Роз начала что-то тихо напевать, продолжая двигаться в такт своей мелодии. В её танце не было ничего особенного – просто плавные, грациозные движения. Но эти движения завораживали, будя в Марти странные, давно забытые желания. Он просто не мог оторвать взгляда от плавных движений её округлых бёдер, от мягко покачивающегося бюста, от призывно раскрытых пухлых, влажных губ.
Марти замер, не сводя с девушки глаз. В этот момент он просто забыл обо всём, что беспокоило его все эти несколько недель. Он и представить себе не мог, что женщина может быть так волнующе желанна.
В чувство его привела узкая, горячая ладошка, медленно скользившая по бедру вверх. Усилием воли заставив себя не вздрогнуть и не отскочить в сторону, он перевёл взгляд на Ли, внимательно наблюдавшую за каждым его движением.
– Думаю, мне ещё рано так сильно напрягаться, – хрипло проговорил старик, накрывая ладонью руку девушки.
– Боишься? – озорно улыбнулась Ли.
– Нет. Не хочу, чтобы у вас опять возникли проблемы. Сегодняшнее утро уже показало, что озорничать мне ещё рановато.
Разочарованно кивнув, девушка убрала руку и посмотрела на подругу. Роз также молча кивнула и, прервав свой танец, подошла к кровати. Дверь распахнулась, и в спальню вошла Ори с охапкой вещей в руках.
Небрежно бросив всё принесённое на кровать, она посмотрела на подруг и, сделав приглашающий жест, начала отбирать вещи нежно-жёлтого цвета. Девушки быстро разобрали всё принесённое и, разложив костюмы, принялись рассматривать их.
– По-моему, получилось неплохо, – подвела итог размышлениям Ли.
– Ладно, девочки, переодеваемся, а там будет видно, – скомандовала Роз, и бесовки дружно принялись раздеваться.
– Э-э, девушки, вы не могли бы сделать это в другой комнате? – с трудом проговорил Марти, отводя глаза.
– Зачем? – откровенно удивилась Ори. – Шеф подарил нас тебе, так что это просто лишено смысла. Всё равно тебе придётся попробовать нас на вкус, так что привыкай. А пока болеешь, просто любуйся. Или мы тебе не нравимся?
– Нравитесь. И даже слишком, – проворчал старик.
– Тогда в чём дело? Я ничего не поняла, но уходить не собираюсь, – ответила Ори и, недолго думая, скинула безрукавку, обнажив роскошную грудь.
Следом за безрукавкой последовали шальвары, и вот уже возле кровати старика стояли три роскошные обнажённые красотки, ничуть не смущавшиеся своей наготы. Заметив, что Марти, отводя глаза, украдкой посматривает на них, Ли весело рассмеялась и, нагнувшись к нему, коснулась грудью его лица.
Марти бросало то в жар, то в холод. Лоб покрылся испариной, а руки начали заметно подрагивать. Заметив его состояние, бесовки, недолго думая, отложили обновки в сторону и принялись дружно тормошить старика.
– Хозяин, не стоит коситься на женскую грудь украдкой, – улыбнувшись, сказала Роз, вытирая ему испарину шёлковым платком.
– И что же мне делать? – зло спросил Марти.
– Смотреть нужно открыто, смело.
– Вообще-то это называется пялиться, а подобное поведение просто неприлично.
– Дурачок. Пялятся – это когда смотрят, выпучив глаза и открыв рот, заливая пол слюной. А когда взгляд открытый и в нём сквозит желание, это приятно и вызывает ответный интерес.
– Что ж приятного, когда тебя так рассматривают?
– Любой женщине приятно осознавать, что её хотят. Ведь именно для этого она и создана. Именно потому она так оделась. Запомни, если женщина возмутилась, что ты её рассматриваешь, значит, ты ей не понравился, или с ней что-то не так.
– А что с ней может быть не так?
– Есть женщины, которые предпочитают однополую любовь. Как мужчины предпочитают мужчин, так и женщины женщин.
– А как тогда быть с правилами приличий?
– Забудь о них. Живые инстинкты диктуют свои правила, а всё остальное – придуманные условности. Как по-твоему, почему мы ходим именно в восточных костюмах?
– Не знаю, – пожал плечами Марти. – Наверное, потому, что это нравится Маффи.
– Почти угадал. Эти костюмы практически ничего не скрывают, в то же время позволяя нам появляться в самых разных местах, не вызывая дикий ажиотаж. Мы рабыни, которых так решил одеть их хозяин. Вообще, в этом плане Восток намного мудрее Запада. Восточные женщины, выходя на улицу, одеваются так, что невозможно понять, где перед, а где зад, но в доме, в присутствии хозяина это чувственные, соблазнительные создания, которые каждым своим движением привлекают взгляд и пробуждают желание.
– Ты говоришь так, словно много лет прожила в гареме, – усмехнулся старик, украдкой переводя дух.
Разговор несколько отвлёк его от созерцания роскошных обнажённых тел.
– А где же я, по-твоему, научилась так двигаться и танцевать? Это восточный танец. Мы все побывали там, – рассмеялась Роз, снова закидывая руки за голову и плавно покачивая бёдрами.
– Перестань, пожалуйста, – взмолился старик, – я не могу равнодушно смотреть на тебя, особенно когда ты так двигаешься.
– Возбуждает? – хриплым шёпотом спросила Ли, пристраиваясь на кровати рядом с ним.
– Я, по-вашему, железный?
– Мы очень надеемся, что нет, иначе нам всем придётся очень худо. Помнишь, что сказал шеф?
– Ваш шеф меня скоро с ума сведёт! – в сердцах воскликнул старик.
– Почему? Что такого он тебе предложил? И почему ты так упорно противишься простым вещам? – спросила Ори, усаживаясь в ногах кровати.
– В том-то и дело, что он ничего конкретного не предлагает. Так, одни намёки и недомолвки. А я не могу делать что-то, не зная конечной цели.
– Но это не повод, чтобы так упорно сдерживать себя с нами, – продолжала допытываться девушка.
– Ну, мне не хотелось бы говорить об этом, – замялся старик.
– Почему? – тут же вцепилась в него Роз.
– Не хочу смешить вас.
– Смешить? О чём ты, хозяин? Не далее как три часа назад ты спас наши шкурки от ужасной кончины, а теперь считаешь, что мы будем смеяться над тобой? Скажи, хозяин, мы похожи на идиоток? – обиженно спросила Ли.
– Нет. На идиоток вы не похожи, – вздохнул старик, и продолжил: – Дело в том, что много лет назад, ещё до своей женитьбы, я повстречал прелестную девушку и попытался ухаживать за ней. Не буду вдаваться в подробности, но однажды, когда я попытался поцеловать её, она оттолкнула меня, рассмеявшись и сказав, что такому уроду, как я, не стоит рассчитывать на благосклонность красивых девушек. Я запомнил её слова на всю жизнь. Наверно, именно поэтому я и не женился повторно после смерти жены, – грустно закончил старик.
– Значит, ты просто боишься, что кто-то из нас позволит себе посмеяться над тобой? – спросила Ори, переглянувшись с подругами.
– Вы молоды и очень красивы, а я просто старый урод. Именно поэтому я не хочу давать вам повод смеяться над собой. Если не в лицо, то где-то за углом, в своей компании, вы наверняка обсуждаете тех, с кем вам приходится иметь дело. Я не хочу стать ещё одним старым козлом, который пристаёт к молоденьким девушкам, даже будучи ни на что не способным, – мрачно проговорил старик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
