это понимают. Странно, что ты нет.
– Стоп, – недоуменно на него посмотрела. – В каком смысле абсолютно не гожусь?
Так удивилась, что даже разозлиться не успела.
– В прямом. Ты хороша глазки на интервью строить, а эту должность, уверен, не потянешь. Но большие боссы, как и я, решили дать тебе шанс. Так что наслаждайся эти три месяца, а я пока подыщу кого-нибудь другого. Кандидата, за которого резюме будет говорить.
Так, поездка окончательно перестала мне нравиться. Вот значит как? Абсолютно не подхожу? Дали шанс?
– А своих специалистов выращивать уже не модно? – проговорила с обидой.
– Выращиваю я клубнику на дачу. Разные сорта и рекордная урожайность. А в редакции мне порядок нужен. А ты человек творческий, тебе не до отчетов, бюджетов, планерок. Давай так, Вик – колонка твоя. В конце концов, ты именно об этом просила. Соответственно и прибавка к зарплате будет. А ты три месяца готовишься ко второй встрече с руководством, а потом спокойной передаешь дела. Без скандалов, истерик, обид. Думаю, к концу испытательного ты и сама поймешь, что это не твое.
Поджала губы. Вертись, значит, как уж на сковороде, а потом прости-прощай. И без обид чтобы… Захотелось написать заявление на увольнение сразу же по возвращении в офис. Сложила руки на груди, опустила глаза в пол.
– Поехали, пообедаем где-нибудь, – предложил, когда подошли к машине.
– Что-то не хочется, – буркнула хмуро. – И вообще пройдусь пешком.
– Вика, не надо обижаться. Не всем быть начальниками.
– Интересно, а если бы я согласилась стать вашей любовницей, достойна была бы этого места? – спросила с вызовом.
Наум Яковлевич промолчал в ответ. Усмехнулась, развернулась и потопала к метро. Так и знала, все дело в моей несговорчивости. Любовниц куда угодно пропихивают, любыми правдами и неправдами. А такие, как я, сидят до пенсии на своем месте и пашут за троих.
Вся в грустных мыслях шла по знакомым улицам центра. Что за день сегодня? Все не так и не то. Внезапно в сумочке зазвонил телефон, поспешила ответить. Но прежде чем нажать кнопку, взглянула на экран. Опять Рома звонит. А я ему так утром и не ответила. Надо пересилить себя и поговорить…
– Привет, – проговорила в трубку с улыбкой.
– Привет. Чего не отвечаешь?
По голосу он не показался мне расстроенным или злым. Неужели, спокойно отнесся к моей занятости?
– На работе с утра. Забегалась. Прости.
И почему мне так легко с ним? Даже в ситуации, когда я бы предпочла не отвечать.
– Трудяжка, – рассмеялся Ромка. – А я уж думал, бросила меня, прячешься…
И тяжелая пауза. Будто камень упал между нами. Подходящий момент, чтобы сказать, но я отчаянно трушу.
– Не говори ерунды, – громко, деланно смеюсь. – Неприятности на работе. Правда.
– Неприятности? Тут наши тренера так твою статью нахваливали. Какие могут быть неприятности у такого отличного журналиста?
– Сложностей хватает, просто поверь.
– Я соскучился, – вдруг сменил тему Рома. – Хочу тебя увидеть, сразу же как в город вернусь.
– Не уверена, что получится…
– А деньги зачем вернула?
Все же сердится за это.
– Я же в долг просила, – ответила просто.
– Ладно, куплю тебе на них подарок, – свернул он выяснение отношений.
16
По пути в редакцию перекусила в кафе. Сидя за столиком, погипнотизировала смартфон – полдня прошло, Слава не звонил. Не очень вяжется со вчерашним вечером… Может, самой позвонить? Нет, не хочу. Он так часто в последнее время отшивал меня, ссылаясь на занятость – пусть теперь это и исправляет.
В офисе усиленно занялась тем, о чем говорили на встрече. То есть принялась доказывать себе и всему миру, что достойна этого места. В голову, правда, ничего дельного не шло. Я чертила, рисовала, набрасывала тематики, искала картинки и фото для оформления. Поучалось не очень. Ничего свежего, инновационного, захватывающего. То же наполнение, как и в других газетах и журналах на данную тему. И оформление – от горизонтальных и вертикальных блоков сложно куда-то уйти.
Намучилась, закрыла ноутбук. Откинулась на спинку кресла. Надо завтра собрать отдел и поставить задачу коллегам. Коллективный разум всегда лучше. В конце концов, это и их работа тоже… Чувство собственной никчемности не покидало, хотя усилий пока было приложено явно недостаточно. Но хотелось поплакаться кому-нибудь в жилетку и услышать, что я лучшая. Но с Ромой мы сегодня уже разговаривали. Значит, остается мама. Она точно поддержит.
Когда рабочий день закончился, я еще задержалась минут на двадцать. Не из-за вороха дел, а в надежде, что Слава приедет и заберет. Но он так и не позвонил. Вызвала такси и поехала к маме. Поделюсь с ней сомнениями и тревогами, немного отдохну. Тогда есть шанс, что не устрою мужу очередного скандала…
Но и эти мои планы сорвались. Точнее немного скорректировались. Папа тоже оказался дома. Поэтому вместо вечера нытья получился очередной праздник. Впрочем, эффект оказался близким к нужному – после многочисленных хвалебных слов в свой адрес от самых близких и родных моя вера в собственные силы вернулась как по волшебству.
Слава позвонил в десятом часу.
– Вик, ты где? – спросил раздраженно. – Работаешь еще?
– Нет, я у родителей. Отмечаем мое повышение.
Сказала и только потом поняла, как это прозвучало.
– Тебя забрать или меня не просто так не пригласили? – поинтересовался холодно.
– Слав, ну ты чего? Это случайно вышло. Приезжай, конечно.
Он приехал, но в непраздничном настроении. Был хмур и немногословен, и очень скоро позвал домой. Мама засуетилась, положила нам еды с собой. Я спорить не стала – поздно уже. Быстро собрались и уехали.
В машине я молчала, глядя в окно. Слава сжимал руль излишне сильно и материл всех, кто создавал ему помехи.
– Опять что-то на работе случилось? – спросила тихо.
– Нет, не работе все отлично, – процедил сквозь зубы.
– Что тогда?
– А сама не догадываешься? Тебе было бы приятно, если бы ты вот так узнавала, где я и с кем?
– А я так и узнаю? – горло свело судорогой.
– О чем ты? – посмотрел недоуменно.
– Когда я в командировке была, позвонила наша общая знакомая и сказала, что ты привел в ресторан женщину. Я всего лишь поужинала с родителями. Тебе ли нужно злиться, Слав?
Украдкой
