он сам не решал себя обнаружить. Я вздрогнула от неожиданности, не ожидая встречи так рано.
После его ухода, лорд, потратил час, чтобы объяснить мне значимость нашей миссии. Буквально через девять дней состоится званый бал, на котором я должна буду предстать перед Его Величеством вместе со своим женихом из-за морей. До этого времени я должна всеми возможными и невозможными способами выведать о господине Рройсе всё, что только возможно.
По предварительной договорённости с Кристианом у нас следующая легенда — он единственный сын богатого помещика, который довольно рано осиротел. Всё богатство, которое ему досталось, было пущено на разведение овец. Шерсть, жир и мясо позволили утроить капитал семьи. На сегодняшний день довольно богатый и влиятельный заморский лорд хочет расширить территорию сбыта.
— Свободный двадцатидевятилетний сын кореянки и русского. Рост сто восемьдесят девять, шпион, вор, красавчик. — Закончил своё повествование хам, когда мы договаривались о том, какой информацией будем делиться.
Последнее, конечно, было сказано в шутку, но именно от этих слов в сердце потеплело.
— А ты разве не пошёл искать девушку, что согреет постель? — вырвались эти слова сами собой, но я осознала, что задержала дыхание в ожидании ответа.
— Неужели я слышу нотки ревности?
Кристиан закинул свою руку мне на плечо. Я повела плечами в попытке сбросить её, но он лишь сильнее притянул меня, не оставляя между нами расстояния.
— Кому ты нужен? — Тепло его тело согревала, а дыхание грело шею.
— Тебе нужен.
Мужская рука сжала сильнее, и горячие губы коснулись лба. Я перестала дышать. Сердце пустилось вскачь, а щёки горели огнём.
— Никому ты не нужен. — пробубнила я, совершенно не веря своим словам. Чужеземец ухмыльнулся как и я, подвергая сомнению каждое слово.
— Ты помнишь, чему я тебя учил?
— Да. — Я была рада, что Кристиан сменил тему, и перестал смущать меня разговорами, в которых я терялась. — Необходимо сливаться с толпой, не привлекать к себе внимание, уметь поддержать любой разговор, держать чувства под контролем, следить за всем, что происходит и запоминать привычки врага.
— Умничка моя. — Его тяжёлая рука как воротник обнимала шею. Кажется, я начала гореть. — Главное, что бы ни случилось, держи себя в руках и положись на меня.
Я кивнула, а он притянул ещё ближе, хотя казалось куда ближе. Мы шли в сторону старой хижины, в которой он был частым гостем, а я не могла избавиться от одной простой, но пугающей мысли — что будет, когда мы свергнем короля? Ему надо будет вернуться домой. Я не имею права просить о том, чтобы Кристиан оставил свою жизнь и остался жить в нашем мире, как и последовать за ним. Страх потерять его стал так велик, что ночи превратились в один большой кошмар. Для человека, живущего только местью, я слишком много времени стала тратить на мысли о том, о ком не имела права мечтать.
— Что не так?
— Ничего.
Кристиан хоть и учил меня держать эмоции под контролем, но он не знал, что я лучшая актриса в нашем. Много лет, было потрачено на то, чтобы скрывать чувства от Уолтера, от Воута, от всех, кто меня окружал. Слёзы стирались ещё до того, как успевали сдвинуться к уголкам глаз и скатиться по щеке. Улыбка всегда была на лице, когда этого требовали обстоятельства. А злость скрывалась опущенными глазами и сжатыми кулаками. Но всё же, его я обмануть не смогла.
— Маленькая лгунья, — произнёс Кристиан и вновь поцеловал в макушку.
Ну почему я влюбилась в того, кто должен уйти, как только мы закончим начатое?
Глава двадцать шестая — Смирись и прими
«Правильный мужчина ВСЕГДА заботится о своей женщине. Начиная с покупки красивого платья, заканчивая крепкими объятиями. Иначе для чего он нужен»?
— Я думаю, если мы чуть-чуть подправим здесь и уберем здесь…
— Ничего не измениться. — закончила я мысль Ариши.
Ее тяжелый вздох подтвердил очевидное. Это — ужасно. Торчащие во все стороны рюши в огромном платье, что сшила портниха по заказу лорда Лэнгвина, выглядело невообразимо отвратительно.
— Да.
Моя гостья медленно скатилась по стене и сжала голову. Уже час она пыталась придумать хоть что-нибудь, чтобы исправить наряд. Слишком глубокий вырез Ариша прикрыла тонкими кружевами своего старого платья, сложенными в три раза. Рукава, мы ушили, а вот сложенную слоями юбку исправить было невозможно.
— Уолтер говорил, что есть женщина, способная применять бытовую магию.
В больших карих глазах загорелся огонек надежды, который мне пришлось потушить.
— Бети нам не поможет.
Не знаю, что меня расстроило больше. То, что Уолтер рассказал ей больше, чем я даже могла предположить. Или то, что просить помощи не у кого.
После встречи в старом соборе Воут не попадался мне на глаза. Но со слов будущего правителя, меня исключили из дальнейших планов. Конечно же, о моем «ужасном проступке» было поведано всем. Бети, по правилам, часть которых вводилась с моей легкой руки, не должна была мне помогать ни при каких обстоятельствах. Так что да, я осталась одна со своим горем.
Ариша глубоко вздохнула и, не сумев сдержать выступившие слезы, выбежала на улицу. Тонкая ранимая душа леди. Хорошо что во мне от леди осталось только что воспоминание.
Правда, лорд Лэнгвин уже неделю заставляет париться в бане и отмокать в ванной, заполненной лимонами. Старая работница парилки оказалась ответственным работником, поэтому щетками меня скребли нещадно. Так что, когда я добиралась до ванны, меня ожидала не теплая вода и возможность отдохнуть, а жжение по всему телу.
Но результат выше всех похвал. Из зеркала на меня смотрела девушка с длинными шелковистыми светлыми волосами и почти белоснежной кожей. Пальцы судорожно коснулись перебинтованной руки.
— Что за убожество ты на себя нацепила?
В дверях стояли Кристиан и Уолтер.
— Эва, мы это… — Будущий король подбирал слова — Выглядишь миленько.
— Ты в своем уме? — Кристиан вытаращил глаза на Уолта. — Она выглядит как ребенок, которого одели в наряд умершей бабули. И видимо, в этом наряде ее и хоронили. А чуть позже выкопали и отстирали.
— Кристиан! — рыкнул Уолт.
Я повернулась к мужчинам, пока они не начали очередную потасовку в МОЕМ доме.
— Я знаю. — Их взгляды переместились на меня. — Лорд Лэнгвин выписал мне портную. И она сшила это.
Моя рука прошлась по всему платью, демонстрируя подобранный наряд.
— Чертовы демоны! Так вот почему «твоя» заливается горькими слезами.
Мне нравилось, как Кристиан называл Аришу. Было в этом что-то теплое. Словно этой фразой, он отрезал любые возможности кого-либо, в том числе себя, претендовать
