Для Вооруженных сил Советского Союза, как гром с ясного неба, 28 июля 1942 года вышел в свет приказ НКО СССР № 227 подписанный Верховным Главнокомандующим Сталиным и ставший впоследствии известным как приказ «Ни шагу назад». Официальное указание не имело разъяснений, что делать и как, приказ даже не имел даты введения в жизнь. Не будь под ним подписи Сталина, его никто не стал бы исполнять в действительности. Иное дело теперь, приказ подлежал немедленному и неукоснительному исполнению и без вольного толкования. Понятным было лишь одно: надлежало немедленно в пределах армии создавать 3–5 хорошо вооруженных заградотрядов численностью по 200 человек в каждом под командованием офицеров особых отделов и выставлять их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий с задачей в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникеров и трусов. А непонятного, о чем никто не мог говорить во всеуслышание, было больше: 200 человек – это ни рота, ни батальон, это отдельные бойцы, которых надо было подобрать, сформировать в подразделения, подготовить к выполнению задачи, вооружить, обучить. При этом сразу же встал вопрос, чему учить заградотрядовцев и кто это сможет сделать? Где и как организовать службу? Как подбирать командный состав, который понятия не имеет, что такое «заградотряд»? Кто станет определять место несения службы, если заранее неизвестно, проявит ли данное соединение устойчивость в бою или нет? Всё так, но заградотряды следовало выставлять незамедлительно, не исполнить приказ Сталина нельзя было даже в мыслях, тем более сославшись на объективные причины. Особые отделы были постоянно начеку. По предложению армейских Военных советов Сталинградского фронта было принято решение: на первое время, пока армейские особые отделы сформируют и подготовят свои заградотряды к выполнению обязанностей, решать их задачи незамедлительно поручить подразделениям пограничников войск НКВД по охране тыла с их знаниями специальной тактики.
Уже 28 июля были выставлены первые три заградотряда от пограничных войск по охране тыла для несения службы, каждый в составе пограничной роты, усиленной резервным взводом командира батальона. 200 человек в этих заградотрядах не набиралось, но факт выставления подразделений на службу в тылу неустойчивых дивизий был налицо. Можно полагать, приятная информация о начале работы приказа прошла через все высшие инстанции.
Сразу напрашивается вопрос: каковы были результаты деятельности первых заградотрядов? Пограничники без долгих размышлений организовали на указанных армейскими особыми отделами рубежах службу заслонов, при этом назвали выставленные на службу наряды «заградпостами». Заградпосты по тактике заслонов выполняли задачу скрыто и с таким расчетом, чтобы между соседними нарядами постоянно поддерживалась зрительная и огневая связь.
В сообщении ОО НКВД Сталинградского фронта в Управление особыми отделами НКВД СССР № 31 от 14 августа 1942 года давалась информация о результатах служебно-боевой деятельности трех заградотрядов. В течение первых десяти дней с момента появления приказа № 227 отряды задержали 363 человека, из которых 93 вышли из окружения, 146 отстали от своих частей, 52 потеряли свои части, 12 вышли из плена, 54 бежали с поля боя, 2 оказались с сомнительными ранениями[115].
Вопросов по поводу сообщения № 31 много. Во-первых, за десять дней службы три заградотряды задержали 54 беглеца, ежедневно, следовательно, 4–5 человек или по 1–2 каждым оперативно-войсковым подразделением. Плохо, что такие случаи имели место в действительности. Однако 200 заградотрядовцев ежедневно задерживали явно не такое количество беглецов с переднего края обороны неустойчивых дивизий, какое предполагалось. КПД оказался чрезвычайно низким, и не за счет плохого несения службы пограничниками, – людей, плохо выполнявших приказы Сталина, не было, – а вследствие малого количества паникеров и трусов, убегавших во время боя с передовых позиций.
Во-вторых, в соответствии с положениями приказа № 227, заградотряды должны были выставляться в непосредственном тылу неустойчивых дивизий. А это тыльная граница полковых участков обороны, проходившая в пределах двух километров от переднего края первой позиции[116]. На этой узкой полосе, на удобном для наблюдения за окружающей местностью рубеже, выстраивался боевой порядок заградотрядов. Вражеские снаряды, мины и даже пули крупнокалиберных пулеметов могли долетать до рубежа. Спрашивается, каким это образом могли оказаться перед заградпостами выходцы из окружения и плена, отставшие от своих частей? Вывод напрашивается сам собой. Факты в сообщении особого отдела № 31 СТФ в УОО НКВД СССР о деятельности заградотрядов не являются достоверными. Истину отражает только цифра «54», остальные данные отношения к заградотрядам не имеют.
