Читаем без скачивания Год козла отпущения - Татьяна Луганцева

Яна с ужасом посмотрела наверх и увидела мелькающие лучи от фонариков, разрезающие вечернюю мглу.

– Эй! Гражданочка! – прокричал один из мужчин.

– Да не ори! Нет ее. Сорвалась сучка. Дали бы ей еще выпить, да и порезвились бы. А утром она ничего бы и не вспомнила.

– А если бы кто пришел и отомстил за нее?

– Кто?! Она одна была, так хотела в отель проскочить. Мужика потеряла. Слышь, ее уже кто-то поимел и бросил! На лбу написано – дура! – засмеялся мужик, и по голосу Яна узнала в нем лояльного охранника из отеля «Волга». – Залетная какая-то, но так ничего… и пахнет уж больно хорошо, духи дорогие.

– Ты посмотри еще вокруг повнимательнее, – посоветовал его напарник. – Если пьяная, может, прилегла где и спит? Мы бы тут же и пристроились со своим сексуальным вопросом.

И снова раздался противный смех.

Яна похолодела. Луч фонарика разрезал серое небо словно мечом и устремился к ней. На замерзших, обледенелых ногах Яна прильнула к земле с торчащими корнями деревьев и распласталась на ней, слившись с общим фоном. Фонарик своим назойливым лучом пошарил по прибрежной кромке, прямо-таки обжигая спину Яны.

– Да все чисто! Если только она не утопла. Но искать в воде я ее не буду. Труп мне ни к чему, я не по этой части, – просто искрил своим черным юмором охранник. – Дура! Ушла куда-то не туда. Извини, брат, что дернул. Похоже, что ни секса, ни бабла нам не обломится. А мужик-то ее, ну кого она разыскивает, еще и именем чужим назвался. Слышь? Патрик! Прикинь? Самого небось Дима или Вася зовут, а для этой белобрысой Патрик!

– Ну, правильно. Проститутки в сауне тоже говорят, что их зовут Анжелика или Джессика. Вроде и запоминается, и себя вроде как не мараешь, – поддержал его напарник.

– Точно! И этот назвался Патриком, объегорил ее и исчез! Красава! А она: «Не остановился ли у вас Патрик?» Отродясь не останавливался и не остановится! – смеялись мужики.

А Яна поймала себя на мысли, что еще совсем недавно в автобусе она страдала от двух отморозков, и сейчас их опять было двое.

Их голоса давно уже стихли, а Яна все никак не могла заставить себя оторваться от сырого песка. Она сделала несколько глубоких вдохов-выдохов, сосчитала до трех и наконец поднялась.

Яна побрела вдоль этого обрыва, в поисках места, где можно было забраться наверх. Ноги ее периодически попадали в холодную воду. Яна боялась оказаться в реке и утонуть. Плавала она плохо, вернее, вообще не плавала. Единственное, что она могла, так это продержаться по-собачьи не больше минуты. Поэтому вода ее немного пугала. Обнаружив какие-то бетонные плиты, которые круто поднимались вверх, Яна начала по ним карабкаться, ломая ногти, но ноги постоянно соскальзывали. Она бы никогда не выбралась оттуда, если бы не проросшие сквозь бетон наперекор всему растения. Цепляясь за них, Яна вылезла наверх. Она была вся в грязи и сильно замерзла.

«Господи! Что же мне делать? Куда идти? Понятно, что не в отель. Телефона нет. Патрик тоже не объявился, судя по разговору этих отморозков. Если бы он заселился в отель, они бы не вели себя так нагло по отношению к ней. Обратиться в полицию? Да, надо обратиться в полицию! Куда же еще идти, если случается неприятность? Ох, какая же я дура, точно дура! Как сказал этот охранник? У меня на лбу написано, что я дура! Видимо, прямо поверх моей шишки. Вечно я во что-то влезаю! – огорченно думала Цветкова, бредя между темными стволами деревьев. – Меня в таком виде не примут не то что в дорогой отель, а даже на самый худой постоялый двор».

Выйдя на улицу с тусклым освещением, Яна себя оглядела. «Я же вся в грязи, мокрая, еще и вином пахнет. Я похожа на бомжа. Кто мне поверит? Кто меня вообще слушать будет? Да и из полиции меня пошлют куда подальше. Сколько должно пройти времени, чтобы начали искать пропавшего человека? Трое суток? Но помощь Патрику нужна сегодня. А что, если… Нет-нет, я даже думать об этом не хочу!»

Яна вышла на главную площадь, клацая зубами и не чувствуя ног. Конечно, на рынке уже никто не торговал. Редкие прохожие с ужасом взирали на Яну. Она пристала к какому-то мужчине.

– Скажите, где здесь гостиница? Пусть даже самая дешевая?

Но мужчина шарахнулся от нее в сторону, чуть ли не перекрестившись.

