довольно узкое ущелье. Похоже, в незапамятные времена по какой-то причине треснула гора, ее части раздвинулись, а потом так и застыли, оставив между собой портал и тонкую нитку речки.
Впрочем, речка тоже могла пробить себе проход. Пробивала веками и тысячелетиями. Пока не открыла путь иномирянам через портал. Не могли же они ходить сквозь камни.
— Надо тут все взорвать, и засыпать камнями проход, — сказал Ваня.
— Ты или ежики сможете? — спросил Яфин.
— Вряд ли. Мы можем попробовать, но может не получиться так, как надо. Не даром желающие взорвать гору нанимают подрывников-профессионалов.
— Понятно, мы тоже не сможем, — признался Яфин и махнул рукой в сторону Аталаро. — Не быстро. Хотя, в принципе, можно было бы вырастить здесь подходящие растения. Но идея неплохая, как по мне.
Аталаро нахмурился и стал всматриваться в место, где был портал. Явно под щитами, а может и чем-то еще, способным помешать врагам белолицых прийти в этот мир.
— Нэра, ты увидела, что хотела? — с нажимом спросил Викарей, которому очень хотелось убраться подальше от этого ущелья. Его тут буквально царапал воздух и было очень неуютно.
— Уже скоро, — сказала королева. — Я не знаю, как они сдерживают открытие портала, но действительно что-то поменялось. Когда я смотрела в прошлый раз, он почти не ощущался, а теперь, похоже, влияет на все вокруг, словно силу из всего тянет.
— В том числе и со щитов белолицых, что ускоряет их разрушение, — понял Аталаро.
— Сколько примерно времени до того, как они рухнут? — спросил Викарей так, словно кто-то мог знать.
Все пожали плечами, а королева, закрыв глаза и к чему-то прислушавшись, произнесла:
— Мало. Не больше трех суток, а может и меньше половины дня.
— Чудесно, — выдохнул Викарей.
— Будем надеяться на лучшее, — философски произнес Яфин.
Обратно они довольно долго летели без приключений. Белолицые вообще то ли заметили, то ли решили попытаться сбить дракона, когда до Великого Леса было буквально рукой подать. Но после этого лететь пришлось словно через ураган. Крылатый ящер даже дважды кувыркнулся и начинал падать. Кто-то умудрялся «связать» ему крылья. Но их, к счастью, развязывали ежи.
— Перемирие, чтобы его, — мрачно сказал Аталаро, когда удалось через этот ураган прорваться, и тряхнул руками, отпуская пятый по счету поднятый щит. — Похоже, у них даже мысли не было о том, что можно объединиться ради их врагов, раз уж они так страшны.
— Может они вас с вашим Лесом и моими отравляющими грибными медузами считают не менее страшными, — философски произнес Яфин. — Они же всего лишь хотели вас захватить, а вы разную пакость выращиваете и в лес не пускаете. Кто вас знает, может завтра этот лес надумает расширять границы.
— Да, защищаются они так, — словно выплюнул Аталаро. — Как явились в этот мир, так и стали от всех вокруг защищаться, даже от мира.
— Ну, мир не стал переубеждать их в том, что он не враг. Просто он воюет незаметно, — сказал Яфин.
— И всегда побеждает, — добавил Викарей. — Только идиоты объявляют мирам войну.
— К сожалению, воюет он еще и долго, — тихо сказала королева. — А у нас, возможно, не больше половины дня для того, чтобы что-то придумать.
Нужен гениальный план
Вернулись спасатели, вместе со спасенной королевой поздно ночью.
А утром несчастные подданные не узнали короля. И вдруг поняли, что обычно он мягкий и благодушный. Потому что тем утром он буквально излучал недовольство, холодность и желание откусить кому-то голову. Ни один проситель так и не рискнул к нему подойти. А версий о том, к чему это, уже за час было больше сотни. Но спросить хотя бы у Аталаро опять никто не решился, он тоже выглядел недовольным хищником, не знающим, кого бы разорвать, чтобы поправить изгаженное настроение.
Из-за этих странностей слуги, которые кормили белолицых, даже не заметили, что те вдруг взяли и куда-то делись. Впрочем, заметили бы, все равно никому бы об этом не рассказали.
— И что они рассказали? — спросил Викарей у старого-престарого с виду мага, который был главой школы телепатов, а заодно и лучшим телепатом, настолько хорошим, что смог даже вплести в свои умения то, чем занимаются мозголомы и теперь подумывал о том, как бы сделать этот процесс попроще, а потом набрать особенную группу из учеников.
Викарей спрашивал именно потому, что он единственный из тех, кто вернулся поздно ночью на драконе, не спал. Даже ежики легли спать. А он был не живым и мог себе позволить бодрствовать хоть год, особенно если повод для этого есть.
— Ничего. Они просто выполняют поручения, — благодушно ответил старик-маг. — Гораздо интереснее, что они думали, когда им стали задавать наводящие вопросы.
И улыбнулся.
Викарею откровенно захотелось треснуть его по голове, но он сдержался. Вот так треснешь и нечаянно лишишь потомков очень ценного специалиста.
— Так что? — спросил он нетерпеливо.
— Возможно они преувеличивают. Может их в детстве мамки этими врагами пугали. Но если все именно так, как они думают, нам точно нельзя пускать этих врагов с их богом в наш Лес. Они как саранча. Уничтожают все что только могут и идут дальше кормить своего бога, кажется, даже не оглядываются. И именно на это рассчитан барьер, который нашла наша королева. Что они пройдут по нему, уничтожат наши земли и не вернутся, чтобы добить беглецов из того мира, просто пойдут дальше.
— Чудесно, — сказал Викарей.
— Но мы должны быть счастливы и благодарны, потому что нас предупредили, — добавил старик и вздохнул. — У них такие странные представления о мире. О себе. О нас. Знаешь, есть личности в первом благородном круге, которые считают себе чем-то более достойным только из-за того, что их предки когда-то давно сумели захватить кусок земли, а потом договориться каким-то королем, стать вассалом. И получить взамен титул, знак избранности. Этих личностей много раз били по носу, доказывая, что они не совсем правы, что только унаследованный титул ничего не дает. Часть этих семей распродали почти всю землю, причем, часто беститульным купцам. Второй круг, который никогда не считал, что им уже нечего доказывать, и не брезговал вводить в семьи сильных магов, а то и богатых купцов, гораздо сильнее и влиятельнее на данный момент. Но многие из первого круга этого будто не замечают.
Викарей кивнул. Он таких странных личностей знал даже в бытность свою живым.
— Да, а тут все еще хуже, — сказал телепат, передернув плечами. — Мы для них не сильно отличаемся от животных. Мы даже не враги. Мы просто хищное зверье, которое надо либо уничтожить,
