Потребовалось несколько дней, чтобы определить яд – атропин. Мы сделали все, что могли, но доза была слишком большой. К тому же, задержка с постановкой точного диагноза сделала свое дело. Молодой мужчина скончался через две недели.
- Всех можно отравить, - мрачно возразила я, вспомнив тот случай. – Особенно тех, кто думает иначе.
- На даргхана не действуют никакие яды, - не согласился со мной Тик-Так и продолжил есть свою кашу, как ни в чем не бывало. Я уже взялась за ложку и поднесла ее ко рту, да так и застыла в нелепой позе.
- Тогда, как ты понял, что в моей порции нет яда?! – уточнила я.
- Я его чувствую, - объяснил даргхан. – Я еще вчера хотел отчитать тебя за то, что ты съела две порции, даже не позаботившись о безопасности, но ты уснула. Элиза, так нельзя, - он посмотрел мне в глаза. Взгляд серых глаз заворожил. Меня затянуло в него, словно в колодец. Смотрю и не могу отвернуться, будто загипнотизированная. – Прежде, чем что-то отправить в свой рот, ты должна дать попробовать мне, - произнес Тик-Так, и каждое его слово будто впечатывается в мое сознание. - Запомнила? – спросил он, и я медленно кивнула. Попробуй, не запомни то, что выгравировано в памяти.
Глава 12-4
- Что это было? – прошептала я, когда вновь обрела дар речи. Удав перестал гипнотизировать бедного кролика, и я обессиленно откинулась на спинку стула. Ощущение такое, будто меня держали за горло.
- Внушение, - невозмутимо ответил даргхан и продолжил есть свою кашу.
- Вы… Ты… Зачем?! – выкрикнула я, готовая одеть тарелку на голову этому Коперфильду.
- Для твоей же безопасности, Элиза! – прикрыл он глаза. – Пойми ты, мы не на курорте! Все очень серьезно! – это было сказано так проникновенно, что вся моя воинственность улетучилась .Я молча кивнула, удивленная такому повороту. Неужели все настолько серьезно, что меня могут отравить? Да я после этих слов буду бояться даже воду пить!
- Помни о безопасности! Я отвечаю за тебя, Элиза, - прозвучало удивительно искренне. Я смутилась от таких нежных интонаций. Он как будто всерьез и по-настоящему за меня переживает. – Но ты ведешь себя крайне безответственно! – упрекнул меня даргхан, и все смущение как корова слизала. – Вчера я оставил тебя на двадцать минут – ты наелась до отвала и заснула прямо в кресле. До этого ты подорвала магистра и чуть не разнесла собственный особняк. Элиза, если так пойдет и дальше, то мы просто не доедем до Арены, потому что ты снова влипнешь в неприятности!
Я почувствовала себя шкодливым котенком, которого и на минуту оставить нельзя. То елку опрокинет, то на диван нагадит, то на люстру запрыгнет.
Стоп. Он сказал слово «Арена»?! Если бы у меня были уши, я бы прижала их к голове! Воображение нарисовало боксерский ринг, на котором участники турнира устроят бои без правил. В кожаных трусах. Пусть императором станет обладатель самого крепкого удара.
«И самой крепкой попки» - подсказал ехидный внутренний голос, и я покрепче сжала челюсти, чтобы не сболтнуть лишнего.
- Сегодня будет первый тур, - снизошел до объяснений Тик-Так. Даже ложку с кашей чинно отложил в сторону. Правильно, негоже претенденту на трон разговаривать с набитым ртом. – Он представляет из себя серию дуэлей. Побеждают лишь сильнейшие, коих останется трое.
А, так вот почему император сказал, что большинство сегодня покинут турнир. Три четверти отсеются сразу, на подходе к трону. Хм… Тогда зачем всех их заселили в резиденцию всего на одну ночь?
- А девушки тоже должны будут сражаться? – безо всяких шуток уточнила я.
Тик-Так издал сдавленный звук, изо всех сил удержав в горле смешок. Он поспешил замаскировать смех кашлем, прижал кулак к губам, но кого этот клоун пытается обмануть? Я же вижу, что он ржет.
- Это не обязательно, но я бы посмотрел на такой раунд, - проговорил он сквозь прорывающиеся смешки.
- Вот станешь императором и издашь какие хочешь законы, - фыркнула я. – Зачем нужна невеста, если она не сражается? – задала я риторический вопрос, но даргхан решил на него ответить.
