— Ну как ты стоишь! Ногу вперед! Когда стоишь, одна нога должна быть впереди.
Лена поспешно приняла требуемую позу. Алена критически посмотрела на нее:
— Сколько тебе повторять — следи за осанкой! Плечи назад и слегка опущены! Спина прямая!
Она подошла ближе и поправила Ленины плечи:
— Вот так! Вообще-то, — примирительно сказала она, — мне не нравится затея гонять тебя по подиуму. Все равно классной манекенщицей тебе не стать — росту не хватает. Модель — другое дело, модель ты, возможно, почти идеальная. Ну ладно, как хорошая школа мои уроки тебе все равно пригодятся. Аркаша велел — сделаем.
— Алена, ты слишком жестока к девочке. У нее не так уж плохо получается.
У двери в репетиционный зал стояла высокая черноволосая красавица, потрясающе элегантная — в белом брючном костюме с небрежно повязанным вокруг шеи ярко-красным шарфиком. Она вошла незаметно и наблюдала за процессом обучения уже минут пять. Алена, на мгновение забыв про свою ученицу, кинулась к ней:
— Надька! Приехала!
— Я же обещала.
Последовал обмен поцелуями и охами. Лена узнала красавицу — та самая Надя, которая была с Игорем на приеме у Паолы. Явилась! И в такой неудобный момент. Глупее Лена давно себя не чувствовала. Алена же, слегка отстранившись, придирчиво оглядывала приятельницу:
— Потрясающе выглядишь! Как тебе удается сохранять форму? Я после поездок за границу всегда толстею.
— А я нет. — Надя перевела взгляд с Алены на Лену. — Наши новые кадры?
— Да, и неплохие. Только я все равно считаю, что ее целесообразнее использовать в качестве фотомодели. Ты посмотри — она же ниже тебя почти на голову! — Алена повернулась к своей ученице. — Кстати, познакомьтесь: это Лена Трофимова, а это…
— Мы знакомы, — не совсем вежливо перебила Лена.
— Мы познакомились чуть больше месяца назад в Венеции, в доме Паолы Дениэлли, — пояснила Надя и приветливо улыбнулась: — Что, Леночка, решилась-таки попробовать нашей профессии?
Лена пожала плечами и пробурчала себе под нос:
— Решилась.
— Только пока не слишком получается, — добавила тактичная Алена.
Лена вспыхнула, а Надя сказала:
— Ничего, получится. Ты что, не помнишь, как муштровала меня и жаловалась на мою тупость?
Алена рассмеялась:
— Было дело! Подождешь меня немного, мы скоро заканчиваем?
— Если хочешь, я вам помогу.
Надя скинула пиджак и осталась в белом атласном топике. Аккуратно повесив пиджак на спинку стула и сложив шарфик, она взошла на подиум и встала рядом с Леной.
— Ну, что у нас не ладится?
— Осанка. Поработаешь образцом?
— С удовольствием.
Надя приняла профессиональную позу манекенщицы на заключительном выходе. Алена критически оглядела ее, потом повернулась к Лене:
— Вот смотри: самый уязвимый ракурс женского тела — вид сбоку. Тут «спорят» грудь и выпуклая часть живота. Правильная осанка с отведенными и опущенными плечами приподнимает зрительно грудь и акцентирует на ней внимание. Мы в таких случаях говорим «вкусный силуэт». А иначе… Надюш, покажи!
Надя расслабилась и слегка сгорбилась. Алена сделала рукой широкий жест сверху вниз:
— Видишь? Грудь зрительно пропадает, а фигура «стекает» вниз, к животу. Повторяю еще раз: для манекенщицы поставленные плечи и прямая спина служат основой, на которую сажается вещь, и именно от них зависит успешная демонстрация замысла модельера. Запомни это, как таблицу умножения. Поняла?
Лена кивнула и попробовала скопировать Надину позу:
— Так?
— Блестяще! — Надя улыбнулась еще приветливее.
— Неплохо! — Алена тоже осталась довольна. — Надюш, теперь пройдись!
Алена щелкнула кнопкой плейера. Снова зазвучала ритмичная музыка, и под нее Надя неторопливо прошлась взад-вперед. Алена поучала:
— При ходьбе плечи должны быть неподвижными в плоскости вперед-назад и вверх-вниз, они могут лишь поворачиваться вправо-влево в противофазе с бедрами. Получается подобие волны. Надюша, замри-ка на секунду!
Надя остановилась. Алена подошла к ней и провела рукой по линии шеи, а затем повернулась к Лене:
— Обрати внимание: линия подбородка составляет с линией шеи угол в девяносто градусов. При повороте головы угол сохраняется, рождая визуальное ощущение достоинства. Попробуй повтори!
После примерно получаса такой муштры Алена наконец сжалилась:
— Ну ладно, на сегодня хватит! Лена, ты свободна.
Лена остановилась и нерешительно посмотрела на Алену.
— Ну, что еще случилось? — спросила она.
— Можно мне завтра не приходить?
— Это еще почему?
— Видишь ли, — Лене не хотелось этого говорить, но что поделаешь, — у меня завтра день рождения.
— Ну что ж, поздравляю. И сколько тебе стукнет?
— Восемнадцать.
— Почти дитя! Ну ладно, по такому случаю гуляй! — Алена повернулась к Наде. — А мы сейчас отправимся гулять в бар, идет?
Надя обворожительно улыбнулась:
— Может быть, и Леночка пойдет с нами — заодно и ее день рождения отметим! Хотя что это я, заранее отмечать — плохая примета.
— Прекрасно. Лен, пойдешь? — Окончив занятие, Алена снова превращалась из мегеры в милую компанейскую женщину. — Хотя ты, наверное, так обижена на мои придирки, что никуда со мной идти не захочешь.
Однако не успела Лена ответить, как дверь приоткрылась и в зал заглянула Светлана Прокофьевна, секретарша Овчинникова:
— Алена Николаевна, директор хочет с вами поговорить.
— Вот черт! А попозже нельзя?
Светлана Прокофьевна сделала большие глаза и железным тоном выговорила почти по слогам:
— Не-мед-лен-но!
Алена посмотрела на Надю. Та понимающе усмехнулась:
— Иди-иди, вдруг зарплату прибавят! А мы с Леной подождем тебя в баре. Правда, Леночка?
Алена схватила свою сумку и умчалась.
Сидеть в баре с Надей Лене совсем не улыбалось. Но Надя уже обняла ее за талию и повела к выходу.
«Блю стар» арендовало помещение в роскошном здании редакции бывшей партийной газеты. В лучшие времена здесь можно было жить, не выходя на улицу: великолепная столовая, бар и прочие прелести делали жизнь сотрудников комфортабельной. Теперь же газета захирела, и многие помещения пришлось сдать фирмам, не имеющим никакого отношения к издательскому делу. Однако на качестве обслуживания в баре и в столовой это никак не отразилось: фирмы заботились о своих сотрудниках не хуже ЦК КПСС.
В это время в баре было малолюдно. Надя и Лена сели за дальний столик, заказав по чашечке кофе. Надя держалась совершенно естественно, а Лене было крайне не по себе. Она абсолютно не знала, о чем говорить со своей неожиданной спутницей. Впрочем, можно было и не тревожиться: Надя взяла инициативу в свои руки. Неторопливо размешав ложечкой сахар, она сказала:
