Как, черт подери, мне говорить о детстве в штате, в котором я никогда не была? Разве мы не можем просто рассказать о знакомстве на улице? Зачем приплетать сюда другой штат? У меня даже нет южного акцента.
– Потому что я уже сказал им, что моя бабушка познакомила нас, когда мы оба были в Джорджии.
Складываю руки на груди.
– Какой идиотизм.
– Тот разговор с самого начала пошел не по сценарию. Но мы можем немного подкорректировать информацию и сказать, что в Джорджии ты навещала семью и тому подобное. Ты переехала в Калифорнию, когда тебе было десять. Это объяснит отсутствие акцента и знание Калифорнии. Но мы оба навещали семьи, когда моя бабушка познакомила нас. Она лучшая подруга твоей бабушки Шарлотты, и они решили, так будет идеально, ведь мы оба живем в Лос-Анджелесе и оба приехали к ним в гости в одно и то же время.
Я киваю.
– Хорошо, это должно сработать. Что случилось, когда мы встретились? Ты был потрясен моей красотой?
– Да, – говорит он, продолжая смотреть мне прямо в глаза. – Я не мог перестать думать о твоих прекрасных глазах и твоем пленительном взгляде.
Хм… это уже второй раз, когда он упоминает мои глаза. Я начинаю думать, что этот требовательный тип действительно считает их красивыми.
Но мне, конечно, все равно.
Однако, знаете, всегда приятно услышать, что у тебя красивые глаза.
– Только глаза, больше ничего? – спрашиваю я, хлопая ресницами.
– Если ты ждешь комплименты, их не будет.
– Боже, – произношу я. – Что случилось с тем приятным парнем из Chipotle? Или с парнем, который пришел ко мне домой и очаровал мою маму?
– Он притворялся, как делает это со своими деловыми партнерами.
– Да что ты говоришь. – Я аплодирую. – Молодец. Ты действительно одурачил меня, заставив думать, что ты милый парень.
– Я милый, просто не люблю шутить с работой. Предпочитаю сразу переходить к делу.
– Понятно. – Я улыбаюсь и продолжаю: – Если хочешь, чтобы все получилось, придется добавить немного любезности. Понимаю, это бизнес, но не обязательно вести себя как свинья. Технически сейчас мы партнеры, несмотря на то, что все это – твоя идея. Так что вместо того, чтобы раздавать команды, давай попробуем немного иначе, а? Может быть, иногда «пожалуйста» и «спасибо»?
Хаксли смотрит на часы, а затем снова на меня.
– У нас нет времени на твою нелепую манеру проводить совещание. И мы уже потеряли время, обсуждая это. Помолчи и просто выслушай легенду. Запомни ее. Добавь что-то, если нужно, но нет необходимости в этой… чепухе.
Ой, только посмотрите на этого чудесного мужчину, с которым я подписала контракт. Как же мне повезло.
– Теперь наша история. Сосредоточься и слушай внимательно, потому что Элли, невеста Дэйва, родом из Джорджии.
Издав стон, я откидываю голову на подголовник.
– Ты просто форменный болван… ты в курсе?
Когда Хаксли ничего не говорит в ответ, мне хочется верить, что он молча соглашается со мной.
* * *
– Пока не забыл… – Хаксли тянется к бардачку и достает небольшую коробочку. Затем протягивает ее мне.
– Вот, надень его.
Ну разве не романтично?
Я открываю бархатную коробочку и обнаруживаю самый большой бриллиант, который когда-либо видела. Его окружают другие камни, а инкрустированный бриллиантами ободок выполнен из красивого розового золота.
Открыв рот, я внимательно рассматриваю кольцо.
– Что это такое?
– Помолвочное кольцо, – как ни в чем не бывало говорит Хаксли.
– Это не помолвочное кольцо, а каток для семьи из пяти человек. – Поднимаю глаза на своего фальшивого жениха. – Какого черта, Хаксли? Ты ожидаешь, что я буду носить его?
– Да.
– Просто вот так – да. Никаких аргументов в пользу этого? – спрашиваю я.
– Тебе нужны аргументы?
– Хаксли, ты видел эту штуковину? Клянусь, оно весит не меньше фунта.
– Да, я сам выбирал его. И конечно, видел. Очень внимательно изучил, чтобы убедиться, что в нем нет никаких изъянов.
– И ты считаешь, это подходящее кольцо?
Он чуть сдвигается и смотрит на меня.
– Лотти, ты якобы помолвлена с миллиардером. Это кольцо вполне отражает состояние моего банковского счета, что-либо меньшее казалось бы неправдоподобной насмешкой. А теперь надень его на свой чертов безымянный палец и не снимай.
Ошеломленная резкостью в его голосе, я откладываю коробочку и надеваю кольцо на свой палец.
– Ух ты, даже не ожидала, что однажды мне сделают такое незабываемое предложение. «Надень его на свой чертов безымянный палец и не снимай». Как романтично.
Хаксли собирается открыть свою дверь, и я следую его примеру, но он выдает:
– Не выходи.
– Не выходить? – спрашиваю я, сбитая с толку.
– Да, сиди на месте.
– Значит… ты хочешь, чтобы я весь вечер оставалась в машине? Тогда исчезает смысл всего того, что мы обсуждали последний час.
Хаксли проводит рукой по лицу.
– Оставайся в машине, чтобы я мог открыть для тебя дверь.
Вот как.
Мысленно усмехаюсь, когда Хаксли выходит из машины и напряжение сковывает его. Мне хочется крикнуть: «да, сэр, есть, сэр», но дверь захлопывается, а он сам обходит машину. И что на него сегодня нашло?
Открыв дверь с моей стороны, он предлагает мне руку и приказывает:
– Возьми меня за руку.
– Ты мог бы сказать «пожалуйста». – Хаксли злобно прищуривается. Принимаю его руку, и он помогает мне выйти из машины. Поправляю свое зеленое платье, довольная тем, как оно сидит, и он закрывает за мной дверь.
Вместе мы подходим к величественному каменному дому, по всему фасаду которого свисают стебли виноградной лозы. Когда мы въехали в ворота, мне показалось, что мы очутились в где-то в английской глубинке с ее ветвистыми деревьями и каменной оградой вдоль гравийной дорожки. Очень похоже на «Таинственный сад».
– Как думаешь, сколько стоит содержание этих вьющихся растений?
– Пожалуйста, не задавай подобных вопросов, – говорит Хаксли. – Так ты кажешься неотесанной.
– Забыл, как нашел меня? Я рыскала по улицам в поисках богатого мужа. Я на дне, Хакс.
Он смотрит на меня сверху вниз.
– Я бы не сказал, что ты достигла дна.
Притворно хватаюсь за сердце.
– Ой какой комплимент. Буду лелеять его всю ночь, пока буду пытаться изображать безумно влюбленную беременную невесту.
Хаксли ведет меня к входу в дом, а затем звонит в дверь. Он крепко сжимает мою руку, как будто боится, что я убегу. Поверьте, я думала об этом. Много раз по дороге сюда я подумывала о том, чтобы проделать старый добрый трюк – «выпрыгни прямо из движущейся машины», но по двум причинам отказалась от этого геройского поступка: во-первых, я побоялась ушибиться, а во-вторых, подписала строгий контракт, который обязывает меня брать
