Читаем без скачивания Тринадцатое чувство - Виненко Женя

ли, любит он только себя. Или правоохранительные органы, итак, знают причастных, – выдала Дубравина очередную версию, ‒ так что только рады быстрее замять дело.

– Покрывают кого-то из своих? – нахмурился Сева и на всякий случай взглянул наверх – не подслушивают ли разговор снаружи. – Серьезное обвинение и пока ничем не обоснованное.

– С каких пор тебе везде мерещатся заговоры? Все чаще рассуждаешь, как Алекс, – начиная громко и под конец, перейдя на шепот, выдал Сабит и покраснел. – Прости, я не хотел…

– Все нормально, – беззлобно заверила агент. – Три года совместной работы накладывают отпечаток. Я и правда стала излишне подозрительной.

Мирный испытал легкий укол ревности. Скажи он подобное, Лина спустила бы все собак. С чего такая доброта к Хожаеву, и чем он лучше?!

– Любезничать будете потом, – пробубнил Северин Владленович, возвращаясь к телам.

***

Сабит провозился с трупами около часа. После первичного осмотра и проведения ряда исследований с реагентами из своего «волшебного» чемоданчика, он вынес вердикт:

– Сперва спешу отметить, что помимо основных останков, я обнаружил множество неопознанных фрагментов. Уточняю: наши покойники здесь не первые, ‒ многозначительно кивая головой, заверил Хожаев. ‒ Теперь непосредственно по имеющимся жертвам. Все шестеро ‒ мужчины от двадцати до двадцати пяти лет. Никаких личных вещей или остатков одежды не найдено. По результатам экспресс-экспертизы в их организме отсутствуют карбоксигемоглобин[3] и гемоглобин. Из чего логично сделать вывод, что погибли они не от полученных ожогов или от удушения газами, а в результате полного обескровливания. Произошло преступление точно не в коллекторе. Скрыть следы крови и горения сложно, что-то, да осталось бы. Здесь просто устроили могильник, ‒ молодой человек осуждающе нахмурился и тут же упустил нить своего повествования. ‒ А! ‒ радостно воскликнул он, вспомнив, что хотел дополнить. ‒ По поводу состоянии тел: при жизни бедолаг не мучили. Все травмы и переломы получены после смерти. Вероятнее всего, при транспортировке их волокли по земле и закидывали в транспорт, как мешки с картошкой, еще и скинули с приличной высоты в яму. Никаких повреждений – пулевых, ножевых и им подобных, я не зафиксировал.

– То есть жертв сначала убили, а потом сожгли? – уточнил Мирный.

– Да, причем всех по-разному. Как если бы кто-то небрежно заметал следы, будучи уверенный, что либо трупы не найдут, либо живых искать не станут.

‒ Могли преступники сжигать тела, в желании скрыть причину, по которой откачивали кровь? ‒ нечленораздельно пропыхтела Лина. Она зажала рот ладошкой, ибо ни одна маска не спасала от стоявшего смрада.

– Почти уверен, что ‒ да. Однако степень поражения от огня у всех пострадавших различна, что дает шанс построить гипотезу, как конкретно производился сбор материала. У двух, более ими менее сохранившихся жертв, не прослеживается открытых ран, полученных при жизни. Все делалось профессионально, как в стационаре.

– Значит – иглы, – подытожил Северин Владленович, вздрагивая, как от зябкой дрожи. Стыдно признать, но будучи сильным смелым мужиком, он отчаянно ненавидел все, что связано с уколами. – Попахивает маньяком. Как давно молодые люди погибли?

‒ О, это ‒ интересно! Все шестеро – в разное время. Эти двое, ‒ Сабит указал на две груды хорошо прожаренных костей и мяса, ‒ лежат здесь около месяца, умерли с небольшим промежутком в три, может четыре часа. Эти, ‒ он сдвинулся к двум телам, на костях которых местами осталась значительная плоть, ‒ скончались ориентировочно через девять-десять дней от первых. Тоже с разницей в несколько часов. А эти двое ‒ он сместился к оставшимся трупам, ‒ убиты последними, спустя примерно те же девять дней. Один из них заслуживает особого внимания, ‒ глаза Хожаева увлеченно загорелись. ‒ Во-первых, парень хорошо сохранился. Его сжигали не так долго, как других. Во-вторых, карбоксигемоглобин и гемоглобин в крови покойника найдены, но не в мышечной ткани. Это говорит о том, что он обескровлен частично. И главное, это единственная жертва, на которой я обнаружил следы грибка или какой-то плесени. В этой сфере я не знаток, так что понадобиться время, чтобы выявить вид и каким образом он попал на тело. Подробности доложу после изучения, как и о наличии в организме запрещенных препаратов и лекарственных средств.

– Слишком жадный и бесстрашный маньяк выходит, – засомневалась Дубравина. – По два трупа за раз, да еще и с такой частотой между убийствами.

– Раз Суровая позвала «Вертикаль», может, подозревает, что в городе объявились вампиры? – еле сдерживая смех, хрюкнул Сева.

Чем агент думал, когда подшучивал над Линой ‒ непонятно, но когда опомнился, было поздно. Еще и Хожаев масла в огонь подлил: взял и хихикнул следом. Убийственный взгляд Дубравиной быстро заставил обоих замолчать и виновато потупиться. А несчастный Сабит еще и получил тяжелую оплеуху.

– Идиоты! – разочарованно пробухтела Лина. – Одинаковые промежутки между преступлениями, количество убитых, способ ‒ инцидент скорее попахивает оккультизмом, каким-то бесчеловечным ритуалом и жертвоприношениями, – вернулась она к теме. Девушка устала реагировать на нелепые шутки и подколы со стороны коллег. Они с Алексом так много их выслушали, что давно не испытывали злости или обиды. ‒ Идентифицировать личности будет сложно?

‒ В лаборатории «Вертикали» я бы попробовал, – активизировался Хожаев, радуясь, что его быстро простили. На всякий случай чтобы вызвать жалость, он с кислой миной потер ушибленное место. – Но с имеющимся в наличии оборудованием – вряд ли. Дактилоскопия[4] однозначно не поможет: конечности всегда обгорают раньше, чем туловище и внутренние органы. Обычно в подобной ситуации используют метод распознавания по зубам и черепу: накладывают полученные снимки на прижизненную фотографию. Они должны точно совпасть. Но, как я понял, у нас нет предположений, кем эти несчастные парни могут являться.

– Имя одной жертвы, возможно, известно.

– Не родственник ли того неприятного мужика, что ждал вас в лимузине?

– Ах ты, жук, ‒ по-доброму обозвала друга Лина. ‒ Есть что-то, что ты нам не сказал?

‒ Как еще из вас выудить информацию? – обиженно нахохлился криминалист. Его бесило, что агенты вечно скрывают подробности расследования. Но долго дуться он не умел, так что тут же забыв обиду, поманил напарников ближе к трупам. – Тот парень, что погиб последним, отличается от остальных, ‒ Сабит поочередно указал на места, что его заинтересовали. ‒