Читаем без скачивания Убийца (в сокращении) - Лиза Скоттолине

— Подруги Триш, Джулии. Джулии Палаццоло.

Мэри застыла. Значит, Триш спит с мужем Джулии. И в мотеле Триш ей лгала. Значит, Джо Статио и есть Миссис-вторник-четверг?

Она наконец обрела дар речи.

— А вы где работаете, Джо?

— Держу слесарную мастерскую на Орегон-авеню.

Мэри неловко усмехнулась. И здесь Триш солгала. А в чем еще она солгала?

— А я думала, брокер — из-за надписи «Дин Уиттер».

— Да? — Джо взглянул вверх, словно не помня, что держит над головой. — Это не мой. Какой-то клиент забыл в мастерской. — Он посмотрел на дом Гамбони. — Пойду, пожалуй, в дом.

Мэри дождалась, пока он скрылся в доме, и как бы ненароком взглянула на багажник его автомобиля. В тщетной надежде, что ошиблась, дважды посмотрела на номерной знак. Но она не ошиблась, это был автомобиль, который стоял рядом с мотелем. RK-029.

Мэри приехала домой, сбросила пальто и упала на диван в гостиной. Она чувствовала себя развинченной, потерянной. По привычке схватила «Блэкберри». Написала Джуди, что нашла Триш и можно не беспокоиться, потом стала просматривать накопившуюся за долгое время почту, стараясь не думать о Триш, Бобби, Джулии и Джо Статио.

В какой-то момент у нее, видимо, кончился завод. Она была как воздушный шарик, из которого выпустили воздух. Она отложила «Блэкберри» в сторону, не зная, ее клиенты по-прежнему ее или уже нет, уведет она их за собой или оставит Бенни. И доведется ли ей снова работать с Джуди? И найдет ли она работу?

Мэри взглянула на часы. Половина одиннадцатого. Она нашла пульт среди диванных подушек, включила телевизор. На экране стоял полицейский в штатском. «Доброе утро, дамы и господа, — официальным тоном произнес он. — Волна насилия, захлестнувшая определенные элементы организованной преступности…»

Через минуту Мэри уже спала.

Ее разбудил звонок домофона. В комнате было темно. Несколько мгновений она не могла прийти в себя, совершенно потеряв ориентацию во времени и пространстве. Потом поняла, что она дома. Сегодня пятница, она осталась без работы. И без мужчины.

Мэри встала и сняла трубку домофона.

— Да?

— Открой, — ответил голос Джуди.

Мэри нажала на кнопку и включила свет. Услышав перестук сабо на лестнице, она открыла дверь — и вошла ее лучшая подруга. В своем репертуаре: в мешковатых брюках а-ля роба, в футболке цвета морской волны и вышитой джинсовой куртке. В руках она с трудом удерживала коробку с пиццей.

— Ты неплохо поработала. Ты буквально во всех газетах. — Джуди прошла на кухню, по пути включая всюду свет, и Мэри, закрыв дверь, поплелась за ней, как рассеянный ребенок.

— Моя самооценка стабильно низкая.

— Не удивила. — Джуди поставила на стол коробку с пиццей. — Ты не станешь счастливой, пока ты несчастна.

— Неправда, — несчастно проговорила Мэри. Или счастливо.

— Должно быть, ты переутомилась. — Джуди достала из шкафчика две тарелки и поставила на стол. — Ты выполнила свою миссию. Нашла Триш. Она жива, и полиция идет по следу мафиозо, убившего Бобби Манкузо.

— Желаю успеха. — Мэри открыла бутылку с содовой. — А мне вот кажется, что Бобби убила Триш.

— Что? — переспросила Джуди, открывая коробку с пиццей.

— Что слышала. — Мэри уселась за стол. — Я думаю, это сделала она. И сейчас старается выпутаться.

— Да ты что? — Джуди, опускаясь на стул, смотрела на нее во все глаза, позабыв о пицце. — Ну, рассказывай.

Мэри рассказала.

— Вот это история, — мрачно заключила Джуди, глядя на пустые стаканы. В открытой коробке стыла пицца.

— У Триш был и мотив, и возможность, и время, чтобы убить его и вернуться в Поконос. К тому же у нее есть пистолет, а в переулке рядом с телом нашли ее кольцо с опалом.

— Но зачем ей хранить орудие убийства?

— Может, чтобы сбить копов с толку. И меня.

— А риск, что его подвергнут экспертизе? — Джуди покачала головой. — Что-то ты перемудрил, Шерлок. Иногда самый очевидный ответ и есть правильный. Манкузо — бандит. Когда убийство — профессия, то смерть — профессиональный риск.

— Но она мне лгала. Я поверила всему, что она мне рассказывала о своем бойфренде, пока не познакомилась с ним. А теперь думаю, что она лжет и во всем остальном.

— Мэри, ты что-то запуталась. Ты — адвокат Триш. Ты должна защищать ее, и пока ты исполняла это весьма успешно. Ее не арестовали и, кажется, не собираются. Ты сделала свое дело.

