Читаем без скачивания Вавилон легендарный и Вавилон исторический - Виталий Белявский

Обычно храм заказывал мастерской определенное количество изделий и обеспечивал ее материалами — либо сырыми (шерсть, лен, красители, квасцы), либо полуфабрикатами (крашеные шерсть и льняная пряжа). Продукцию мастерской во всех случаях составляли готовые изделия. В мастерской производились все виды текстильных работ: здесь мыли шерсть, трепали и чесали лен, красили, пряли, ткали, выколачивали, стирали и вышивали. Мастерская изготовляла все известные наименования текстильных товаров, шерстяных и льняных, цветных и белых: туники верхние и нижние, плащи, пояса, головные уборы, покрывала, накидки, ковры, занавеси и прочие изделия. Она сдавала храму свою продукцию поштучно и по весу. Каждый заказ, каждая выдача материалов и сдача продукции оформлялись накладными. В них указывалась продукция не мастерской в целом, а каждого работника индивидуально, ибо храм — заказчик придавал большое значение качеству изделий, которое зависело от индивидуального мастерства создателей. Но такого рода учет был возможен только потому, что в мастерской не существовало детального разделения труда между работниками и труд каждого из них не обезличивался. Каждый работник мастерской, будь то сам хозяин Набу — нацир — апли или его раб Бакуа, самостоятельно выполнял все основные трудовые операции.

За свою работу ткачи мастерской получали плату деньгами или продуктами (ячменем, финиками и т. д.), которая также начислялась каждому из них индивидуально, по количеству и качеству изготовленных им вещей. Но получали эту плату либо хозяин мастерской, либо его раб Бакуа, так что фактический заработок свободных работников, не говоря уже о рабах, определялся не храмом, а хозяином мастерской. Иногда храм в качестве платы за работу выдавал шерсть, которая использовалась в мастерской для изготовления товаров, предназначенных уже не храму, а другим потребителям. Мастерская работала не только на храм, но и на рынок. Аналогичный характер носила работа и прочих ремесленных мастерских — ткацких, кузнечных, ювелирных, кожевенных, гончарных и пр. В Вавилонии VI в. до н. э. ремесло еще не выделилось полностью из домашнего хозяйства. Большинство населения вело натуральное хозяйство, которому присуще стремление к автаркии. Каждое хозяйство старалось само обеспечить себя всем необходимым. В домашнем хозяйстве производили пищу, одежду, обувь, глиняную посуду, мебель и прочую утварь. К помощи рынка прибегали только тогда, когда не могли удовлетворить свои потребности собственными силами. В ремесленном производстве очень важную роль продолжала играть работа на заказ из материала заказчика — первичная форма отделения ремесла от земледелия, характерная как раз для эпохи господства натуральных форм хозяйства.

Такова была господствующая тенденция ведения хозяйства. Но эти традиционные устои все время подрывались. Усиливалась связь домашнего хозяйства с рынком. Многие потребности, например в металлических, каменных, деревянных вещах, вообще нельзя было удовлетворить в рамках домашнего хозяйства. Да и прочие потребности выросли настолько, что домашнее производство уже не справлялось с ними. Наконец, росло число людей, лишенных возможности вести самостоятельное домашнее хозяйство. Все это способствовало росту ремесел, развитию производства на рынок из материала мастерской, а не заказчика, т. е. товарного производства в полном смысле слова. Это был качественно новый этап в развитии ремесла и его выделения в самостоятельную сферу производственной деятельности. Основы домашнего производства постепенно расшатывались. Происходило отделение ремесла от земледелия.

В Вавилонии VI в. до н. э. этот процесс зашел достаточно далеко. Профессия кузнецов, плотников, гончаров, ткачей, корзинщиков, кожевников, золотых и серебряных дел мастеров, резчиков по камню, строителей и другие, известные издревле, в описываемое время начали дробиться. Так, наряду с ткачами вообще появились ткачи по шерсти, ткачи по льну, ткачи цветных тканей, златоткачи, красильщики, портные, валяльщики, прачечники; среди кузнецов выделились кузнецы по железу и кузнецы — медники. То же самое происходило и в других отраслях ремесла. Однако дифференциация внутри ремесел только начиналась. Между возникающими подразделениями единого производства пока не обозначилось определенных граней. В вавилонском ремесле еще не существовало сколько — нибудь четкого разделения труда вне мастерской. В этом заключается его качественное отличие от средневекового феодального ремесла [так в немецком городе Франкфурте — на — Майне в XIV–XV вв. в металлообрабатывающей промышленности насчитывалось 35 различных профессий, в деревообрабатывающей — 17, в строительном деле — 19 профессий, каждая из которых имела свою цеховую организацию].

