латных доспехах уже ждал нас на подъезде к дому, наполнив энергией длинное копье в одной руке, и короткое в другой. Странное сочетание, редко можно увидеть среди воинов. А на поле боя так вообще невозможно. Весь вид бойца как бы намекал — только подойди, и ты труп.
— Считаю до пяти — послышался женский голос, — покажитесь, или вам конец.
Очень мило, всё-таки девушка. Ну или женщина. Вблизи теперь этому суждению соответствовала и фигура. Однако возраст, сквозь шлем, понять просто невозможно.
Витаар натянул широченную улыбку на лицо, вышел и развел руки в стороны. Я вылез следом.
— Ленка! Сколько лет, сколько зим?
— А, это ты Витаар. — проговорила она, убирая оружие. — Да вы издеваетесь надо мной? Еще раз назовешь Ленкой, привезу тебя Виоланте разрубленным надвое. Я Хелена. ХеленА. Тебе по буквам повторить?
— Всё, Хелена, понял, не дурак. Дурак бы не понял, ха.
— Чего приперся? Опять с дедом будете пьянствовать?
Витаар пожал плечами.
— А как же — ответил он, но увидев, что девушка показывает кулак, решил ей подыграть — ой нет, нет, конечно. Раз ты против, то будем только чай пить, с ватрушками, если что.
— Златовласка твой слуга? — указала латной перчаткой на меня Хелена.
Я хищно улыбнулся. Златовласка? Ну подожди…
— Я? Слуга? Тебе, наверное, шлем на голову давит — огрызнулся я и подошел чуть ближе.
— Она у меня хотя бы есть, в отличие от вас, идиотов. Ты просто не похож на воина, чересчур смазливый что ли. Так что, помолчи, мальчик.
— Ты кого мальчиком назвала, стерва? Может снимешь шлем и представишься, честь по чести, а потом я тебе покажу, кто здесь мальчик.
— Может тебе еще станцевать?
— О, милые бранятся, только тешатся — пропел Витаар и тут же получил древком копья под дых. — Акх. Кхе, кхе, о, дед Степан идет.
Я повернул голову и увидел, как из двора дома вышел низкий сухощавый старик. Одной рукой он опирался на трость, в другой руке держал факел. Дойдя до нас, он осветил всех участников неудачной встречи, и я смог увидеть не только его силуэт, но и короткую седую бороду, вкупе с довольно бодрым молодым взглядом.
— Чего расшумелись? — проговорил дед, и уставился на меня. — Ты кто?
Витаар тут же кинулся к старику обниматься.
— Здорова дед Степан. Рад тебя видеть. Это я приехал в гости, с другом.
— А, это ты Виталик. Ну представь своего друга.
— Гектор Приам — произнес я и поклонился — воин-защитник на службе у Витаара Орлина.
— Воин-защитник? — произнесла девушка и громко рассмеялась. Тут же смачный подзатыльник от деда Степана прилетел ей по шлему. Она ощутимо пошатнулась и следом замолчала.
— Он что, тоже попаданец? — обратился дед к охотнику.
— Не, местный выродок.
Старик сделал шаг ко мне и поклонился
— Стивен Поэтри. Но можешь звать меня «дед Степан».
— Это я его так назвал — прошептал мне охотник мне на ухо, и тут же получил уже тростью под дых.
Дед покачал головой, и продолжил:
— Ты и Ленку с собой привез?
— Нет, кхе, кхе — закашлялся Витаар.
— ДЕД! Да сколько можно? — взвыла девушка, поднимая забрало шлема. — Хелена я!
— Ладно, не серчай на старого. Молодец, что приехала.
Я засмотрелся на неё, хоть и в тусклом свете факела было плохо видно. Молодая девушка, примерно моих лет. Нежные, выразительные черты лица в сочетании с бархатистой кожей противоречили её строгому, я бы даже сказал суровому взгляду черных глаз. Но мое внимание привлекло не это. Вдоль всей левой щеки прорезался свежий, еще алый, шрам, появившийся явно не так уж давно.
— Чего уставился? — вывела меня из ступора девушка и подняла бровь.
— Что случилось? — сказал я и провел пальцем по своей щеке.
— Ты что, только из золотого яйца вылупился? Народ взбунтовался! Люди сейчас не в себе из-за демонов. Ты думаешь мне нравится в латах прыгать?
— Какой еще бунт? — прозвучала мешанина трех голос: моего, Витаара и деда Степана.
Девушка выдохнула и провела ладонью по лицу.
— Не, ну ладно дед не знает, но вы то… — она одарила нас с Витааром презрительным взглядом. — Вы что не слышали, что Локен заключил договор кровью с королем демонов?
— Это было секретно. Откуда ты знаешь? — спросил я
— Секретно? Не смеши меня. Уже весь союз два дня трясут мятежи, а ты говоришь секретно. Все давно в курсе. Вы же знаете условия договора?
— Так, всё. Довольно болтовни — старик пригрозил девушке тростью. — Идём в дом, там и поговорим. Хелена, ты накрываешь на стол. А я с Виталиком отойду на минутку.
— Дед, некогда нам восседать. Нужно срочно ехать…
— Всё подождет до завтра. И ты как раз всё спокойно расскажешь.
— Но…
— Никаких но! А ну марш! — рявкнул старик. Они с охотником пошли в сторону амбара. Мы же с девушкой остались наедине. Она явно была недовольна, но говорить ничего не стала, и молча побрела в дом. Пришлось следовать за ней.
Нас встречал обычный крестьянский дом, размером чуть больше обычного, но ничего особенного. Много места занимала большая печь посередине, которая обычно оставляла пространство вокруг неё на откуп фантазии хозяина-строителя. Где что хочешь, там и располагай. Здесь тебе и столовая, и спальня, и всё вперемешку. Но деду Степану удалось обустроить жильё, всё-таки условно разбив его на комнаты. Красивая резная мебель не мозолила глаза и везде была к месту. Остальное, я бы сказал, всё по-армейски — чисто и ровно.
Хелена ушла в комнату, подальше от моих глаз. Не трудно догадаться, что она делает, когда слышишь, как лязгают застежки латных доспехов.
Я прошелся по дому, и мой взгляд зацепила странная черно-белая картина, размером с ладонь. На ней был изображен мужчина средних лет с оружием в руках, почти как у Витаара. Он сидел рядом с каким-то животным, покрытым шерстью и с длинной зубастой мордой. До чего же четкий рисунок. Или не рисунок вовсе. Будто действительно там был заперт живой человек, и в любой момент мог оттуда выбраться.
Не знаю сколько я так простоял, но отвлек от картины меня грохот закрывшейся двери. Я повернулся и увидел Хелену, одетую довольно просто, по-крестьянски: укороченные штаны, туника и узкий пояс, стягивающий осиную талию до невозможности. Чёрные, под стать глазам, волосы, проливались дождем на плечи, полностью закрывая шрам на левой щеке. Я оценивающе посмотрел на стройную фигурку девушки, и невольно улыбнулся — суровая воительница внутри, и милая девчушка снаружи — само очарование.
— Прекрасное одеяние — подмигнул я.
— А ты надеялся на платье с глубоким
