Ох.
Я так сильно прикусываю нижнюю губу, что удивляюсь, как не идет кровь. Так вот через что проходили остальные, пока я пряталась в своей комнате и прогуливала, наблюдая за ними.
Пока я была слишком поглощена собой, девочки находились во власти Бри — или ее отсутствия.
Возможно, раньше Старая Рейна мало что делала для этих девочек, но теперь это изменится.
Я не стану сидеть сложа руки и смотреть, как с ними плохо обращаются.
Выпрямив спину, я встречаюсь взглядом с Наоми.
— Я сделаю шаг вперед при одном условии.
Она бросает на меня вопросительный взгляд, но ничего не говорит.
— Ты должна простить меня, Наоми.
Тихие вздохи эхом отдаются от девочек, когда они внимательно наблюдают за нами.
Ее губы поджимаются.
— Почему это так важно?
— Это для меня. — мой голос смягчается. — Разве ты не хочешь защитить девочек?
— Почему ты думаешь, что я хочу этого? — она сохраняет свой фирменный взгляд, но я знаю, что в глубине души ей не все равно, иначе она бы не попросила меня помочь им.
— Ну же, — умоляет Люси.
— Мне нужны союзники, — уговариваю я.
— Ты, должно быть, не в своем уме, если думаешь, что найдёшь это во мне. — Наоми откидывает назад свои шелковистые черные волосы. — Я твой враг, Рейна.
— Ну, ты знаешь, что говорят о том, чтобы держать своих врагов ближе, чем друзей.
— Ты стала такой долбаной чудачкой. — она поднимается на ноги. — Итак, мы делаем это или что?
Я улыбаюсь, когда встаю с Люси и Наоми по обе стороны от меня. Остальные девочки и некоторые парни следуют их примеру, один за другим.
— Пойдем вернем мое место, — говорю я со всей своей уверенностью.
Наоми наклоняется, чтобы прошептать:
— Я выпотрошу тебя, если ты вернешься к своей прежней стервозности.
Я ухмыляюсь.
— Это обещание?
Она качает головой.
— Травма от удара тупым предметом действительно оказала на тебя большое влияние.
Мы шагаем к главному столу. Все в кафетерии внимательно наблюдают за нами, кажется, затаив дыхание.
Тишина заполняет пространство, когда все за главным столом разом замолкают.
Я стою, держа свою тарелку, расправляя плечи.
Прескотт неловко улыбается.
— Привет, капитан.
Бри делает ему выговор взглядом и сжимает губы в тонкую линию.
Оуэн вскакивает со своего места и ухмыляется нам.
— Давно не виделись, Рей-Рей. Ты здесь ради предложения?
— Я здесь из-за своего места.
Я встречаю пристальный взгляд Бри. У нее хватает порядочности перестать гладить Ашера по руке, но она не отпускает его.
Я отказываюсь смотреть ему в глаза, хотя чувствую, как он сверлит дыры в моем лице. Один взгляд, один долбаный взгляд, и вся храбрость, которую я собрала, может испариться.
— Ох, что же делать? — спрашивает Бри сладким голоском. — Стола не хватит для всех.
Я наклоняюсь, кладу руку перед ней и имитирую ее фальшивую улыбку.
— Тогда, думаю, тебе придется освободить место для капитана.
Все за столом — и весь кафетерий — замолкают, по-видимому, очарованные дуэлью.
Это либо похоронит ее, либо меня.
И я вернулась из мертвых не для того, чтобы меня похоронили.
— Все в порядке! — врывается Люси. — Уверена, что мы сможем пристроить дополнительный столик.
— Слышала, Бри? — я говорю ей. — Иди принеси стол.
Она не двигается, ее лицо краснеет от напряжения.
— Рейна, ты...
Я ставлю свой поднос перед ней, заставляя ее замолчать. Наклоняясь вперед, я рычу:
— Двигайся.
Ее рот открывается, но она не произносит ни слова. Ее уши горят. Прескотт хватает ее за руку.
Я убираю ее руку с руки Ашера и устраиваю свою задницу прямо рядом с ним.
— Хорошо, дамы. — Оуэн хихикает. — Мы поможем со столом.
Несколько других парней из команды смеются вместе с ним и идут за одним из них.
