— Брысь отсюда, — рявкнула Индира на служанку.
Та выпрямилась, чуть поклонилась — и исчезла, не сказав ни слова. Таши же вскинул брови. Служанка прошла мимо него — и он успел оценить и стройную фигурку под тканью платья, и шикарные волосы, и большие темные глаза (явно равха) и запах дорогих благовоний.
А вот последнее было даже любопытно.
Откуда у простой служанки деньги на «Жасминовый сад»? Он же делается только в Равхе и только из лепестков летнего розового жасмина. Запах потрясающий, но цена…
Без преувеличения — за пузырек размером с палец дают шесть его весов в золоте. И хватает его не больше, чем на месяц. Таши знал, сколько получает горничная. И сильно подозревал, что это куплено не на зарплату. И что?
Мало ли девушек заводят себе кавалеров? А если мужчины богаты и в пожилом возрасте, они не гнушаются отблагодарить подруг за их… любезности. Но — запомним.
— Сатро… — окликнула Индира.
Таши послушно подошел к ней.
— Откройте окна, — попросил он. И склонился над телом на кровати.
Ну, что тут скажешь.
Женщина. Лет сорока, может, чуть больше. Хотя сейчас она выглядит на все восемьдесят. Ужасный вид. Словно у нее из-под кожи всю плоть высосали.
И остались только кости, обтянутые неровной желтоватой кожей и темных пятнах. Неприятно. Но после костяных гончих-то…
В сознании?
Сложно сказать. Скорее промежуточное состояние между явью и бредом, когда видишь не существующее, а желаемое. А мы вот так… некромант коснулся точки на шее женщины, отправляя ее в беспамятство.
— Давно она так?
— Дней двадцать.
— Как интересно…
Посмотрим ауру?
Таши вгляделся, провел руками.
Как интересно! Аура была хорошей, чистой… судя по всему женщина не так плоха. Да, болтушка, сплетница, но из тех, кто не со зла, а по простоте душевной. Эта в сплетни яда не вложит. Ей просто доставляет удовольствие их пересказывать. Но вот беда — ауру просто разъедает.
С чего?
Таши коснулся руки лежащей и ощутил хорошо знакомое покалывание ледяных иголочек. Индира стояла рядом, и по лицу ее было видно, что спросить хочется, но и отвлечь мастера она боится.
— Порча, — коротко пояснил Таши. И продолжил обследование.
Да, это явно порча. Наведенная с помощью частиц женщины. Волосы, обрезки ногтей, что-то такое, личное. Сам некромант такие раздавал десятками и без особого труда. Но то — Таши Арсайн. А других некромантов тут не было. Мальчик Хоши — не в счет.
Отсюда вывод — порча самодельная.
А значит — не могла обойтись без подручных средств. И эти средства должны быть где-то рядом. Таши выпрямился и посмотрел на Индиру.
— Индира, мне необходимо все тут обыскать. Она, как заболела, ночевала только здесь?
— Да. А что…
— Порча. Кто-то нарочно сводит вашу подругу в могилу.
— Но кто?!
— кто угодно. Муж, например. Или дети. Или кто-то из подруг.
Индира замотала головой.
— Нет, что вы. У них хорошая семья.
Таши пожал плечами. Может, она и хорошая. Но что-то странно. Жена сколько времени болеет, причину никто не установил, а всем и горя мало. Одна Индира носится.
И продолжил обследование. Но теперь уже комнаты.
Прошелся по всем углам, обследовал шкафы, вернулся к кровати — и принялся бесцеремонно ворошить подушки. Индира поддерживала подругу, чтобы та не мешала.
Руку кольнуло знакомым холодом в самом низу вороха. И Таши вытащил искомое за уголок, как крысу за хвост.
Подушка была небольшой, но чуть тяжелее, чем следовало бы. Таши поискал шов, потом махнул рукой и просто раскромсал ее пополам маленьким ножом, который всегда носил при себе. Какой же некромант без ритуального ножа?
Закружился по комнате белый легкий пух, оседая хлопьями везде, где можно и нельзя. М — да. недоработка. Некромант в перьях — это немножко неправильно.
Индира ахнула. На кровать, вместе с перьями, выпало нечто… ага… кукла.
Восковая, аккуратно сделанная — и издырявленная иголками так, что на ней места живого не было.
Таши поднял ее, отряхнул — и показал Индире.
— Вот она — причина болезни вашей подруги.
Индира протянула руку, намереваясь коснуться страшной игрушки, но потом отдернула ее. И правильно.
— Это… нарочно…
— Абсолютно точно. Кто-то хотел ее извести.
— но кто?
— Я — некромант, а не гадальщик, — огрызнулся Таши. Но у Индиры тут же сделалось такое несчастное лицо, что он вздохнул и пояснил. — Это кто-то из домашних… скорее всего. Надо просто смотреть потом на всех…
— Вы же посмотрите?
— а они согласятся?
Индира выпрямилась. Глаза сверкнули сталью.
— А куда они денутся?
— Индира? — раздался голос от двери.
— Ага, — развернулась туда женщина. — На ловца и зверь бежит!
— что? — удивился мужчина. Был он невысок, кругловат и удивительно спокоен. Уютный такой пухлячок.
— кто наслал порчу на Ларену?!
Индира выглядела так, что Таши даже испугался за пухлячка. Она же с него сейчас половину сала спустит!
— Порчу? Какую!?
Таши пригляделся. А ведь не врет. Аура не идеальная, но игр с черной магией там нет. Так, по мелочи. Вранье, бабы, вино… но в меру, в меру…
И сейчас он не врет. Это-то некромант отличить мог.
— он не знает, — Таши говорил негромко, но Индира услышала. Выдохнула.
— посмотри. Сатро Раш нашел это в подушке у Ларены.
Таши помахал куклой в воздухе. Пухлячок так изменился в лице, что даже Индира его простила. А то ж… стоит весь зеленый и руки трясутся.
— Чт-то эт-то…
— Сейчас это еще не безвредно, — Таши усмехнулся. — Думайте. Кто хотел извести вашу жену?
— А… в — ва… — заикался тот.
Таши махнул рукой, предоставив Индире приводить знакомого в чувство. А сам сделал пару шагов к окну. Там стоял очень удобный туалетный столик, с которого Таши и смел все на пол. Кажется, что-то разбилось. Но это неважно.
Положить куклу в центр, грубо нацарапать ножом пентаграмму, на углы свечи, внутрь — знаки, классика, жизнь, смерть, уход, возрождение, приказ. И протянуть руки над столиком.
Вспыхивают сами по себе пламенем свечи. Стелется по комнате зловещий шепот. И Индиру передергивает.
Некромант за работой — зрелище для сильных духом.
А слова все слетают с губ некроманта.
Индира не видела, чтобы он хоть рукой двинул. Но что-то такое, видимо, происходит. И кукла на столике вдруг начинает плавиться.
Она извивается, словно стремясь сбежать, корчится, иголки раскаляются докрасна, что-то лопается с омерзительным звуком, да и вообще зрелище на редкость тошнотворное. Но Таши шепчет на странном языке, не замечая ничего. И Индира придерживает за рукав мужа Ларены — Мариса. Не дай Четырехликий — помешает. Некромант же из него чучело набьет!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
