необходимости.
Мы сидели с ней в тихом кафе, подальше от окон, чтобы случайный прохожий не смог нас увидеть. Магдалина мешала свой кофе, я пил чай. Эту встречу назначил я и глядя на женщину напротив, всё время вспоминал предыдущую, которую организовала она.
Магдалина Альбертовна позвонила мне поздно ночью и без долгих расшаркиваний позвала на завтрак в это кафе. Как оказалось она очень любила это заведение.
— Здравствуй, Максим, — проговорила женщина сухим голосом.
— Добрый день, Магдалина Альбертовна. Чем могу помочь?
— Максим, — прочистила горло женщина. — Я знаю тебя с самого рождения. Так уж случилось, что мы с твоей матерью что-то типа подруг. Хотя у неё странные представления о дружбе.
— Как и о материнской любви, — усмехнулся я.
Из всех людей в этом мире моя мать была привязана лишь к двум: мужу Магдалины и её дочери. Можно было подумать что моя мать такая холодная и циничная потому что она профессор. Живёт разумом и только им, но нет. Её родители, мои бабушка и дедушка, которых я вижу крайне редко, очень любили и меня и моего отца. Их любовью можно было бы укрыться как тёплым пледом. Мать пошла не в них, вообще неизвестно в кого она такая холодная и жестокая.
— Просто ты не Аня, — невесело усмехнулась женщина. — Вот мою дочь она одаривает настоящей материнской любовью. Да так что Анне родная мать не нужна.
— Мне очень жаль, — тихо ответил я.
— Да брось, ты тут не причём. Настанет день и Аня всё поймёт. К тому же, я здесь не для того, чтобы плакаться.
— А для чего мы здесь?
— Максим, оставь мою дочь в покое. Хватит её мучить. Ты ведь не любишь её, но не отпускает от себя. Не делаешь счастливым и не даёшь стать счастливой с кем-то другим. Я смотрю как она мучается и сердце обливается кровью.
— Но я её не держу. Правда в том, что это ей и вашему мужу нужно чтобы я был с Аней. Это они вцепились в меня бульдожьей хваткой и не отпускают.
— Так скажи ей что не любишь.
— Я говорил. Мы расстались ещё в школе, я встречался с другой да и Аня была в отношениях. Не знаю она сама так решила или её надоумили моя мать и ваш муж. Но она сломала мне жизнь. Аня приложила руку к тому, чтобы моя девушка страдала. Теперь ваша дочь отвечает за это.
— Максим, я эгоистка, но мне плевать на страдания этой девочки. Но на страдания дочери мне не плевать.
— Вы обратились не по адресу. Мне глубоко плевать на все муки, которые испытывает сейчас ваша дочь. Она всё это заслужила и я продолжу всё это делать, пока Аня сама не откажется от меня.
— Я была уверена что мы с тобой найдём общий язык. Очень жаль что я ошиблась.
— Вы сами попробуйте объяснить дочери что я не тот кто ей нужен. Может она услышит.
— Ты же прекрасно знаешь что не услышит.
— Тогда спасайте себя. Ваш муж вам изменяет.
— Ты что такое говоришь? — ахнула женщина.
— У него и моей матери давний роман. Не верите? У меня есть доказательства.
— Так почему ты молчишь и никому об этом не рассказываешь?
— Ещё не время. Я сообщу когда настанет момент разоблачить их.
— Зачем ты мне об этом говоришь?
— Чтобы вы успели подготовится к разводу.
— Что ж, спасибо.
Женщина серьёзно смотрела на меня, ждала пока я начну диалог. Сделал большой глоток чая, прогнал из своей головы воспоминания и сразу же перешёл к делу.
— Магдалина Альбертовна, вы в курсе что через пару недель в нашем университете будет бал?
— И ты позвал меня, чтобы пригласить на бал в качестве своей дамы? — приподняла в изумлении брови женщина.
— А обещал что сообщу, когда настанет момент разоблачения. Так вот, на этом балу нашу троицу и разоблачат.
— Почему там? На балу же будет так много гостей. От репутации Ани не останется ничего.
— Потому что у девушки, над которой Аня, ваш муж и моя мать поглумились, оказались очень непростые родственники. И теперь они хотят сатисфакции.
— Просить пощадить мою дочь, я так понимаю бессмысленно?
— Вы правильно понимаете. Мне жаль.
— Мне тоже. За то что я оказалась плохой матерью расплатится моя дочь.
— Ваша дочь расплатится только за свои грехи и ничьи больше. И вы никогда не были плохой матерью. Вы любили свою дочь, просто ей этого было мало. Она посчитала себя вправе распоряжаться жизнями других.
— Да и я как мать не смогла объяснить что так не бывает. Теперь расплачиваюсь видя её боль.
— Не придумывайте того, чего нет. А не больно лишь потому, что она не получает желаемое по первому щелчку пальцев.
— Ты не знаешь мою дочь. Она хорошая.
— Если вам так хочется думать то пожалуйста, продолжайте тешить себя этими мыслями.
Магдалина сделала глоток кофе, покрутила в руках чашку из тонкого фарфора, о чём-то думая, а потом неожиданно начала:
— Замуж я вышла по большой любви. Когда впервые увидела Марка, то потеряла голову. Он не выглядел заинтересованным мной, скорее ему больше нравилась твоя мать. И я была уверена что скоро они начнут встречаться, но предложение он сделал мне. Тогда я была на седьмом небе от счастья. Была пышная свадьба, медовый месяц, свой дом, подаренный нам моими родителями. Марк был из обычной семьи, но это никогда не смущало ни меня, ни моих родителей. Потом две полоски и ужасная беременность. Жуткий токсикоз и вечная угроза выкидыша. Практически весь срок я пролежала в больнице. Роды были ещё хуже. Я потеряла много крови и долго восстанавливалась. Моя малышка была вылитая копия отца, словно их пропустили через ксерокс. Я обожала свою малышку и буквально жила рядом с её кроваткой. Потом в меня случилась послеродовая депрессия и нервный срыв. Меня долго лечили и в это время моей малышкой занимался Марк и верная подруга, твоя мать. Потом, не выдержав моих страданий умерла моя мать. И снова я выпала из этого мира, на целых три года. А когда очнулась, пришла в себя, выяснила что время упущено. Моя дочь любит чужую маму, а муж считает меня никчёмной клушей. Я восстановилась, но уже оказалась никому не нужна. Поэтому да, я плохая мать, которая отдала своего ребёнка чужой тётке.
— Вам самой нужна была помощь и поддержка. Удивительно, что ваш муж находил время общаться с моей матерью, а вам пережить горе времени не нашёл. Надеюсь вы подготовились к будущему
