– Где?
– В здании под куполом у мест упокоения. Там находятся погребальные урны. Семьи приходят туда навестить прах своих близких. Так называемое внутреннее кладбище.
– Тамошний крематорий не использовался с тех пор, как кремацию в городских пределах запретили, но колумбарий все еще открыт для посетителей. Он выстоял во время землетрясения, так что, возможно, там сохранилась по меньшей мере одна канопа.
Конечно, у Хэдли полно вот таких мрачных сведений. Как мило.
Она начала собирать акварели.
– Завтра суббота, у меня выходной. Давай встретиться там поутру и осмотримся. А пока я заберу их домой и…
Лоу остановил напарницу, прижав ее руки своей.
– Эй, а кто сказал, что их заберешь ты?
– Они принадлежали моей маме.
– А это моя работа. Ты помогаешь, а не руководишь.
В глазах Хэдли промелькнул гнев.
– Мама сказала, что я смогу решить ее головоломку. Именно это она и имела в виду. Я их осмотрю, а потом передам тебе.
Дьявольски хитрая плутовка. Стоило восхититься ее попыткой, но Лоу не собирался уходить без картинок. И тепло ее костяшек под его ладонью вызывало желание большего.
– Я узнал, что есть два способа закончить спор с упрямой женщиной.
Она фыркнула.
– Прошу, просвети меня.
– Первый – дать ей выиграть.
Лоу выпустил ее руку.
– Очень умно. А второй?
В висках Лоу стучал пульс.
– Второй… заключается вот в чем.
Подняв подбородок упрямицы одной рукой, Лоу решительно прижался губами к ее губам. Хэдли застыла, не дыша. Возможно, просто от изумления. Или Лоу слишком увлекся порывом. Он немного расслабился, вздохнул и принялся целовать ее осторожно и легко. Против таких ласк даже самая невинная девственница не стала бы протестовать.
В ответ ноль эмоций.
Она застыла как мрамор и стала в два раза холодней. Неужели он просчитался? Она его не отталкивала, но и не испытывала страсти. У мертвеца и то было бы больше энтузиазма.
Не так Лоу представлял их поцелуй в своих фантазиях.
Господи. Он никогда не целовал женщину, которая этого не желала, но ее напряженные и безответные губы наводили на определенные мысли. Настолько отличалось ее поведение от эротического желания, которое он ощутил у зеркального пруда на вечеринке. Он готов был поспорить, что между ними что-то есть. Неужели показалось?
Придется завершить поцелуй и позволить огню унижения согреть арктический воздух между ними. Как он совершил такую ошибку?
Он отпустил Хэдли и отстранился. На ее лице промелькнуло некое подобие ужаса. Она сжала руки в кулаки.
– Похоже, что дело не только в работе, – сострил он, пытаясь пролить бальзам на раненую гордость.
Послышался резкий стук, дверь открылась, и показался мужчина средних лет в униформе охранника.
– Доктор Бэкол?
– А, добрый вечер, мистер Хилл.
– Мисс Бэкол, извините за беспокойство. Я только что отметился и собирался домой. Увидел свет под дверью и решил, что ваш отец заработался допоздна.
– Нет, это всего лишь я. О, и Ло… хм, ну, это, то есть…
– Мистер Магнуссон, – представился Лоу.
– Да, – Хэдли нервозно рассмеялась. – Он только вернулся из Египта. Мы оба пришли с музейной вечеринки.
Охранник прищурился.
– Понятно…
Что она хотела? Позволить ей говорить? Хэдли же совершенно не умеет врать. Стоит ей сказать еще что-то, она признается в преступлении, которого не совершала. И еще хуже, поделится с охранником, что они разорвали книги, чтобы найти карту.
О боже.
На столе рядом с выпотрошенными книгами лежали картины. Лоу быстро встал перед ними, надеясь заслонить их от взгляда охранника, и перебил Хэдли:
– Мы планировали сюрприз по случаю отставки доктора Бэкола. Собираем старые фотографии его юности, чтобы художник нарисовал его для буклета с перечислением его достижений.
Охранник расслабился.
– Уверен, ему понравится.
Все вышло слишком просто.
– Надеюсь на ваше молчание, – напомнил Лоу. – Нам хотелось бы удивить всех сотрудников, вот поэтому мы явились сюда прямо после вечеринки. Не хотели огласки, пока не доставим буклет печатнику.
– Я буду молчать, – заверил его охранник. – А пока я пойду. Мисс Бэкол, вас подвезти домой или куда-то еще?
– Да, пожалуйста, очень любезно с вашей стороны, мистер Хилл. Не придется вызывать такси.
Лоу почувствовал волну раздражающего гнева. Разве не он выдумал причину, чтобы успокоить охранника? Неужели Хэдли так испугалась поцелуя, что старается как можно скорее уйти подальше?
Она улыбнулась мистеру Хиллу.
– Подождите меня у входа, я выйду через минутку.
– Да, мэм. – Охранник приподнял шляпу, прощаясь с Лоу. Как только он пошел дальше по коридору, Хэдли с беспокойством осмотрела кабинет.
– Я мог бы отвезти тебя домой, – предложил Лоу.
Хэдли его проигнорировала.
– Положи книги на места и проследи, чтобы твоя «резня» осталась незамеченной. И я просто…
О нет! Лоу бросился к столу и успел забрать две картинки. Остальные взяла Хэдли.
– Настоящий компромисс: я сохраню свои, а ты – свои. И встретимся завтра утром часиков в десять в колумбарии.
Значит, решила притвориться, что поцелуя не было? Ладно. Неизвестно, чего вообще он гонялся за ней.
По пути домой Лоу напомнил себе обо всех ее раздражающих чертах характера. Властная. Чудаковатая. То горячая, то холодная. Сдержанная. Обидчивая. Слишком образованная. Упрямая. Слишком старая. С ужасным стилем – Лоу решил, что вечернее платье для вечеринки выбрал кто-то другой.
И вот еще что: Хэдли пыталась его убить.
Позже, раздевшись и собираясь в постель, Лоу нашел увядшую лилию в кармане своего фрака. Хэдли говорила: «ничто не вечно». Как же верно подмечено. Он бросил цветок в мусорную корзину, выключил лампу на комоде и лег, продолжая сердиться в темноте.
Боги на небесах, он все еще чувствовал запах проклятого цветка.
Лоу включил лампу и вытащил лилию из мусорного ведра. Минутку подумав, он положил ее между страницами старого выпуска «Странных историй» и засунул журнал под перину.
Глава 12
На следующее утро у входа на кладбище «Оддфеллоуз» вышедшую из такси Хэдли встретил серый туман, приправленный дождиком. Величественные греко-римские колонны и зеленоватый бронзовый купол колумбария стояли на страже холмов с рядами могил. Хэдли осмотрела окружающую территорию, но никого не заметила: ни машин, ни родственников, пришедших навестить усопших.
Ни красного мотоцикла.
Учащенное от беспокойства сердцебиение замедлилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
