на половину часов в каждой неделе. К тому же я позволю отправлять его, носить тебе кофе.
Под давлением руки, а может, и решения своей начальницы, её плечи ещё больше поникли.
— Как ты уже понял, это наш офис, а это мой кабинет, — говорила госпожа Пак Джан Ди, когда поднималась по нескольким ступенькам к двери стеклянного куба. — Заходи.
— Госпожа Пак! — внезапно мимо меня проносится девушка и останавливает начальницу у двери. — Когда вас не было, звонил помощник господина Бертье…
— Это кто? Французы? — на лбу госпожи Пак появляются складки, словно она хочет вспомнить, кто это такой.
— Да. Это заместитель директора по финансам Chanel. Сказали, что их интересуют наши компоненты и теперь хотят прислать делегацию из Парижа. Госпожа Лоран лично приедет, чтобы обсудить детали.
«Прикольно, в этом мире есть Chanel. Хоть что-то новое за сегодня узнал», — отстранённо подумал я.
— Так, — принимает начальница собранный вид и обращается к помощнице. — Чжи Юн, посади Су Джина к команде административной логистике. Они ближе всего к нам сидят, а я пойду перезвоню французам.
Госпожа Пак, заходит в свой кабинет. Девушка, принёсшая новость, уходит. А мы остаёмся с Чжи Юн и переглядываемся.
— Секунду подожди, — говорит она и идёт за стоящую рядом с кабинетом высокую стойку. Она стоит так, что любой идущий к стеклянному кубу, проходил мимо, а я понимаю, что по официальной должности здесь Чжи Юн секретарь.
— Угу, — киваю ей и, пользуясь возможностью, окидываю взглядом всё помещение, в попытке проникнуться здешней атмосферой.
Я был, конечно, наслышан, что за ужас твориться в офисах азиатских форм, и видел много офисов в своей прошлой жизни, но такой бардак как у них, здесь, сейчас встретил впервые.
И наблюдая то, что творилось перед глазами, на лицо сама собой наползала кривая улыбка.
Большинство столов мало того, что приставлены друг к другу и отсутствуют перегородки, так ещё и рабочие места находятся столь близко, что некоторые работники едва не задевают своими телами стулья коллег.
Крупный парень, отъезжая на стуле, умудряется ударить девушку, что сидит позади него.
— Ой, извини, — стыдливо произносит он.
— Забей, — отмахивается она, едва подняв голову со сложенных рук перед собой.
Вид работников тоже помятый и оставляет желать лучшего. Одежда в принципе приличная, только вот на их лицах виднеются такие мешки с синяками, что, кажется, я не в офис попал, а в клетку с пандами. Причём действия у них такие же неосторожные, что сделай они неверный шаг и будут на грани вымирания.
— Как приятно видеть, — чётко произношу я, вдыхая полной грудью и уже вовсю улыбаясь, когда подходит Чжи Юн, — … как идёт налаженный рабочий процесс.
Услышав, что я сказал, девушка только кривится мне в ответ, показывая, что шутку она оценила.
///
— Это группа административной логистики, — сказала секретарша госпожи Пак.
Далеко идти не пришлось. Он находился буквально в нескольких шагах от её секретарской стойки. И пусть у них тоже отсутствовали перегородки, но здесь, по крайней мере, не было так тесно.
— Чжи Юн, — видя, что мы подошли, вежливо кивает мужчина с длинной шеей и, увидев меня, желает уточнить. — А это?
— Новенький стажёр, — объясняет она.
— Стажёр⁈ — громко восклицает девушка, выронив ручку и её лицо наполняется радостью. — Нам, наконец-то, увеличили штат и дали стажёра?
Девушка, со скидкой на косметику, выглядела лет на двадцать девять, если я правильно оценил. Одета в бордовую юбку-карандаш, пиджак и белую блузку с вырезом. И в вырезе, опять же со скидкой, только уже на Корею, ей, действительно, было что показать.
— Это стажёр госпожи Пак, и мой… — обламывает она её. — Мой второй секретарь.
— Ну вот… — сдулась на стуле девушка, да и по лицам остальным было видно, что надежду на ещё одного сотрудника им только что разбили.
— С сегодняшнего дня он будет сидеть у вас… — тут Чжи Юн о чём-то вспомнила и задумалась. — И, скорее всего, его нужно будет оформить тоже в вашу группу. Да… По крайней мере, до тех пор, пока мы не создадим новую служебную вакансию и где-то обустроим рабочее место.
Суда по тому, как она сейчас размышляла, мне стало понятно, что вся эта эпопея по поиску второго секретаря, была явно спонтанным решением, а в подобных фирмах просто так создать новую должность нельзя, для всего существует протоколы.
— В общем, он теперь ваш… — столкнулась она с трудностью формулировки. — Но при этом не ваш. Он госпожи Пак! И мой… — посмотрела на меня. — Мой второй секретарь.
— Понятно, — подтвердил я сам себе и посмотрел на офисный стул и абсолютно пустое рабочее место. Здесь даже не стояло компьютера. Только пластиковые бортики на столе говорили о том, что здесь кто-то должен сидеть.
///
Сижу, пишу план на первую главу, чтобы ничего не упустить, и никого не трогаю.
— Я так уста-ала, — протягивает девушка, которая сидела ближе всех ко мне и опирается своей объёмной грудью о стол. А потом поворачивает ко мне голову. — Су Джин.
Я отложил телефон и обернулся на девушку. Не считая знакомства, они смогли игнорировать моё присутствие целых десять минут.
Из быстрого знакомства я узнал, что группа административной логистики, состояла всего из пяти людей. Трёх мужчин и двух женщин.
Мужскую часть населения одного общего на всех стола, можно было описать тоже тремя словами. Седой, длинношей и толстый.
Седой был главой всей группы. Мужчина с непропорционально длинной шеей самым говорливым, а толстяк… Ну он только молчал, так что, кроме факта о его плотной фигуре, мне ничего не запомнилось.
Девушки же выделялись по-своему.
Если та, что сидела, возле меня, свои отличительные черты предпочла носить на себе, а именно тяжёлую грудь, глубокий вырез, заметный слой косметики и две большие круглые серьги в ухе. То у второй, которая сейчас сидела в обычном чёрно-белом брючном костюме, больше всего бросалось в глаза, как она заставила своё рабочее место.
Девушка собственноручно соорудила из двух жёстких папок для документов перегородки, и обставилась в стиле… Я даже боялся предположить в каком. На столе была просто мешающая работать груда, всякого рода игрушек и рамок с фотографиями каких-то парней.
На фоне огромного общего стола всей группы, где царила серость, это место выглядело как маленький, не сдавшийся и оттого очень гордый, островок радости и безумия, под натиском серых будней.
— Расскажешь о себе? — с игривой улыбкой интересуется у меня.
Судя по тому, что звук кликов клавиатуры затих, стало ясно, что не только её это интересует.
— Что именно? — уточняю.
— Ну, например, сколько тебе лет?
— Семнадцать.
— Я
