Все воистину мудрые мысли были обдуманы уже тысячи раз, но, чтобы они стали по-настоящему вашими, нужно честно обдумывать их еще и еще, пока они не укоренятся в вашем мозгу.
Гёте.15
Психоанализ
«Ты можешь исцелить болящий разум?» — спросил Макбет у доктора… Но отрывок этот настолько интересен, настолько проясняет саму природу психоанализа, что лучше привести его целиком.
Макбет:
Ты можешь исцелить болящий разум,Из памяти с корнями вырвать скорбь,Стереть в мозгу начертанную смутуИ сладостным каким-нибудь дурманом Очистить грудь от пагубного груза,Давящего на сердце?
Врач:
Здесь больной лишь сам себе находит врачеванье[11].
Вряд ли сегодня найдется человек, совершенно свободный от страхов, или фобий. Обычно их истоки уходят в далекое прошлое, теряясь среди образов детства. Практически у каждого есть тот или иной «комплекс», оказывающий непосредственное влияние на его повседневную жизнь. И все потому, что подсознание никогда не забывает о неприятных инцидентах прошлого. А вот сознание, пытаясь защитить наше достоинство — или, если хотите, тщеславие, — старается прикрыть истинную причину беспокойства. Так и формируются комплексы. К примеру, одна женщина страдала бронтофобией, или страхом грозы. Эта боязнь развилась у нее после того, как в детстве она услышала пушечную канонаду. Со временем неприятный инцидент «забылся». Иными словами, она упрятала его в подсознание, потому что причина страхов казалась слишком уж детской. А вот боязнь грозы куда меньше задевала ее самолюбие. Именно эта попытка «замаскировать» прошлое затрудняет работу психоаналитика, пытающегося извлечь из памяти давнюю скорбь или стереть те шокирующие факты, что запечатлелись у нас в мозгу. А если учесть, что «психе» в греческом означает не только разум, но и душу, можно лишь подивиться редкой проницательности Шекспира, который говорил не только о «болящем разуме», но и о том «пагубном грузе», который «давит на сердце».
Подобных комплексов насчитывается огромное количество — от вполне безобидных до самых серьезных. Достаточно вспомнить ситофобию, или неприятие определенных продуктов; клаустрофобию — боязнь закрытых помещений — или контрастирующую с ней агорафобию — боязнь открытых пространств. Кто-то испытывает страх перед аудиторией, кто-то боится прикасаться к дереву… Всего и не перечислишь.
В большинстве случаев пациент способен помочь себе — при поддержке опытного психоаналитика. Иногда это занимает достаточно много времени и требует привлечения психометров и прочей аппаратуры. По большей части, однако, процесс излечения оказывается на редкость простым. Для начала необходимо добиться того, чтобы пациент почувствовал себя комфортно и непринужденно. Затем психоаналитик предлагает ему выразить все, что приходит на ум в связи с его комплексом, попутно задавая наводящие вопросы. Рано или поздно эти образы и ассоциации помогут вычислить ту ситуацию, что оказалась укрыта глубоко в подсознании. Очень часто само это открытие избавляет человека от навязчивого комплекса.
Существуют, однако, и такие заболевания, которые могут включать в себя как физические, так и психические симптомы (а иногда одно состояние влечет за собой другое). Вот что писал по этому поводу в своей «Истории и силе разума» Ричард Ингейлиз: «Все недуги можно разделить на два класса — воображаемые и реальные. Воображаемая болезнь — это образ, за который цепляется разум человека и который вдобавок вызывает определенные физические реакции. Подобные недуги нередко в корне противоречат законам, управляющим анатомией и физиологией. Исцелить их труднее всего, ибо сознание человека цепляется за них столь яростно, что для полного излечения требуется порой пересмотр всей системы мышления. Я, например, знавал пациента, который жаловался на боль в почках… помещая при этом больной орган на несколько дюймов ниже пояса. Такому человеку ничего не стоит отправить селезенку в правую часть тела или пожаловаться на опухоли, которые то появляются, то исчезают. Беда в том, что эти ментальные образы, при длительном их существовании, создают своего рода матрицы или завихрения. И уже последние втягивают в себя элементы, способствующие фактическому развитию болезни — которая поначалу была всего лишь образом».
