треснет. Тем более что освещать полутемные помещения слишком дорого, делать большие окна, — бессмысленно, а в степи итак хватает места, где можно собрать несколько десятков мальчишек, и что-то им объяснить. — Зачем для этого строить еще какие-то здания? — Было бы желание учиться, — и стоя по шее в выгребной яме выучишься. А коли желания нет, — тут никакие дворцы не помогут??? — Примерно так рассуждали бы наши Старшины, приди я к ним с идеей возведения домов предназначенных только для того, чтобы в них чему-то учить мальчишек.
Итак уже, — когда я заикнулся о постройки чего-то вроде общаги для учеников, на меня посмотрели… ну скажем так, — с удивлением. — С каких это пор, подросткам понадобилась крыша над головой, тепло и регулярное питание? Чему они вообще научатся, пребывая в таких тепличных условиях? …Уж ничему полезному точно!
Даже Леокай меня не понял, когда обговаривая плату за обучение, я упомянул еду для учеников. — Тут к воспитанию молодежи относились серьезно, и никакого баловства и расслабухи, вроде еды и теплых лежанок, не допускали.
