то…
- Понятно. Всякое можно сотворить с сиротиной, - кивнула женщина. – Дела. А раньше где жила?
- В прислугах. Хозяин стал приставать, вот я и ушла.
- Охо-хо. Слушай меня. Одной тебе действительно опасно. Но у нас торговый караван.
- Я заплачу, у меня есть два золотых.
Повариха весело вскинула бровями и засмеялась.
- Девонька, да что нашему хозяину твои два золотых. Так, на один зубок, он в трактире больше пропивает – если гуляет. Эх, глупенькая. Ладно, помогу. Если ты не ленивая, то возьму тебя в помощницы. До Веселых Жаворонков четыре дня добираться, а потом до Леондра дней десять. А я одна. Хоть немножко мне поможешь. Согласна?
Лесса благодарно закивала головой, чувствуя, как потихоньку уходит страх и рождается надежда.
- Замеси пока тесто, а я пошла к хозяину.
Повариха отряхнула руки и уступила место девушке. Пока она ходила, Лесса успела прочитать три молитвы смиренной Агнессе и успокоиться. Если ей сегодня повезет, то через несколько дней она окажется в Дарстене.
Лесса неплохо знала столицу и помнила, где находится Королевский Суд. Она уже для себя решила, что сможет найти правду только там. Пусть кто-то посчитает ее наивной. Пусть! Но она найдет управу на барона ди Рёха. То, что рассказала ей Нель о воровстве опекуна, лишь подтвердило слухи, гуляющие по Хирс-Хорсу.
Тяжелые мысли прервала повариха.
- Ну, как, замесила тесто? Молодец.
Лесса с надеждой уставилась на женщину.
- Все в порядке, девонька, едешь с нами. Хозяин согласился выплатить тебе тридцать медных грошей – если стараться будешь. Как зовут-то тебя?
- Мариска, - не задумываясь ответила Лесса, назвав имя своей любимой куклы.
Так она попала под надежную защиту каравана, среди простых, грубоватых, но неплохих людей. Повариха Катарина оказалась женой одного из владельцев подвод, груженого товаром. И очень храброй – командовала она не только своим мужем, но и всеми работниками, кто кормился с ее кухни. Лессе даже показалась, что сам хозяин лишний раз остерегался появляться перед ней.
Девушка провела эти дни в трудах, каких она не знала за всю свою девичью жизнь. Мыла, чистила, скребла, месила, катала, шинковала… Многого она не умела, но старалась, подглядывала – как это делает Катарина, и молилась, чтобы ее не выгнали среди чистого поля за неумение.
Так прошло три дня. А на четвертый, произошел случай, заставивший ее сбежать под покровом ночи.
Глава восьмая
Тот день был тревожным и хлопотным – под проливным дождем размокли дороги, и подводы тащились, утопая в грязи. Телеги вязли, несколько раз ломались оси, и караван останавливался. Никто не отказывал в помощи, поломку устраняли и снова тащились в серой проливной хляби.
К вечеру дождь закончился. Люди, уставшие, насквозь промокшие, хмуро поглядывали на хозяина, и тот махнул рукой, что означало – привал. Все подводы свернули на обочину тракта, но, не углубляясь в лес. Иначе можно увязнуть в болотистом грунте.
Кое-как разожгли костры. Как шепнула на ушко Катарина – у Грегора, ее мужа, есть артефакт, купленный в Балморте , который помогает разгореться огню. Все дрова были сплошь сырые.
Ближе к ночи, вдоль кромки леса уже горело несколько костров. Люди грелись, сушили вещи, вели беседы. Лесса, промокшая, как лягушонок, накрылась шалью поварихи. Кто-то подбрасывал дрова, парни у соседней подводы тихо затянули песню. И на душе наступило удивительное умиротворение, оттеснившее боль и тревогу.
Запахи от костра смешались с ароматами леса, окружившего старый тракт. Грегор подбросил хвороста, зевнул и поднялся на ноги.
- Пойду к лошадям, - сказал он Катарине. Та в ответ шмыгнула носом, посапывая во сне. Лесса тоже почувствовала, как смыкаются веки.
Девушка встряхнулась, решив сбегать в кустики, пока в темноте никто не видит и не обращает внимание. Поднялась, повязала шаль крест-накрест узлом на спине. Далеко уходить не стала, спрятавшись за широкой сиренью у самой кромки леса.
И тут, словно пропустила удар сердца, ощутив, как горло сдавливает невидимая удавка. Лесса охнула и встряхнула головой, отбрасывая видение прошлого. Замерла. Далеко, откуда-то с тракта послышался топот копыт. Девушка отбежала от куста и спряталась за толстым стволом сосны, прижавшись к шершавой коре. Топот, словно барабанная дробь, приближался.
Вначале появился один всадник – с той стороны дороги, что и караван, и первое, что подумала Лесса, это то, что за ними следили. Потом появился второй, третий, четвертый… Их было двенадцать. На крепких, сытых конях, в темных одеждах, с оружием в руках.
Лесса находилась от подвод, примерно, в тридцати ярдах, и в отблесках костров рассмотрела этих людей. У многих были пистоли, стреляющие зловонным порохом и убивающие наповал. Другие держали мечи и кинжалы.
Внезапно, с одной из подвод резко прозвучал побудный горн. И началась свалка. Караванщиков застали врасплох, но не всех. Вдоль тракта понеслись крики, прозвенел металл, и раздались первые выстрелы. Лесса прижалась к дереву, не отрывая взгляда. В газах застыл ужас. И сердце прорезала боль. Боль потери.
Она видела, как завалилась от выстрела в грудь Катарина, как подбежал Грегор, выхвативший из закутка телеги небольшой арбалет, и всадил болт в бандита. У передних подвод поднялся шум, а потом прогремел взрыв, разнесшийся над лесом, точно гром с небес. Девушка не увидела, что там произошло, только услышала, как тревожно, с болью заржали лошади.
Она зажала рот, чтобы не закричать. То, что происходило в нескольких десятков ярдов от нее, больше напоминало мясорубку, чем бой. Хотя, потери были с обеих сторон.
И тут, вглядываясь в битву, Лесса вдруг задрожала – она заметила поворот головы одного из бандитов, его взгляд, направленный в лес, прямо ей в глаза. Взгляд черных, колдовских глаз южанина.
Это продолжалось минуту. Девушка хрипло застонала и тихо, боясь всколыхнуть траву, на которой стояла, сделала шаг назад, еще один. Сердце заколотилось так, словно решило выскочить вон. И более не владея собой, она понеслась в глубину темного леса, дальше и дальше от страшного места.
Взгляд бандита в ее голове прожигал сильнее пламени. И потом, даже несколько недель спустя, она так и не смогла ответить – был ли это тот самый хилиджанин, или ее болезненное сознание выбросило видение.
Она бежала всю ночь, углубляясь в неизвестный лес. В помощь ей была полная луна и щедрые звезды, рассыпанные по небу после долгого дождя. Под утро, когда на горизонте забрезжил рассвет, она остановилась и увидела перед собой долину. В стороне шумела роща, а рядом колосилось ржаное поле. Значит, где-то поблизости живут люди.