— Значит, завтра его похоронят, — не унималась Мэри, — а она избежит обвинения в убийстве.

— Этого ты не знаешь.

— Она спит с мужем своей лучшей подруги.

— С каких пор это карается законом?

— Джуд, она плохая.

— Но ты же с самого начала это знала. Не зря же ты их всех называла Трудными-девочками.

— Кроме Джулии. Джулия хорошая. Она наш человек.

— Дай передохнуть, — взмолилась Джуди.

Мэри понимала, что дело не в правосудии. Не в том, что Триш избежит наказания за убийство. Дело в том, что Триш избежит наказания за ЕГО убийство. Но Мэри не готова была рассказать Джуди о себе и о Бобби.

— И вообще, с чего вдруг ты вступилась за него? Вспомни, пожалуйста, он ее бил! Она плакала от страха у тебя в кабинете. Мне он совсем не нравится. А тебе?

В яблочко! Мэри он именно нравился.

— Ты слишком погружена в жизнь этих людей. Словно у тебя нет собственной жизни. Ты давно уже живешь совсем в другом мире. Они помнят тебя гадким утенком. А ты успешный адвокат. Тебе надо вернуться на работу. Поговори с Бенни. — Джуди подалась к ней. — Она тяжело переживает твой уход.

Но мысли Мэри были далеки от работы. Она думала о нерожденном ребенке — своем и Бобби. Нет ни ребенка, ни Бобби, и ее долг перед ними обоими — найти настоящего убийцу. Вот почему ее это так волнует, поняла она. И глаза ее наполнились слезами.

— Что такое?

— Я должна тебе рассказать что-то очень плохое.

— Что же?

— Я сделала аборт, — выпалила Мэри.

Джуди застыла.

— Да? — наконец тихо уточнила она.

— Я встречалась с Бобби в школе. — Мэри пыталась успокоиться, но бесполезно. Губы ее дрожали. — И однажды мы обнимались в машине… в общем, занялись сексом, и я забеременела. Это был первый секс в моей жизни.

— Какой ужас! — не своим голосом произнесла Джуди.

— Я боялась, что ты не будешь после этого со мной общаться. — Мэри всхлипнула.

Джуди кинулась ее обнимать.

— Ну ты что? Я всегда буду с тобой.

— Правда?

— Да. Знаешь, Мар, что я в тебе люблю?

— Что?

И Джуди ответила:

— Все.

Глава 11

На следующее утро Мэри надела свой лучший костюм, стараясь не думать о том, куда ей предстоит пойти. Спала она ужасно и теперь чувствовала себя совершенно разбитой.

Дождь все еще моросил, напоминая о прошедшей буре. Брод-стрит была забита машинами. Когда такси доползло до здания где проходила панихида, Мэри поняла, что причиной пробки были сами похороны.

— Я выйду здесь. Спасибо.

С трудом прокладывая себе путь через толпу, она добралась до входа. У ступенек, покрытых красной ковровой дорожкой, курили мужчины в темных костюмах. Их взгляды устремились к Мэри, и она ускорила шаг, чтобы поскорее оказаться внутри.

Одуряющий запах цветов и формальдегида ударил ей в нос. На усыпанном цветами катафалке возвышался закрытый гроб из блестящего орехового дерева. Слева от гроба стояли мистер По и Ричи, оба в темных костюмах, на их лицах застыло выражение торжественной скорби.

Выразив соболезнования родным и близким, Мэри заняла место в центральном ряду и, опустив голову, помолилась. Подняв глаза, она увидела Триш и миссис Гамбони. За ними стояли Джулия и ее муж. Мэри было ужасно жаль Джулию, которую предали и муж, и лучшая подруга. Двойной удар. Триш стояла, склонив голову, рука об руку с матерью. Казалось, они были сражены горем, но Мэри грызли подозрения.

Триш подошла к гробу и опустилась на одно колено. Ее мать следовала за ней, словно тень. Все присутствующие разом повернули головы, пристально наблюдая за этой сценой. Триш положила руку на гроб, потом наклонилась и приникла к нему губами. Она являла собой воплощенную скорбь.

Ричи подошел к Триш и привлек ее к себе. Миссис Гамбони обняла мистера По. Знакомая Мэри сцена примирения — такую часто увидишь на итальянских похоронах. Но все же на похоронах обычно мирятся, если годами не разговаривали друг с другом из-за давних размолвок, а не когда пытались друг друга убить на прошлой неделе!

Внезапно позади Мэри раздалось: «Эй! Э, что вы себе позволяете?» Обернувшись, она увидела, что какая-то пара устремилась в проход. Мужчина держался позади женщины, мчавшейся к гробу с искаженным гневом лицом и развевающимися волосами. Это была Розария, а мужчина — судя по всему, ее бойфренд. Он пытался удержать ее за руку, когда она кинулась к мистеру По и Ричи.