– Мистер Авлон, прежде чем я уеду, мне бы хотелось провести какое-то время с Гарри наедине. Может быть, перед ужином. В классной комнате с вашего разрешения.
– Да, конечно. Может, вам еще что-нибудь понадобится?
– Нет-нет, только уединение и хороший атлас.
Вернувшись в Лондон, Натаниел первым делом решил нанести визит леди Марденфорд. Ему удалось многое узнать от Гарри, и он хотел поделиться с ней этим.
Однако его не приняли. Ему сообщили, что леди Марденфорд уехала в Суссекс, в поместье брата.
Было ясно: Шарлотта уехала, чтобы не видеться с ним. Она дала ему понять, что не желает иметь с ним ничего общего.
Весь день Натаниел думал о поспешном отъезде Шарлотты и все больше мрачнел. Ведь она, уехав в Леклер-Парк, убегала не только от проблемы, созданной мальчиком. Она также убегала от мужчины, которого страстно желала.
В конце концов, он решил, что не станет с этим мириться.
На следующий день, рано утром, Натаниел приказал подать лошадь и верхом покинул Лондон. Он не знал, что именно скажет Шарлотте, просто отправился в путь.
Возможно, между ними снова возникнет ссора, как только они заговорят друг с другом. Однако он предпочитал ее колкости молчанию. И он твердо решил, что не позволит ей игнорировать его.
В середине дня Натаниел добрался до Леклер-Парка и подъехал к особняку в готическом стиле. Однако слуга, открывший дверь, даже не захотел принять его визитную карточку.
– Виконт не принимает, сэр.
Слуга не знал, что Леклер тоже вышел в холл.
– Я хочу нанести визит леди Марденфорд, а не ее брату.
– Видите ли, сэр, сейчас не время. Собралась вся семья… – Слуга сказал это таким тоном, что сразу же стало ясно: случилось что-то серьезное.
Натаниел почувствовал себя ужасно глупо. Оказывается, Шарлотта приехала сюда по причине, не имевшей к нему никакого отношения. Она вовсе не убежала. Ее вызвали сюда.
Да, наивно было думать, что все ее действия непременно связаны с ним, Натаниелом Найтриджем. Он ничего для нее не значил, и ему следовало с этим смириться.
– Приношу свои извинения. Надеюсь, ничего не случилось. Пожалуйста, передайте ее близким мои самые…
– Кто там? – послышался мужской голос.
В следующее мгновение Натаниел увидел высокого голубоглазого мужчину. Виконт Леклер приблизился к нему и проговорил:
– Кажется, Найтридж, не так ли?
– Похоже, я очень не вовремя. Я немедленно…
– Нет, вы должны зайти. У меня уже голова идет крутом, а Хэмптон все время молчит, так что от него никакого толка.
Слова Леклера ничего не прояснили. Но выглядел он усталым, глаза его потускнели, а между бровей пролегла глубокая морщина.
– Пойдемте же. – Виконт развернулся и направился в комнату.
Весьма озадаченный словами Леклера, Натаниел последовал за ним. Переступив порог, осмотрелся. За столом в глубине комнаты сидел Джулиан Хэмптон, любовник Пенелопы, а напротив него – Данте. Между ними стояла шахматная доска, но, судя по всему, обоим было не до шахмат. Причем Данте Дюклерк выглядел ужасно: волосы его были в полнейшем беспорядке, галстук съехал в сторону, а на лице застыло какое-то странное выражение – казалось, он был чем-то очень напуган.
– Посмотрите, кто к нам приехал, – произнес Леклер с деланным энтузиазмом.
Данте поднял голову и проворчал:
– У меня и так достаточно нянек. Еще одна мне не нужна.
Они были старыми друзьями, и Натаниел не помнил, чтобы Данте когда-нибудь ему грубил.
– Он не в себе, – пробормотал Леклер. – Не обижайтесь.
– А что случилось?
– Наверху Флер. Она собирается рожать, – пояснил виконт.
Натаниел невольно вздохнул:
– Ох, простите, я ухожу. Я действительно очень не вовремя.
– Вы хотите, чтобы он сошел с ума? Сделайте что-нибудь. Ну… хотя бы напоите допьяна. Я пытался, но у меня ничего не получилось.
Натаниел приблизился к столу и уселся на стул. Леклер сел на ближайшую софу. Данте взглянул на брата, затем повернулся к гостю:
– Он не позволяет мне пойти наверх и все выяснить. Но я уверен, мне это по силам.
– Я тоже так думаю, – кивнул Натаниел.
– Это вы так помогаете мне, Найтридж? – пробормотал Леклер.
– Я вынужден сидеть здесь в полном неведении, – пожаловался Данте.
– Неправда, – заявил Хэмптон. – Пен и Лотта по очереди спускаются вниз и докладывают обо всем.
– Только раз в час. И они не рассказывают ничего нового. Теперь, кажется, очередь Лотты. Когда она увидит Найтриджа, будет хоть какое-то развлечение, и это все же лучше, чем ожидание.
Леклер и Хэмптон ухмыльнулись при мысли о том, что Шарлотта с Натаниелом вступят, по своему обыкновению, в словесную войну. Натаниел пожал плечами и заставил себя улыбнуться, хотя ему сделалось очень не по себе. Он нисколько не сомневался: увидев его, Шарлотта придет в ярость. Наверняка она истолкует его приезд как вмешательство в семейные дела.
Решив хоть чем-то заняться, Натаниел занял место Хэмптона за шахматной доской, и ему удалось уговорить Данте продолжить партию.
Минута проходила за минутой, но Натаниелу никак не удавалось придумать объяснение своему приезду. Наконец послышались женские шаги, и Данте, вздрогнув, уставился на дверь. Натаниел же мысленно молился о том, чтобы вестником оказалась Пенелопа.
Когда дверь открылась, все мужчины поднялись на ноги. Причем Данте, сидевший у стола, поднялся так резко, что шахматы из-за его неловкого движения посыпались на пол.
– Что нового, Лотта? – спросил Леклер.
Натаниел мысленно застонал.
Не обращая внимания на гостя, Шарлотта подошла к брату. Поцеловав его, она сообщила:
– Не волнуйся, Данте. Повитуха говорит, что все в порядке, и доктор Уилер того же мнения. Это продлится еще какое-то время, но тебе не стоит волноваться, все будет хорошо.
Данте, казалось, немного успокоился. Молча кивнув, он снова уселся на стул. Тут Шарлотта наконец взглянула на гостя:
– Не ожидала увидеть вас здесь, мистер Найтридж.
– Я был в соседнем графстве и решил заехать, – пробормотал Натаниел.
– Надеюсь, ваше путешествие в Дарем прошло удачно, – сказала Шарлотта. Взглянув на брата, она добавила: – Мистер Найтридж отвез мальчика в школу. А Флер написала рекомендательное письмо.
– Значит, все в порядке? – спросил Данте (Шарлотта рассказала ему про Гарри, не упомянув о шантаже со стороны Джона Финли).
Натаниел принялся описывать положение дел в Дареме во всех подробностях, рассказал и о строительстве школы. Когда тема была исчерпана. Шарлотта сказала:
– Прошу прощения, но я должна вернуться к Флер. Может, вы проводите меня до лестницы, мистер Найтридж?
– Да, конечно, – кивнул Натаниел. Покидая комнату вместе с Шарлоттой, он ожидал самого худшего, ожидал вспышки гнева и обвинений в свой адрес.
