Имам все еще молчал. Инди время от времени бросал взгляд на Саллу. Тот сидел с видом человека, привыкшего к долгому ожиданию, его лицо— само терпение. Открылась дверь. Вошел Абу и поставил на стол графин с вином и стаканы. Инди мучила жажда, но он не шелохнулся. В комнате царила напряженная тишина. Мальчик вышел, но скоро вернулся, неся тарелку с сыром, фрукты, миску с финиками. Салла рассеянно взял кусочек сыра и начал глубокомысленно его жевать. Финики выглядели очень аппетитно, но Инди не был голоден. Увидев еду, обезьянка покинула из и перебралась поближе к столу. Никто не проронил ни слова. Инди наклонился и взял финик. Он подбросил его в воздух и, закинув голову, попытался поймать ртом, однако промахнулся: финик ударился о подбородок и отлетел на пол. Абу как-то странно взглянул на американца — его поведение, по-видимому, казалось мальчику верхом идиотизма, — потом поднял финик и бросил в мусор.
Черт, подумал Инди. Моя координация никуда не годится.
— Подойдите поближе и посмотрите, — раздался, наконец, голос имама, хрипловатый и властный, такому голосу люди обычно подчиняются, не раздумывая.
Инди и Салла подошли и заглянули Имаму через плечо.
— Это предупреждение, — сказал он, указывая на выгравированные знаки. — Нельзя безнаказанно тревожить Ковчег завета.
— Это как раз то, что мне надо, — пробормотал Инди. Он склонился над ученым, почти касаясь его хрупких плеч.
— А вот эта надпись говорит о высоте жезла Ра, к которому сверху надо прикрепить медальон, ведь без жезла, сам по себе, он не многого стоит. — Старик облизнул пересохшие губы.
— Так значит Беллок знает о высоте жезла из этой надписи? — спросил Инди у Саллы.
Тот кивнул.
— И чему она равна?
— Здесь указана старинная мера длины — 6 кадамов.
— Около 72 дюймов, — пояснил Салла.
Инди услыхал шум и, повернувшись,, увидел, как обезьянка хозяйничает на столе, отбирая себе лучшие кусочки. Он подошел поближе и быстро взял один финик, прежде чем до него добралась прожорливая малышка.
— Я не закончил, — сказал Имам, — На другой стороне медальона — еще одна надпись. Я прочту ее вам. “И пожертвуйте один кадам еврейскому Богу, которому принадлежал Ковчег.”
Инди не донес финик до рта.
— Ты уверен, что медальон Беллока имел знаки только с одной стороны? — спросил он у Саллы.
— Абсолютно.
Инди расхохотался.
— Так, значит, жезл Беллока на 12 дюймов длиннее! Они копают в неверном месте!
Салла тоже рассмеялся. Друзья обнялись. Имам спокойно наблюдал за ними, затем произнес:
— Я не знаю, кто такой Беллок, но хочу обратить ваше внимание на предупреждение— тот, кто откроет Ковчег и высвободит скрытую в нем силу, умрет, если взглянет на нее, если окажется с ней лицом к лицу. Не забудьте об этом, друзья.
Конечно, ему надо было бы отнестись серьезнее к словам старика, но Инди так обрадовался, когда узнал об ошибке француза, что практически пропустил его предупреждение миом ушей. Вот она, удача! — подумал он. Чудесно. Посмотреть бы на этого ублюдка, когда он так и не найдет Колодец душ.Он вновь подбросил финик в воздух и открыл рот.
Теперь-то уж не промахнусь.
Неожиданно Салла протянул руку и поймал финик, который так и не долетел до рта Инди.
— Эй!
Салла молча указал на пол, под стол, где скрючившись лежала обезьянка, а вокруг валялись финиковые косточки. Неожиданно лапки ее дернулись, задрожали, несчастное животное медленно закрыло глаза и уже больше не шевелилось.
Инди повернулся к Салле.
Египтянин пожал плечами и коротко бросил:
— Отравилась финиками.
Глава 9
Тунис, раскопки. Египет
Пустыня ослепительно сверкала в лучах утреннего солнца, волнистыми полосами искрился песок. Ничего удивительного, подумал Инди, что люди так часто видят миражи в здешних местах. Их грузовик громыхал по дороге, а он глядел на небо, на расстилающийся вокруг пустынный пейзаж. На нем был бурнус, позаимствованный у Саллы. Эта одежда доставляла Инди массу неудобств, к тому же он совсем не был уверен, что сойдет в ней за араба, но чем черт не шутит. Время от времени он поворачивал голову и бросал взгляд на грузовик, следовавший за ними, который вел друг Саллы — Омар. В его кузове сидело 6 землекопов — арабов, и еще 3 в их грузовике. Салла утверждал, что все они верные люди, и Инди очень хотелось в это верить.
— Что-то я нервничаю, — признался Салла.
— Брось, не стоит.
— Ты сильно рискуешь, Инди.
— Игра стоит свеч. — Он снова взглянул на небо. Утреннее солнце немилосердно палило песок.
Салла вздохнул.
— Надеюсь, мы не ошиблись, отмеряя длину жезла.
— Не бойся, все в порядке. — Инди подумал о лежащей в кузове палке 6 футов в длину, которую они строгали несколько часов накануне вечером и на которую сверху приладили солнечный диск. Инди вспомнил странное чувство, овладевавшее им, когда он надевал на палку медальон— ощущение близости прошлого. Много веков назад другие руки проделывали то же самое, что теперь делал он.
Наконец грузовик остановился. Инди выскочил из кабины и подошел ко второй машине, которую вел Омар. Араб спустился вниз, поднял руку в знак приветствия, а потом, указав в сторону, где местность была чуть более холмистой, и виднелись песчаные дюны, произнес:
— Мы будем ждать вас там.
Инди вытер губы тыльной стороной руки.
— Удачи вам, — добавил араб
Омар снова сел за руль, и грузовик, подняв в воздух клубы пыли, уехал. Посмотрев ему вслед, Инди вернулся в свою машину. Они двинулись вперед и, бросившись на землю, принялись разглядывать картину, открывшуюся перед ними.
Раскопки Туниса, так вот как они выглядят. Обширная, прекрасно оборудованная территория. По количеству техники, по числу рабочих было ясно — чтобы добыть Ковчег, фюрер не остановиться ни перед чем. Внизу сновали грузовики, ползали бульдозеры, в стороне были установлены палатки. Не меньше сотни арабских землекопов работали там, и столько же немецких специалистов, одетых в форму, словно специально рассчитанную на то, чтобы сделать жизнь в пустыне невыносимой. Вся земля вокруг была изрыта и перелопачена, откопанные основания и фундаменты зданий оставлены, проходы — заброшены. А за основной территорией раскопок было нечто, отдаленно напоминающее взлетно-посадочную полосу.
— Никогда ничего похожего не видел, пробормотал Инди.
Салла ткнул пальцем куда-то в центр, в сторону песчаной насыпи, указывая на дыру в самой ее середине, которую окружала веревка, зацепленная за два столбика.
— Зал с макетом города находится там, — сказал он.
— Когда туда попадают солнечные лучи?
— Сразу после 8.