- Девушка должна не сражаться, а стоять за спиной даргхана и поддерживать его, - посерьезнел Ментос. – Как магически, так и духовно.
- Угу, подавать патроны, пока он отстреливается, - закатила глаза я, вспомнив известный пример из интернета. Благо, даргхан не расслышал, что я там бубню себе под нос, а потому не стал задавать вопросов об огнестрельном оружии.
- Элиза, - со всей серьезностью обратился ко мне Ментос. – Послушай меня, - протянув руку, он неожиданно накрыл своей широкой ладонью мои пальцы. – Я буду вынужден оставить тебя там одну на час или два. Пожалуйста, будь предельно осторожна. Ничего не ешь и не пей, - по слогам произнес он. Магического внушения я не ощутила, а вот давление на психику – очень даже почувствовала. – Тебя будут расспрашивать, но ты не отвечай. Помни: ты не обязана никому рассказывать о себе и своей магии. Эти девушки знают, что вылетят с турнира, а потому могут попытаться сорвать на тебе свою злость. Не поддавайся на провокации и помни: никто не посмеет тебя тронуть, - проникновенно произнес он, заглядывая мне в глаза.
- Хо-хорошо, - рассеянно кивнула я и поняла, что вообще не хочу никуда ехать. Можно мне остаться дома? А он уж как-нибудь сам там справится…
Когда с завтраком было покончено, в дверь снова постучали.
- Первый тур состоится через три часа! – отрапортовал дворецкий, и у меня внутри все похолодело.
- Ментос, я надеюсь, никого не убьют? – сглотнула я вставший в горле ком.
- Если только случайно, - вздохнул потемневший лицом даргхан. Он решительно направился в спальню, будто у него там срочные дела. Минуточку! Я еще не все выяснила!
- А мне обязательно с тобой ехать? – спросила я у даргхановой спины. Да что же это такое?! Я поспешила за ним. Стоило мне войти в спальню, как все вопросы вылетели из головы. Ментос уже успел сбросить с себя пижамные штаны и теперь стоит у шкафа, сверкая своим нижним бельем.
- Конечно, обязательно, - произнес он таким будничным тоном, будто мы говорим о капельнице с физраствором. – Если ты помнишь, то в нашем контракте четко прописано, что ты должна появляться на всех этапах турнира, без исключений.
О чем он говорит? Я слышу отдельные слова, но никак не получается сложить их в смысловые конструкции. Перед глазами маячат накачанные сильные ноги, упругие ягодицы, широкие плечи и узкие бедра. Хвала всем богам, даргхан остался в белье!
Ах, контракт! Как я могла забыть, что связана по рукам и ногам этой бумажкой?! Я ни одной строчки в нем не прочитала, но почему-то не сомневаюсь в том, что каждое мое действие в нем прописано. Уж даргхан-то наверняка застраховал себя от всех вариантов, включая и банальную женскую капризность.
Я смотрела на спортивное мужское тело и вдруг поняла, что упустила из контракта один важный раздел, а именно – санкции за несоблюдение условий. Только сейчас осознала собственную глупость, но что поделать! В момент подписания я была в состоянии такого стресса, что вообще с трудом воспринимала информацию. А что, собственно, будет, если я вдруг передумаю и откажусь от участия в этой авантюре? Штраф? Тюрьма? Бордель? Впрочем, учитывая, с какой ненавистью на меня смотрел император, все вышеперечисленные варианты скорее являются очень оптимистичными. Не бросят мой изнасилованный труп в канаву – считай, повезло.
И как меня угораздило оказаться в самом центре политических интриг? Меня, простую медсестру, у которой из опыта интриг только забрать забытую кем-то сдачу в автомате для кофе!
И потратить ее на проезд в метро.
Ну вот, даже внезапный стриптиз не способен изменить ход моих мыслей. Все равно уносит не туда.
Ничуть не стесняясь моего присутствия, даргхан начал одеваться. Он натянул на свои крепкие ноги удобные черные штаны. Чем-то они отдаленно напоминают джинсы. Сверху Ментос накинул свободную рубаху, очень похожую на косоворотку, заправил ее в штаны, и только тогда я отмерла и сглотнула. Оказывается, все то время, пока даргхан одевался, я стояла за его спиной, молчала и пожирала молодого мужчину глазами. Осознав это, я впервые задумалась о том, что вообще происходит с моим сознанием? Я никогда в жизни не смотрела на мужчин как на кусок мяса! Да, бывало, засматривалась на красивых мужчин, но не до такой же степени, чтобы позабыть обо всем!