Другой качественной особенностью вавилонского ремесла было отсутствие в нем четко выраженного разделения труда внутри мастерской. Мастерская представляла собой простую кооперацию, и каждый ее работник выполнял те же операции, что и его товарищ. Эта черта роднит вавилонское ремесло с феодальным и качественно отличает его от капиталистической мануфактуры, основанной как раз на детальном разделении труда внутри мастерской. Вавилонское ремесло по уровню своего развития и степени существовавшего в нем разделения труда носило такой же характер, как ремесло древнегреческое и римское. Это было не феодальное и не капиталистическое, а античное ремесло.

Развитие ремесла неразрывно связано с развитием торговли и товарно — денежных отношений. В отличие от земледельца ремесленник производит всегда товар, предназначенный для продажи, а не для личного потребления. Развитию торговли в Вавилонии во многом способствовали также имущественное расслоение общества и рост неземледельческого населения. Отсутствие в стране таких видов сырья, как камень, дерево и металлы, с одной стороны, и ее богатство продуктами сельского хозяйства и промышленности, с другой, привели к очень раннему развитию внешней торговли. К VII–VI вв. до н. э. за Вавилоном давно закрепилась слава торгового центра всего Древнего Востока. Здесь можно было купить и продать любой товар, известный древнему миру.

Местом торга служили городские ворота. Возле них по прилегающим улицам, переулкам и тупикам размещались лавки, ремесленные мастерские, трактиры. От зари до зари, пока ворота были открыты тут гудел как улей, шумный и красочный восточный базар. Здесь продавали и покупали, торговались, клялись, проклинали, ссорились, мирились, надували друг друга горожане и сельские жители, разносчики, лотошники, лавочники, ремесленники, приказчики купцов — оптовиков. На вавилонских базарах толпилась разноплеменная и разноязыкая масса людей.

На иноземцев, впервые попавших в эту сутолоку, вавилонские торжища производили ошеломляющее впечатление. Недаром среди пленных иудеев, выросших в захолустном Иерусалиме, родилась легенда о том, что боги нарочно заставили надменных и гордых своим богатством вавилонян говорить на разных языках, чтобы они не понимали друг друга. Впрочем, в последнем творцы легенды определенно ошибались: завсегдатаи вавилонских базаров отлично понимали друг друга, жизнь научила их владеть, по меньшей мере, двумя языками — арамейским и вавилонским. Торговались обычно по—арамейски, контракты писали либо по—вавилонски на глиняных табличках клинописью, либо по—арамейски краской на кусочках пергамента, кожи, папируса, дощечках и глиняных черепках — остраконах.

В связи с потребностями торговли возникла необходимость соответствующего развития путей сообщения и транспорта. В изрезанной каналами Вавилонии сухопутными дорогами служили дамбы. По ним проходили магистральные царские дороги во все концы страны. По ним передвигались повозки, запряженные ослами, мулами, волами, и вьючные караваны из ослов и верблюдов. Но особо важную роль в стране издревле играл водный транспорт, ибо реки и каналы — самые удобные и дешевые пути сообщения. У вавилонян существовали различные типы судов, начиная с деревянных кораблей и лодок, ходивших на веслах и под парусами, и кончая рыбачьими челноками из тростника. Наиболее распространенным типично вавилонским видом грузового судна была гуфа. Геродот описывал ее следующим образом: «Вавилонские суда, плавающие по реке в Вавилон, имеют круглую форму и целиком сделаны из кожи. Нарезав в земле армениев, что живут выше ассирийцев, ивы и сделав из нее бока судна, они затем обтягивают их обшивкой из кож и делают подобие дна, не раздвигая стенок кормы и не суживая носа, но придавая судну форму круглого щита. После этого все судно наполняют соломой, нагружают и пускают вниз по реке. Груз состоит главным образом из бочек с пальмовым вином. Судно направляется с помощью двух рулей двумя стоящими в рост мужчинами. Один из них тянет руль к себе, а другой толкает от себя. Суда эти делают и очень большими и поменьше; самые большие из них поднимают пять тысяч талантов (131 т) груза. В каждом судне помещается по одному ослу, а в более крупных — несколько. Когда плавающие прибудут в Вавилон и распродадут груз, они сбывают также остов судна и всю солому, а кожи навьючивают на ослов и отвозят их к армениям. Ведь вверх по реке из—за быстроты течения суда эти вовсе не могут плыть. Прибыв с ослами обратно к армениям, вавилоняне таким же способом снова делают себе суда. Таковы у них суда».