Еще один документ, относящийся к заградотрядам, но уже сформированным армейскими особыми отделами. В Справке № 50 ОО НКВД СТФ в УОО НКВД СССР о деятельности заградительных отрядов Сталинградского и Донского фронтов (не ранее 15 октября 1942 г.) дается информация, что с 1 августа по 15 октября подчиненные особым отделам армий заградотряды задержали 140 755 военнослужащих, сбежавших с передовой линии фронта. Из числа задержанных было арестовано 3980 человек, расстреляно 1189, направлено в штрафные роты 27 776, в штрафные батальоны – 185, возвращены в свои части и на пересыльные пункты 131 094 человека[117].
Донской фронт был создан в конце сентября 1942 г. и имел в своем составе 25 заградотрядов, потому основная масса задержаний относится к Сталинградскому фронту с 16 заградотрядами. На их долю пришлось свыше 80 % задержаний, а это не менее 113 000 человек. Если в стрелковом полку в военное время числилось по списку 1500–2000 человек, то выходит, за два с половиной месяца с передовых позиций сбежало до 70 полков, каждый день по количеству личного состава, соответствующему одной стрелковой части, а это 20–23 дивизии или 4–5 армейских объединений, фронт! Известно, на начало Сталинградской битвы в составе Сталинградского фронта имелось в наличии 12 стрелковых дивизий с большими потерями личного состава в каждом соединении[118].
Выходит, во время наиболее тяжелых боев, от результата которых зависел ход и исход войны, воевать-то было некому, в бегах находилось больше воинов, чем числилось по спискам. Погибших тоже записывали в состав беглецов? Абсурд. К этому выводу еще одна добавка. Согласно подсчетам данных из Справки № 50, каждый заградотряд под руководством командного состава особых отделов ежедневно задерживал свыше 90 человек (рота) или до 4 человек ежечасно днем и ночью или каждые 15 минут. Валом валили беглецы? Подобного рода оглушительные цифры деятельности заградотрядов, без выделения отдельной строкой истинных результатов службы заградотрядов, встречаются во всех отчетах особых отделов Сталинградского и Донского фронтов.
Исключением являются данные одного из документов – докладной записки ОО НКВД ДФ в УОО НКВД СССР «О работе особорганов по борьбе с трусами и паникерами в частях Донского фронта за период с 1 октября 1942 г. по 1 февраля 1943 года» от 17 февраля 1943 г.
В докладной записке сообщается, что за указанный период, по неполным данным, особорганами фронта арестовано трусов и паникеров, бежавших с поля боя, 203 человека.
Это по численности столько же людей, сколько имелось в одном заградотряде. В составе Донского фронта их было 25. Выходит, каждый заградотряд сумел за четыре месяца задержать 8 беглецов с передовых позиций, или ежемесячно – по 2. Если «по полным данным» количество задержанных увеличить в два раза, то и такие результаты службы заградотрядов вряд ли заслужили бы благосклонного внимания высоких инстанций. Иначе явно просматривается несоответствие затрат на содержание заградотрядов и результатов. Отменить бы приказ, да подписан он самим Сталиным.
Что из этого следует? Намеренно или случайно особые отделы фронтов в раздел о задержаниях заградотрядами беглецов и трусов включили данные о лицах, задержанных войсками НКВД по охране тыла действующей армии. Не исключено, что такая форма оперативной отчетности была санкционирована свыше. Службы заградотрядов и войскового заграждения пограничниками созвучны. Можно полагать, во фронтовых условиях было не до того, чтобы разбираться в тонкостях терминологии. А вот в современных научных работах фактография не может считаться достаточной для доказательства истины, приводимые факты неизменно нуждаются хотя бы в простом арифметическом и логическом анализе. Не вникая в суть применяемой терминологии, без оглядки на доводы логики и ответственность за исторические истины, отдельные авторы фактографически используют количественные показатели в своих исследованиях. Характерна фактография для отдельных статей в научных сборниках, в научено-справочном издании, каким является энциклопедия «Сталинградская битва»[119]. Можно было бы не заострять внимание на цифры о беглецах с передовых позиций времен Великой Отечественной войны, ведь с тех дней прошло более 70 лет. Но в вопросе действенности воспитательной работы с подрастающим поколением в духе патриотизма на примерах преданности Родине бойцов и командиров в боевых условиях – очень даже важно, в каком количестве задерживались трусы и паникеры, сбежавшие с передовых позиций, единицы или сотни их было ежедневно. Указанная энциклопедия с опубликованными научно-справочными материалами по вопросам о заградотрядах окажется материалом антивоспитательного характера.