– А полиция? Где здесь полиция? – прокричала Яна в его убегающую спину. – Тьфу! А как же помощь людям, попавшим в отчаянное положение? Или этим только я грешу? Мне бы не стоматологическую клинику организовывать, а агентство. Только не детективное, а агентство для чудил, вечно впутывающихся в какие-то истории. Да, я бы стала гуру для них для всех.

Из-за угла вышла пожилая женщина, и Яна уже открыла рот, чтобы попросить у нее помощи, но женщина сама остановилась.

– Матерь божья! Что с вами случилось? Вы выглядите как утопленница! Когда я видела вас в последний раз, вы были в полном порядке! – сказала она.

– В последний раз? – спросила Яна, всматриваясь в пожилую особу. Через несколько секунд она узнала в ней даму, что ехала с ними в автобусе.

– Ой, это вы! Скажите, а где здесь отель? Или полиция? Помогите! – чуть не рыдала Цветкова.

– Успокойтесь, какой отель! Идемте со мной, я живу через дом. Там мне все и расскажете, – тоном, не терпящим возражений, сказала дама.

Она взяла Яну под руку, не побоявшись испачкаться, и потащила за собой, по ходу поясняя, что не хотела сегодня уже никуда выходить, но зашедший на «огонек» соседский кот заставил выйти ее из дома за колбасой и молоком.

Яна слушала ее милую болтовню и понимала, что еще немного – и она потеряет сознание от переохлаждения и нервного переутомления.

Глава 14

Пожилую женщину звали Татьяна Сергеевна, и она полностью подтверждала слова поговорки: «Мир не без добрых людей». Жила она на одной из многочисленных узких улочек, лучами расходящихся от центральной площади, в маленьком каменном доме.

– Половина дома моя, половина соседская, – пояснила Татьяна Сергеевна.

У каждого было свое крыльцо и своя входная дверь. Половина этого небольшого домика включала две комнаты и кухню.

– У соседей площадь чуть побольше, у них еще веранда есть, – рассказывала пожилая женщина.

Она сразу же набрала Яне горячую ванну.

– Иди, отмокай и грейся. Вот шампунь. Я пока еще раз в магазин схожу, ты не кот, тебе молока не хватит.

– Татьяна Сергеевна, не стоит беспоко-иться! – попыталась остановить ее Яна.

– Во-первых, зови меня просто тетя Таня. Во-вторых, тут я хозяйка, мне и решать! Я так гостей не встречаю! Я мигом! Магазинчик круглосуточный за углом. Пока ты греешься, я уже и вернусь!

– Тетя Таня, спасибо за крышу над головой, – с чувством произнесла Яна и чуть не расплакалась.

Даже в горячей воде Цветкова долго не могла прийти в себя и согреться. Она вымыла голову ароматным шампунем и долго стояла под душем, смывая с себя песок. Особенно много его набилось в длинные волосы. Закутавшись в махровый халат, который был ей велик, Яна вышла из ванной.

Татьяна Сергеевна на самом деле уже пришла из магазина и суетилась на кухне.

– Проходи! Присаживайся. Чай? – спросила она.

– Если можно, кофе, – ответила Яна.

– На ночь? – удивилась женщина.

– Всегда пью. И днем, и ночью. Сейчас все равно не заснуть.

Татьяна Сергеевна уже выставила на стол нарезанный хлеб, сыр, два вида колбасы, оливки в жестяной банке, яблоки и дольки мандарина, а также коробку шоколадных конфет.

– Вот все, что на скорую руку собрала, угощайся, а утром оладушки тебе испеку. Кофе сейчас сварю, у меня заварной, растворимого нет. А еще водочки налью для сугрева.

– Водку не буду, – покачала головой Яна, – я вино пила.

– То, что ты пила, давно выветрилось от адреналина и холодной воды, а согреться и расслабиться надо. Не спорь со мной. Выпей сто грамм и колбаской закуси.

На столе волшебным образом появился хрустальный графин с водкой.

– Давай!

Яна выпила, изображение поплыло у нее перед глазами, но по телу разлилось тепло.

– А теперь расскажи, что с тобой случилось? – участливо спросила Татьяна Сергеевна.

Яне внезапно очень захотелось кому-то излить душу. Понятно, что эта пожилая женщина реально не сможет ничем помочь, но хотя бы выслушает и посочувствует. И Яна рассказала Татьяне Сергеевне все, что с ней произошло с того момента, как она сошла с автобуса на центральной площади Углича.

Татьяна Павловна с чашкой чая в руке откинулась на спинку стула. Взгляд ее был задумчивым. Молчание хозяйки оказывало на Цветкову гнетущее действие. Хотя что она ждала от этой пожилой женщины?

– Попали вы с Патриком, – наконец-таки произнесла Татьяна Сергеевна.

– Да, – кивнула Яна и встала из-за стола. – Мне надо ехать.

– Куда? – спросила хозяйка.