Читаем без скачивания Эдем 6 - AllianceSpecter

Все свои силы он отдавал, чтобы смысл его жизни мог существовать без него. Поэтому отец никогда и не печалился о своём одиночестве. Ведь где-то там, в столице, в соседней деревне, живут своей жизнью его дети, которые так-то время от времени навещают своего старика. Самодостаточные и именно живущие, а не просто существующие чужими желаниями. Это ли не главное счастье любого родителя?

Так значит нужно взять этот меч? Попытать удачу, быть может отложить оружие на время, пока не удастся его покорить? И тем самым просто отвернуться от своей родной семьи, которая дала Аде всё? Даже если существует хоть малейший шанс попытаться вернуться, то может эта игра стоит свеч?

Оставить прошлое и идти дальше. Взять силу и не сворачивать со своего пути. Вовремя остановиться и бросить всё, тем самым сделать этот рабский мир тем самым прошлым? Собственные желания или исполнение ожиданий близких? Неизвестно что из этого приносит большее удовлетворение.

Очень тяжело было сделать выбор, а прошлое всё сильнее выворачивалось наизнанку. Довольно рациональный разум продолжал приводить факты и аргументы, ведь действительно глупо и слишком наивно считать, что по возвращению домой всё будет как раньше. Нет, это лишь возведённая в абсолют ностальгия, которая приукрашенная временем и далека от реальности.

С другой стороны теперь по рациональному фронту била не только тоска о доме, но и сами холодные факты начали воевать друг с другом. Ведь артефакт может оказаться подлянкой. Может тогда стоит взять компас и вернуться к хозяину? Дорогой артефакт, трудно оценить его стоимость, возможно удастся купить самых лучших наставников, которые не смогут устоять перед соблазном… Или же просто взять компас и начать путешествовать? В подсознании уже имелись знания о функционировании этого артефакта. Вряд ли он настроен именно на хижину отца, скорее всего он показывает направление туда, куда желает попасть владелец.

В воцарившемся хаосе всё разделилось на две равные части. Определиться не выходило и раздумья затягивались. Как вдруг внутри самой Ады, к удивлению для неё самой, бессознательно появилась третья сторона. Маленькая искра возгорелась и вдруг бросилась прямо к третьему дару. И пока все мысли метались между выбором из двух, решение принял внезапный и слабый луч надежды.

Неосознанно для себя Огненная Бестия коснулась варианта по середине, кристального шара, и сразу же разум её пронзил невообразимой мощи поток. Она видела всё и сразу, различные варианты и решения, последствия и предпосылки, будущее, в котором центральной фигурой являлась лишь она.

Из-за обилия информации мозг начал разрушаться, но Поцелованная Огнём могла выдержать ещё немного. Однако вдруг девушка сама в ужасе отринула руку, не в силах больше смотреть на эти образы. Раз за разом, в разных формах и узорах пред ней представало одно и тоже сражение. Ослепительный и холодный мечник вонзал ей меч в грудь, после чего поток прерывался и начинался новый, отличающийся своим содержанием, но с той же концовкой.

— Ты хотела увидеть совсем не это… — прошептал голос, видя боль внутри этиамария. — Вы, смертные, всегда желаете узнать, что будет, не понимая последствий своего желания…

Искра надежды тут же потухла и сменилась колоссальным разочарованием. Разбитые в дребезги мечты и невероятное отчаяние, как же глупо было фантазировать о чём-то другом… Сейчас Ада ощущала себя глупой, ведь действительно… в какой-то момент она решила, что всё может закончится иначе? Статистика и логика твердят об одном, а наивная девочка продолжает грезить о чём-то своём.

Ноги подкосились, руки безвольного повисли, воля разрывалась изнутри. Сейчас Огненная Бестия постигала участь любого архимага. В один момент бессмысленность всего происходящего, сущая незначительность каждого действия и невозможность хоть на что-то повлиять… Даже существование целых видов для вселенной лишь миг, который ничего не стоит. Так какой смысл продолжать идти вперёд? Движение ради движения и наивные попытки оправдать своё существование выдуманными лично целями, в которых тоже нет никакого объективного смысла? И при этом знать, что ты умрёшь раньше, чем успеешь чего-то добиться?