Наоми улыбается, и я не могу не улыбнуться в ответ.
Никто не наступит на меня.
Ну и что с того, что в прошлом я была ужасным человеком? Я меняюсь, и никто не заставит меня чувствовать себя плохо из-за этого.
Тяжелая рука опускается мне на плечо. Я вдыхаю его аромат сандалового дерева и цитрусовых, сосредотачиваясь на его прикосновениях, окружающих меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Горячее дыхание Ашера щекочет мне ухо.
— Что ты делаешь?
Я сглатываю, подавляя трепет в груди и напряжение в животе. Недостаток в этом плане? Необходимость находиться так близко к Ашеру.
Мне становится все труднее и труднее контролировать свою реакцию рядом с ним. Часть меня видит в нем того, кто вдохнул в меня жизнь, того, кто дважды спас меня.
И это неверная мысль о ком-то, кто не желает мне ничего хорошего.
— Это не имеет к тебе никакого отношения, — бормочу я в ответ.
Спокойно, тело. Оставайся, черт возьми, в покое.
Его губы касаются раковины моего уха. Всхлип застревает у меня в горле, когда он на долю секунды прикусывает губу.
— Да?
От грохота его голоса у меня по коже бегут мурашки.
Как он может вместить столько сексуальной энергии в три простых слова?
Мое тело загорается от его губ и голоса у меня на ухе. Я ерзаю на месте, изо всех сил стараясь не издать ни звука и не поддаться его прикосновению.
— А что, если я хочу, чтобы это касалось меня? — его голос наполняется такой глубокой тьмой, что я ощущаю ее на языке.
Моя голова резко поворачивается в его сторону. Он пристально наблюдает за мной, но это не запугивание. Это почти как... он видит меня в другом свете.
В новом свете.
В более ярком свете.
— Разве ты не... — мой голос срывается, и я прочищаю горло. — Разве ты не говорил, что не хочешь иметь со мной ничего общего?
— Ты все равно продолжаешь врываться. — он еще раз лижет раковину моего уха. — Пришло время заключить тебя в ловушку.
Глава 22
Рейна
Я подношу ручку к нижней губе и прикусываю ее. Я сижу у бассейна, блокнот у меня в ногах, но я не занимаюсь.
Мой взгляд продолжает скользить по заднему двору — или, точнее, по гладкому вырезанному животу и спине. Они блестят от пота, когда Ашер переключается с коротких пробежек на отжимания.
Я имею в виду, самое меньшее, что он может сделать, это надеть чертову футболку. Но нет, он всегда тренируется в одних шортах, будто его оскорбляет что-то сверху.
Дело не в том, что мои глаза жалуются, но есть небольшая проблема с тем, что моей тело становится горячим и обеспокоенным.
Самым простым решением было бы перестать смотреть, но, хоть убейте, я не могу оторвать от него глаз.
Он как магнит, а я беспомощная сталь. Он - огонь, а я мотылек, ожидающий, когда его сожгут.
Хотела бы я, чтобы это странное увлечение было вызвано растрёпанными волосами, прилипшими ко лбу, идеальными кубиками, широкими плечами или замысловатой татуировкой, покрывающей его бицепс.
Хотела бы я, чтобы все дело было в несправедливо красивом лице или ауре «пошли вы», которую он так хорошо излучает. Я действительно хотела бы, чтобы тянуло внизу моего живота только потому, что меня привлекает его внешнее обаяние.
Но это не так, не так ли?
Что-то дикое и безумное скрывается под поверхностью, между нами. Эта извращенная связь зародилась в тот первый день в больнице, и с тех пор она отказывается прекращаться.
Как поток воды, чем сильнее я с ним борюсь, тем сильнее он затягивает меня под воду.
Мой телефон звонит, и я чуть не роняю ручку. Поворачиваясь лицом, я проверяю сообщения.
Это мой групповой чат с Люси и Наоми.
Люси: Давайте встретимся. Рейна? Нао?
Наоми: Хорошо, но не смей натворить глупостей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я ухмыляюсь, печатая.
Рейна: Глупость — это мое второе имя, чувиха.
Люси посылает смеющийся смайлик, а Наоми отправляет GIF с девушкой, закатывающей глаза.
