Эти отбитые штурмы, надвигавшаяся осень с ветрами и непогодами заставили Петра отложить взятие Азова. 28 сентября осада была снята, царское войско отошло сначала к Черкасску, а потом ушло на зимовку к Валуйкам. Донские сотни разошлись по станицам. Во взятых казаками каланчах азовских было оставлено 3000 человек солдат.
По всему Дону пошли рассказы о молодом царе. Сильное впечатление произвел он на казаков. Царь был громадного роста, без 2-х вершков сажень, широкий в плечах, с круглым открытым лицом и большими ясными, смелыми глазами. Он носил немецкую одежду, говорил властно и в то же время приветливо. «Орел, настоящий орел!» - в восторге говорили казаки и готовы были отдать за своего государя все. И сама собою сложилась на Дону песня про первый приезд на Дон государя:
Не ясен сокол летал по поднебесью,Донской есаул бегал по Дону,Казаков-то он речью приветствовал:«Вы вставайте, добры молодцы,Господу Богу помолитесь,Да не пусти Господь руки варвараНа Петра, Царя Белого, православного.Вы вставайте, други, пробудитеся.Борзых коней, други, вы седлайте,Под Азов город, други, поезжайте.Сам сизый орел пробуждается,Сам Петр Царь подымаетсяСо своими князьями, боярами,Со своими донцами,Со своими запорожцами!»
Первая морская победа Петра 1696 г.
Но молодой царь после этой неудачи не пришел в отчаяние. Он решительно начал готовиться к новому походу. На первый поход он смотрел лишь как на школу. Он понял теперь, что морскую крепость без кораблей взять нельзя. По всем местам пошли его приказы. 8 января 1696 года царь послал донцам наказ занять каланчи и поддерживать солдат до подхода всего войска. Но это уже исполнено было донцами еще до получения царской грамоты. 600 казаков стояло в каланчах.
В то же время вызваны были из Италии искусные «подкопные» мастера. В Воронеже строили верфь, то есть корабельный завод, заготовляли лес и делали корабли. Петр сам писал морской устав. Снаряжалось сильное войско. Главным начальником его был назначен боярин Шеин.
В конце апреля донские казаки с удивлением увидали целый караван больших морских кораблей на Дону. Впереди шло восемь гребных лодок, или галер, управляемых преображенцами и семеновцами. На одной из них, называемой «Принципиум», находился под видом капитана, командира роты Преображенского полка Петра Алексеева, царь.
По прибытии в Черкасск Петра войсковой атаман Фрол Минаев доложил государю, что посланный на разведку походный атаман Поздеев с 250 казаками 3 мая увидал в море два турецких корабля. Он обступил их своими легкими лодками, обстрелял ружейным огнем и хотел с одними только саблями взять суда. Но борта кораблей были высоки, казаки пытались прорубить их днища, но турки бросали в казаков камни и заставили их отступить.
Разгорелось сердце у молодого царя. Присутствие турецкого флота у стен Азова возбуждало Петра. Хотелось ему померяться со смелым врагом силами. 12 мая царь со своими судами подошел к Каланчинским башням и хотел выйти в море. Но дул северо-восточный ветер и согнал воду с Дона, а суда царские сидели глубоко и не могли пройти через мелкое устье. Тогда царь оставил галеры в Кутюрминском рукаве и со ста донскими легкими лодками, на которых было 6000 казаков с атаманом Фролом Минаевым, обошел все гирла и вышел в море.
Широкий водный простор представился глазам Петра. Первый раз вышел он в южное море. Зеленовато-синие волны играли под налетами вечернего ветерка и звучно плескались о казачьи челны. Русский царь был один со своими казаками, и легко и привольно ему было на сердце с этими природными моряками. В каждом взмахе их весел, в том, как уверенно показывал и называл мысы и острова стоявший рядом с ним атаман, Петр видел, что на синем море казаки как у себя дома.
- Вот здесь, - скажет кто-либо из казаков, - убит мой дед.
- У этого мыска потонул мой отец!
Скажут и смолкнут. Все лица серьезны. Враг кругом. Заходящее солнце бросает кровавые отблески на стены и башни Азова. И море играет белопенным прибоем возле них.
На море видны паруса. Это турецкий флот идет на выручку Азову; зоркий казачий глаз насчитал уже девять больших кораблей и несколько гребных галер.
И жутко, и страшно, и хорошо ночевать царю на казачьей лодке между турецкими кораблями и турецкой крепостью, под охраной донских казаков. Безмолвные стоят казаки-часовые на судах. Тихо спят гребцы и казаки. И только стало светлее и лиловые сумерки побежали над водой - проснулись казаки. Никто их не будил, заревая труба не играла. Сели на весла и ждут. На турецких кораблях слышен стук и крики. Поют грузовую песню турки, и слышны по ветру, Бог весть на чьем языке придуманные слова: «вира!» и «майна!»… Идет погрузка припасов для Азовской крепости. И вот, 24 тяжелые плоскодонные судна, называемые тумбасами, отвалили от кораблей и медленно пошли к крепости. Вихрем налетели на них казаки. Каждому хотелось отличиться на глазах у царя, гребли так, что весла трещали и белая пена, шипя, расходилась от лодок. 11 тумбасов были живо захвачены казаками… После этой победы царь указал казакам на корабли. Длинной лентой вышли каюки из Дона и пустились в море на подвиг. Турки рубили якорные канаты, быстро ставили паруса и, пользуясь ветром, уходили в море. Но ветер был слаб, и тихо шли корабли; казачьи лодки их настигали. Два самых больших корабля были догнаны казаками. Их борта окутались дымом. Картечь засвистела над казаками и брызнула по воде. Но ничто не могло остановить разбега казачьих лодок. Выхватив сабли из ножен, с бешеной отвагой, предводимые своим царем, кинулись казаки на корабли. Что за беда, что борты их высоки! Гребцы подсаживают удальцов, и страшная рубка уже идет на палубах. Один турок бросился на царя, но казак, сопровождавший государя, отвел его удар… Один корабль сожгли, другой потопили.
В то время, когда одни лодки расправлялись с кораблями, другие погнались за полугалерами, чайками и другими мелкими судами, бывшими при турецком флоте. 10 полугалер и 10 чаек казаки загнали к берегу на мель и здесь, по пояс в воде, атаковали их, зажгли суда, а турок порубили. Турки потеряли 2000 человек, один их начальник и 300 янычар были взяты в плен. 70 пушек, 86 бочек пороха, много снарядов, оружия, съестных припасов, 50000 червонцев и на 4000 человек сукна досталось царю. Деньги и сукно государь отдал казакам.
Счастливый возвращался Петр к лагерю под Азовом. Первый его выход с боевым казачьим флотом в открытое море, и какая победа! Первая победа русского Государя на море была одержана донскими казаками 21-го мая 1696 года. Имя донского атамана Фрола Минаева должно стоять наряду со славнейшими именами русских адмиралов, начальников военных кораблей! Недаром накануне боя Петр говорил донскому атаману:
Мы завтра, на заре, чем свет, суда с подмогойОкружим лодками казачьими. СудамВ Азове не бывать. И крепости немногоУже времени стоять. Сейчас же снаряжайВсе сорок лодок мне на бранную забавуИ двадцать человек на каждую сажай!Я сам вас поведу на битву и на славу!Да, с завтрашнего дня победою морскоюВпервые озарю свою отчизну я!С восходом солнечным, с дня нового зареюИ флота русского засветится заря!…
И заря засветилась! И солнце, увидавшее первую русскую морскую победу, осветило утлые лодки донских казаков, смелые лица донцов, учившихся мореходному делу в боях с персидским флотом на Каспии с Разиным и со многими атаманами на Азовском и Черном морях!
Взятие Азова царем Петром 1696 г.
По прибытии всех войск началась осада Азова. Царь лично намечал, где быть укреплениям. Он своею царскою рукой насыпал тонкой дорожкой овес, показывая, как должны были идти валы и рвы. Под ядрами и картечью, которые турки кидали в русские войска, государь, наряду с простыми солдатами и казаками, копал землю и возил тачки, во всем подавая пример войскам.
Напрасно генералы и атаман уговаривали его беречь свое здоровье и не подвергать жизнь свою опасности, юноша-царь отвечал:
- Если Бог за нас, кто против нас! На службе государству и народу моему не пощажу своей жизни! Пример мой нужен для поощрения воинов, с которыми должен и хочу разделять всякие труды и опасности.
17 июня валы, окружавшие крепость, были закончены. Суда подошли к ней с моря. Пушки и мортиры были установлены по местам. Горячо помолился царь в палатке главнокомандующего и, как опытный бомбардир, сам навел пушку, фитилем поджег порох и пустил первую бомбу в Азов. Это было знаком начать артиллерийский огонь. Загремели батареи и столбами пошел белый дым к синему небу. Вскоре страшный взрыв раздался в крепости. Одна из бомб удачно попала в пороховой погреб и он взлетел на воздух. Загорелись деревянные постройки в Азове, и темный дым пожара смешался с белыми клубами от пушечной пальбы.
