– И что он вам ответил?
– Вот тогда я окончательно поняла, что муж мне врет, и мы с ним попали в серьезную переделку. Он всегда очень боек и убедителен, когда мечтает продать кому-либо большой список товаров.
– Продолжайте, пожалуйста.
– Я не знала, что предпринять, но старательно думала над ситуацией. Потом я позвонила вам, договорилась, что вы примите моего мужа в два, а затем перезвонила в офис Джону и сказала ему, что настоятельно прошу его съездить к вам и рассказать все так, как он рассказал мне. Я сказала ему, что мы не знаем каким образом, но это девушка, несомненно, шантажистка. И если он расскажет свою историю адвокату, она станет неким фундаментом. На случай, если девушка действительно решится шантажировать нас. Вы, в таком случае, уже будете сотрудничать с клиентом с большей симпатией.
– Вам потребовалось много времени, чтобы уговорить его?
– Не очень много. Вот такая вот история, мистер Мейсон. Теперь я перед вами чиста и вы знаете, что нам с вами предстоит...
Мейсон беззвучно постукивал костяшками пальцев по поверхности стола.
– Мне очень жаль, мистер Мейсон, мне следовало рассказать вам все это с самого начала. Я бы так и поступила, не касайся это дело Ронни. Мне трудно передать словами, какие чувства я питаю к нему. Я не только люблю его, мне гораздо сильнее хочется уберечь его от любых неприятностей. Я сделаю ради него все, что угодно. Если потребуется, я готова ради него на убийство. Ронни один из самых славных ребятишек, которых я когда-либо видела. Он такой уравновешенный, в нем столько обаяния и достоинства... в нем есть нечто такое, что нехарактерно для шестилетнего ребенка и все это... это надо видеть. И ему присуща несвойственная детям галантность. Когда вы увидите его, вы поймете что я хочу сказать. Мистер Мейсон, мы просто обязаны уберечь его от эмоционального шока, который несомненно ожидает его, если он узнает... узнает об усыновлении.
– Да, – кивнул Мейсон. – И если к этому добавиться еще и причастность его обоих приемных родителей к делу об убийстве... Вы задали мне чертовски сложную работенку, миссис Кирби.
– По крайней мере, – сказала она, – я теперь чиста перед вами. Я выложила на стол все свои карты.
– Да, – сухо согласился Мейсон. – Когда полиция побила козырной мастью все ваши тузы, вы протягиваете мне горемычные двойки и тройки и просите меня продолжить игру.
10
Как только миссис Кирби покинула кабинет Мейсона, Делла Стрит встала и пересела к столу адвоката.
– Шеф, я очень обеспокоена.
– А кто не обеспокоен?
– Мы где-нибудь сможем найти твердую почву?
– Только в самом центре разрешенных законом зыбучих песков. Во-первых, я до сих точно не уверен, чьи интересы представляю. Теоретически – интересы Джона Кирби. Но он сильнее всего хочет, чтобы вне опасности находился Ронни. Мы можем вытащить Джона Кирби из этой заварухи, если полностью ознакомим Суд с показаниями наших свидетелей. Но итогом всех наших стараний станет новое главное действующее лицо обвинения миссис Кирби.
– Ты намерен рассказать Джону Кирби о том, что его жена была в доме доктора Бэбба?
– Еще один вопрос на который невозможно дать однозначный ответ. Моя обязанность – сообщать клиенту о новых фактах, составляющих его дело. Учитывая все это, мне необходимо очень тщательно обдумать аспекты дела Кирби.
– Шеф, больше всего меня беспокоит записная книжка.
Мейсон поднялся на ноги и начал вышагивать по кабинету, периодически останавливаясь в хмурой задумчивости. Наконец, он посмотрел на Деллу Стрит:
– Записная книжка у тебя?
– Я ни разу даже словом об этом не обмолвилась.
– Так обмолвись сейчас. Она у тебя?
– Да.
– Отдай ее мне.
– Это займет какое-то время.
– Тогда отправляйся за ней немедленно.
– Прямо сейчас?
– Прямо сейчас.
Делла Стрит вышла из кабинета и минут через пять вернулась с записной книжкой в кожаном переплете.
– Теперь мне еще страшнее, – призналась она.
Мейсон опустил записную книжку в боковой карман своего пальто.
– Забудь об этом, Делла. Я перехожу к активным действиям.
– Теперь записная книжка у тебя, шеф. А она не что иное, как собственность убитого, украденная подозреваемой в убийстве. К тому же, Нора Логан не твой клиент. Сведения, которые мы от нее получили, не являются конфиденциальной информацией. Ты не можешь найти себе оправдания на почве защиты клиента – ты взял вещественное доказательство в личное пользование. Ты утаил книжку, а тот факт, что она есть украденная собственность, означает, что формально ты виновен в получении краденного. Ты знаешь, как поступит Гамильтон Бергер, если кто-нибудь хотя бы намекнет ему на этот факт?
Мейсон молча кивнул, поэтому Делла Стрит продолжала:
– Мне кажется неразумным не учитывать вариант, что он может пронюхать о записной книжке.
– Когда прокурор делает то, что считает правильным, он волен ради достижения цели использовать любые юридические тонкости и уловки. Я уже говорил тебе, что у меня достаточно мастерства и в области дозволенного законом, и просто чисто человеческой изобретательности. Я собираюсь воспользоваться обоими умениями.
– И ты не собираешься передавать в полицию записную книжку доктора Бэбба?
– Не в ближайшие сто лет.
– Но это ставит тебя в крайне уязвимое положение.
Мейсон вновь поднялся на ноги, чтобы продолжить мерить пол шагами.
– Книга регистрации визитов к доктору Бэббу... Делла, доктор записал в ней фамилию Кирби, но он имел в виду Джоан Кирби, а не Джона Кирби.
– Но он также вписал и фамилию Логан. Я предполагала, что Джон Кирби и Нора Логан должны были явиться к нему вместе. Теперь мы знаем, что это не так.
– Черт возьми, Делла, неужели ты думаешь, что фамилия Логан не означает Нору Логан, а имеет какое-то отношение к истинному отцу мальчика?
– О, Боже! – воскликнула Делла Стрит.
Теперь Мейсон не останавливался даже для реплик.
– Но, шеф, отец мальчика умер шесть лет назад.
– Позвони Полу. Попроси его раздобыть гинекологическое дерево семьи Логан. И давай пока не делать скоропалительных выводов.
Делла Стрит позвонила, передала детективу инструкции Мейсона, положила трубку и задумчиво посмотрела на Мейсона.
– Шеф, ты можешь обратиться к какому-нибудь адвокату по уголовным делам насчет дневника...
– Зачем?! – поинтересовался Мейсон.
– Он может дать тебе правовое обоснование не заявлять в полицию об этом дневнике. Ты сможешь действовать на основании...
Зазвонил телефон. Делла Стрит схватила трубку, пару секунд слушала, а затем сказала:
– Одну секунду, Герти, – и повернулась к Мейсону. – Карвер Кинзи в приемной, он говорит, что должен немедленно встретиться с тобой по делу чрезвычайной важности.