Психоанализ как метод исходит из того, что огромное число заболеваний возникает вследствие подавления нормальных желаний — или вследствие тех неприятностей, которые имели место в прошлом индивидуума. В этом случае причина болезни определяется путем тщательного исследования.
Опытный психоаналитик устанавливает корень зла с помощью снов, точнее, с помощью их интерпретации. Есть и еще один путь — тщательно расспросить пациента о его прошлой жизни. Но для этого необходимо создать атмосферу доверия, чтобы пациент полностью полагался на доктора. Лишь так он сможет открыть тому все детали своего прошлого опыта, какими бы интимными они ни были.
Как только пациент сможет припомнить конкретную ситуацию, ему будет предложено рассказать о ней в деталях, чтобы вывести ее из подсознания на уровень сознания. Далее психоаналитик должен объяснить ему, что именно явилось причиной недуга. Соответственно, убрав причину, они уберут и следствие.
Во многом это напоминает наличие в организме чужеродного элемента. Вокруг него тут же начинается воспаление. Возникает опухоль, которая нещадно ноет. К больному вызывают хирурга, и тот удаляет посторонний предмет. Ну а природа уже завершает остальное. Схожие законы действуют в сфере психологии. Для этого и нужен ментальный анализ: он позволяет выявить нетипичную активность подсознания — своего рода ранку, которая может болеть годами. Сам факт извлечения на свет этого ментального комплекса даст толчок процессу восстановления.
Доктор Хьюз Т. Патрик, профессор медицинского факультета Северо-западного университета, специалист по нервным и психическим заболеваниям, упоминает ряд интересных случаев из своей практики:
Фактор страха является частой причиной нервных расстройств. Только в одних случаях выявить его достаточно легко, а в других — не очень. К последней категории относится целый ряд заболеваний, которые можно поделить на несколько групп. Одна из таких групп включает в себя пациентов, наделенных значительным физическим мужеством. Несколько лет назад ко мне на прием попал известный боксер. Этот человек вел себя на ринге с абсолютным бесстрашием. При этом у него было нечто вроде нервного расстройства, проявлявшегося в бессоннице, раздражительности и отсутствии интереса к жизни. Тщательный анализ помог установить, что пара пустяковых симптомов, вызванных, помимо всего прочего, семейными неприятностями, заставили его увериться в том, что он теряет рассудок. Эта фобия переросла в болезнь, и страх настолько овладел его душой, что он уже не способен был вести нормальный образ жизни. При этом сам пациент не осознавал природы своих переживаний.
Иными словами, эту болезнь невозможно было исцелить одними физическими средствами. Лишь ментальный анализ ситуации позволил извлечь из подсознания причину страхов и предъявить ее затем пациенту. Это было все равно что вынуть ресницу из воспаленного глаза и показать ее пострадавшему. После того как удалили причину неприятностей, о самих неприятностях тоже можно забыть.
Овцевод из Вайоминга жаловался на бессонницу, потерю аппетита, желудочное расстройство, общую нервозность и неспособность присматривать за фермой. И все потому, что он отчаянно боялся заболеть раком желудка. Эта фобия полностью выбивала его из колеи, заставляя с подозрением относиться ко всем физическим ощущениям. Но был ли он трусом? Ни в коей мере. В свое время скотоводы на Диком Западе превратили разведение овец в весьма опасное занятие. Наш пациент пережил эти годы совершенно спокойно, хотя каждую ночь ложился спать с заряженным ружьем. Как-то раз ему сообщили, что три скотовода намерены «разобраться» с ним. Вооружившись, он сел на лошадь и отправился им навстречу. По его собственному выражению, ему удалось «переубедить» их, так что трое потенциальных убийц развернулись и отправились восвояси. Эта стычка его ничуть не напугала, да и я узнал о ней только потому, что начал расспрашивать его о делах.
Этот человек был наделен немалым физическим мужеством, но, как только ему показалось, что произошел какой-то сбой в организме, он здорово испугался. Как только доктор выявил этот тайный страх, он, скорее всего, использовал рентгеновское просвечивание, чтобы убедить пациента в отсутствии каких-либо симптомов рака. После этого ему оставалось лишь объяснить человеку всю безосновательность его страхов.
