Читаем без скачивания Тайна Бреши - Патрик Ли

Трэвис подумал о бомбе – она отделилась от самолета до того, как в него попал первый «Пэтриот». Бомба уже была сброшена. В результате она двигалась по траектории, рассчитанной пилотом. И была направлена не в шахту лифта – центр мишени, если цель состояла в том, чтобы уничтожить все здание, – и тогда купол Бреши был бы поврежден или она оказалась бы под тоннами обломков.

Холт совершенно сознательно этого не сделал. Он ограничился уничтожением половины комплекса, рассчитывая, что взрывная волна убьет всех, кто находился внутри.

Однако он на этом не успокоится. Ни на мгновение. Значит, им следовало ждать новых неприятностей. И очень скоро.

Трэвис размышлял об этом, пытаясь уловить голоса тех, кто уцелел в северной части комплекса – он бы и раньше их услышал, если бы у него не звенело в ушах после взрыва. Чейз повернул голову и затаил дыхание. И ему удалось различить призывы о помощи, которые доносились из северной части здания, с верхних пяти или шести жилых уровней. Этого и следовало ожидать – те, кто находился ниже, не пережили ударной волны. Даже аварийное освещение работало лишь на некоторых уровнях. Большая часть ламп не выдержала взрыва. Трэвис попытался посчитать голоса. Около дюжины. Ничего удивительного – основная часть населения Пограничного города находилась в это время суток внизу, в лабораториях. Лишь немногие оставались у себя в комнатах.

Чейз повернулся к Пэйдж, которая присела на корточки у него за спиной. Она видела то же, что и он, а потому уже оценила ситуацию. Пэйдж, как и Бетани и полдюжины людей за их спинами, также слышала крики.

– Лестницы уцелели? – спросила она.

Трэвис кивнул. Он смотрел в глаза Пэйдж и заметил, как они сузились.

– Сюда уже направлены войска для зачистки, – сказала она. – Ты согласен?

– Они наверняка сели в вертолеты, как только взорвалась бомба, – ответил Трэвис. – И взлетают с поля, куда не достают наши радары. Это где-то сорок пять миль?

– Около того.

– Представь себе «Блэк Хок»[23]. Какова у него максимальная скорость?

– Около ста восьмидесяти миль в час, – ответила Пэйдж. – Три мили в минуту. Так что полет займет у них пятнадцать минут. А наша система обороны мертва – все кабели перебиты.

Трэвис встал и повернулся к собравшимся в коридоре людям.

Эвелин стерла слезы и пыль с лица, ее взгляд перемещался от Трэвиса к Пэйдж; в глазах у нее застыл вопрос, который можно было и не произносить вслух: Почему все это происходит?

Чейз не ответил. Он был занят важными подсчетами. Под открытым навесом стояли шесть полностью снаряженных электрических джипов. Они могут перемещаться по пустыне со скоростью шестьдесят миль в час и без проблем добраться до Каспера. Джипы имели светло-коричневую окраску, и Трэвис ни разу не видел, чтобы они поднимали песок даже при быстрой езде. Они даже не оставляли следов от шин. Из всего этого следовало, что джипы могли незаметно скрыться и с воздуха их заметить совсем непросто – но только в том случае, если у них будет солидная фора. Интуиция подсказывала Трэвису, что им нужно десять миль; ничего другого в голову ему не приходило.

Эвелин, как и все остальные, ждала ответов.

Трэвис посмотрел на Бетани и указал на планшет, который она все еще держала в руках. Он обратил внимание, что в углу появилась красная иконка – сеть Пограничного города больше не работала.

– На поверхности, – сказал Трэвис, – ты сможешь поймать сигнал от вышек сотовой связи на I-25?

Бетани кивнула.

– Ты сумеешь выяснить, видно ли со спутников это место?

Она снова кивнула:

– Маловероятно. Один шанс из четырех.

– А ты можешь выяснить это прямо сейчас? – спросил Трэвис. – И пока ты будешь там находиться, выведи джипы наружу и расставь их произвольным образом.

Бетани молча кивнула, перешагнула через дыру и побежала к лестнице.

Трэвис повернулся к остальным:

– Посмотрите на свои часы или телефоны. Зафиксируйте ровно пять минут от настоящего момента. – Он продолжал говорить, пока все смотрели на часы: – Постарайтесь спасти тех, кто находится внизу, но помните о пятиминутном интервале – когда он закончится, вы должны сидеть в стоящих наверху джипах. Все машины стартуют одновременно. Даже задержка на минуту приведет к тому, что нас всех убьют. Будьте на месте, или вы останетесь здесь.

Трэвис не стал ждать ответа. Их мнение не имело значения. Все другие варианты заканчивались одинаково – все, кто останется в здании, погибнут. Он повернулся и побежал к лестнице, за его спиной раздался топот ног остальных сотрудников «Тангенса».