Воля слабеет и исчезает, а вместе с ней начинает растворяться и собственная тень Кихариса. Смертный без смысла и цели для существования: зачем ему продолжать жить? Самораспад, увядание и смерть ждут каждого мага, если его не убьёт кто-то раньше. Это неизбежно, ведь с ростом силы каждый паресис в какой-то момент получает фактически физическое бессмертие. Значит рано или поздно всё к этому и придёт, умереть со старости раньше рокового момента не выйдет. Цели всей твоей жизни в один момент померкнут в твоих же глазах.

Ада понимала, что с ней сейчас происходит и всячески пыталась найти или создать ниточку для спасения. Но перед глазами так и маячил образ собственной смерти, отрубленная рука, выколотый глаз, переломанные кости и реки крови. Последний удар пробивает грудь насквозь, ведь уже нет ни сил, ни возможности продолжать сражение против противника. Ни одна из её мечт так и не сбудется.

И это… это вызывало гнев. Сам факт безвыходности и невозможности найти решение напитывал сознание распаляющейся ненавистью ко всему: к себе, к этому идиотскому храму, к этим глупым дарам и чуть ли не всему мироустройству. Трепет перед невообразимым могуществом древних сил сменился надменным взглядом и усмешкой. Пророчества? Будущее динамично и всегда меняется, а куда свернёт дорога будет решать только сама Ада.

Так она себя убеждала, чтобы сохранить рассудок. Сознание стремилось не к истине и к правде, а лишь к сохранению. И выбирался для этого самый простой путь. Самовнушение и отправная точка отсчёта, подходящая для текущего мировоззрения, встала на место пустоты и скрепила разрушающийся внутри. Мир.

Тем временем яркие эмоции подобно пламени быстро начали заполнять собой пространство. Именно эмоции определили новый вид этого места: плавящиеся стены и возникающие прямо по среди разрастающегося вширь и ввысь зала вулканы. Компас упал и треснул, клинок исчез в огне, как и хрустальный шар взорвался подобно тем чёрным артефактом из Орта Миос, которые занимались ровно тем же. Пытались сломать смертного.

Само же Сердце Пустыни смеялось, позволяя Поцелованной Огнём заполнить своими эмоциями пространство.

Глава 13

Распалённые произошедшим эмоции ещё долго не утихали, а мир вокруг постепенно менялся. Сердце Пустыни обладало куда большей силой, чем можно представить, и вряд ли кому-то из смертных удастся повлиять на это место. Поэтому Ада и не заметила, как декорации храма вдруг сменились серой пустыней. После полученного ответа храм просто выгнал гостью, да так, что та этого и не поняла.

Всё ещё гневающаяся Огненная Бестия быстрым шагом пошла вперёд, а на лбу её продолжала пульсировать вена. Столько слов сказано о важности этого паломничества, в результате получаешь это. Лучше было остаться в Анхабари и потратить время… да на что угодно. Что же, негативный опыт тоже опыт.

О предложенных дарах девушка уже тоже не переживала. Она полностью себя убедила в том, что и так ничего хорошего бы не получила. Во-первых, никто не отменяет идущих в комплекте потенциальных проклятий. Во-вторых, иллюзии с хрустальным шаром на это также намекают: будущее может быть любым, но почему-то же нужно показать собственную смерть и только её, будто бы только так всё закончится и может. Подлянка на лицо, наверняка и меч с компасом были с сюрпризом. В-третьих, не факт, что кто-то что-то бы подарил, ведь Сердце Пустыни спросило лишь о желаниях, а всё остальное уже получается гостья выдумала сама: ей просто могли ничего не дать, ведь никто ничего и не обещал.

Вскоре Ада добралась до крутого склона, где, к удивлению, встретила и Нуму, грустно сидящего на камне и наблюдающего за теперь уже одним солнцем. Сколько он здесь сидел? Что пережил в Сердце Пустыни? Этого девушка так и не узнает, но от лицезрения своего напарника гнев тут же забился куда-то внутрь.

Бесчестный южанин с оголённым торсом молча сидел и теперь с почти полностью пустым взглядом без особого интереса наблюдал за происходящим вокруг. Ещё издали было нечто странное в силуэте бывшего офицера. Подходя всё ближе, Огненная Бестия сначала заметила