Когда они спустились на два уровня, Трэвис побежал медленнее и потянул Пэйдж за собой. Они пропустили всю толпу вперед.

– Я должен вернуться на Б4 и кое-что сделать, – сказал Чейз. – Мы не можем оставить этот уровень в том виде, в каком он находится сейчас. Если люди Холта увидят, что зал пропускного контроля не пострадал, то поймут, что мы наблюдали за приближением самолета, что часть людей уцелела и им удалось сбежать.

Пэйдж прищурилась, обдумывая его слова.

– Если зал будет уничтожен… они решат, что все погибли.

– Без малейших сомнений. Им и в голову не придет, что мы уехали на джипах – они ведь даже не знают, что у нас есть джипы. До ближайшей дороги сорок миль. А зарядная установка под навесом ничего им не скажет – ее можно использовать в самых разных целях.

Пэйдж кивнула. Потом на ее лице появился страх. Она посмотрела наверх, словно могла увидеть зал на Б4.

– Что ты собираешься сделать? – спросила она.

– Пока – ничего. Мне потребуется несколько минут, чтобы все подготовить. Отправляйся вместе со всеми, а потом крикни, когда все будут наверху.

– Трэвис, что ты намерен…

– Нет времени. Со мною все будет в порядке. Я поднимусь сразу вслед за тобой. – И прежде чем она успела возразить, он добавил: – Я хочу, чтобы ты сделала кое-что еще.

– Я и так собиралась это сделать, – ответила Пэйдж. – А потом я помогу остальным.

– Я знаю, что ты задумала, – сказал Трэвис. – Просто я хотел тебя попросить, чтобы ты не рисковала.

– Я должна попытаться…

– Нет, не должна. Ты не можешь рисковать своей жизнью. Если это будет слишком опасно, сразу возвращайся, чтобы помочь раненым.

Пэйдж попыталась протестовать, но Трэвис снова ее опередил:

– Обещай мне.

Прошла секунда. На ее лице появилось сердитое выражение, но в следующее мгновение появилось понимание:

– Я обещаю.

И она помчалась вниз по лестнице за остальными.

А Трэвис бросился наверх.

Он перепрыгнул через дыру в полу, пробитую бомбой, и вбежал в зал пропускного контроля. Рабочие станции и мониторы были отключены. Чейз повернулся к плоской стене, где стояло восемь больших стационарных компьютеров.

Они были на колесах, точнее, мощных роликах размером с салатную тарелку, с тормозными колодками, которые включались ногой. Трэвис с облегчением увидел, что заблокированы лишь передние колеса. Он пробежал вдоль всего ряда, ударами ноги отключая тормоза. Закончив, вернулся к первому компьютеру в ряду, ближайшему к двери, уперся одной рукой в задний угол, а другой – в стену. И начал толкать.

Секунду ничего не происходило. Общая масса составляла около пятисот фунтов. Затем одно из колес повернулось, и компьютер сдвинулся с места, открыв многочисленные провода и кабели. Трэвис вырвал их из гнезд и принялся толкать компьютер вперед. И вновь он с трудом преодолел инерцию. Но вскоре дело пошло легче, и постепенно компьютер начал набирать скорость по слегка скошенному полу в сторону широко распахнутой двери.

Трэвис вывез компьютер в коридор, обежал его с другой стороны и остановил в сорока футах от нижней точки прогиба пола, самого слабого места конструкции.

Только вот насколько слабое?

Трэвис сомневался, что дополнительные пятьсот фунтов смогут что-то кардинально изменить.

Но, возможно, четыре тысячи помогут.

Ну, а если нет, то он и все остальные погибнут через несколько часов – их обязательно выследят люди Холта, которые сделают необходимые выводы.

Трэвис шагнул назад, в сторону прогиба, и слегка потянул компьютер на себя. Как только колеса выровнялись, тот покатил в сторону Трэвиса, точно атакующий боксер. Чейз наклонился вперед, уперся каблуками в ковер и остановил компьютер. Затем, делая по одному шагу, осторожно двинулся вниз, а когда до нижней точки осталось пятнадцать футов, быстро поставил передние колеса на тормоз.

Потом он отпустил компьютер.

Тот не сдвинулся с места.

Трэвис посмотрел на часы. До назначенного им самим срока осталось три с половиной минуты.

Он обошел компьютер и помчался обратно в зал.

Когда Пэйдж посмотрела на жилые помещения, у нее сжалось сердце. В течение десяти лет здесь был ее дом. С Трэвисом она прожила больше года, лучшее время ее жизни, и все самое замечательное происходило тут, на уровне Б16, в этом маленьком убежище.