Читаем без скачивания Расы Европы - Карлтон Кун

Неолитические вторжения 1. Введение

У слова «неолит» есть два значения. Первое из них чисто техническое, а второе – более широкое: 1) производство и использование гладких каменных орудий в форме топоров, тесел, долота, зубил и мотыг; 2) завоевание производительных сил биологического мира при помощи сельского хозяйства и разведения скота. Эти два определения, заключающие в себе, с одной стороны, орудия труда, а с другой – пищу, не всегда перекрываются, так как некоторые народы могут считаться неолитическими только в одном или в обоих смыслах. Из них только второй смысл имеет действительно жизненную важность в человеческой истории. В самом деле, переход от собирательства к производству пищи был величайшим шагом в развитии человека, начиная с изобретения языка[144].

Однако первое внедрение неолитической экономики произошло в нескольких центрах планеты: сегодня мы можем быть уверены только в двух из них – в Старом и Новом Свете. В Старом Свете растения и животные, подходящие для одомашнивания, в диком состоянии обитали в высокогорьях от Анатолии до Индии, а некоторые из этих видов доходили и до южных берегов Средиземного моря. Возможно, отдельным центром одомашнивания некоторых зерновых культур, но, вероятно, не животных, была Абиссиния. Возможно, когда экономистами-ботаниками будет изучен Йемен, это плодородное нагорье на другой стороне Красного моря станет таким же значимым.

Во время тысячелетнего отступления ледника в расположенный в Скандинавии центр и его истончения климатические зоны, создавшие пояс травяных равнин, двигались на север, а регионы, в которых зародилась цивилизация Старого Света, постепенно становились все засушливее. Афганистан и Иран, сегодня по большей части пустынные плоскогорья, в то время были плодородными; в Египте долина Нила была цепью болот, джунглей и озер, полных крокодилов и гиппопотамов.

Сегодня считается, хотя до сих пор и не доказано, что сельское хозяйство и одомашнивание животных возникли не в трех долинах – Нила, Тигра-Евфрата и Инда, а в плоскогорьях между ними. Речные долины стали центрами цивилизации из-за сезонных наводнений, а залежи свежих наносных образований не позволяли первобытным земледельцам истощить почву, что делало возможной оседлую жизнь. Далее, развитие ирригации и дренажных каналов было общественной работой, требующей общественной солидарности, и именно здесь и возникали царства, в то время как горцы придерживались своих деревень и боролись за свои наделы, как многие из них делают и сегодня.

Как указал Чайлд, одним из первых последствий овладения новыми и более производительными средствами экономической жизни является увеличение численности населения. Земледелие и одомашнивание животных не появились за один день. Овладение полной формой неолитического хозяйства могло занять одно или несколько тысячелетий и только с течением времени вытеснить охоту и собирательство. Должно быть, сначала использовалась древнейшая в Европе примитивная подсечно-огневая система земледелия, не позволявшая интенсивно использовать почву и способствовавшая медленному, но все еще кочевому образу жизни.

Засуха, последовавшая за передвижением влажных зон на север, в первую очередь привела к миграции народов в Палестину, Северную Африку и Южную Европу в форме мезолитических вторжений, которые мы уже рассмотрели. Однако эти движения не были мощными, потому что новое производящее хозяйство позволяло лучше использовать высыхающую землю, на которой становилось все меньше полезных для человека диких животных и растений. Какое-то время в эмиграции не было нужды, но неизбежный рост населения в Западной Азии заставил земледельцев отправиться в те области, где господствовал климат, раньше благословлявший их земли.

Засуха, последовавшая за смещением циклонного пояса, стала окончательной только после того времени, что в Северной Европе называется атлантическим – т.е. около 5000 г. до н.э. Только к тому времени области Европы южнее только что сформировавшегося северного леса по-настоящему стали тем, чем раньше был пояс плоскогорий – умеренным, хорошо орошаемым лесным лугом, а не холодной безлесной равниной.

Та же самая общая дата – 5000 г. до н.э. – может быть экспериментально установлена как время начала сельского хозяйства и одомашнивания животных. Однако только почти 2000 лет спустя последователи этой новой экономики распространились и завоевали всю Европу, а не только ее порог.

Неолитические завоеватели Европы в поисках новых земель для земледелия и корма скота появились как дальнейший результат того же самого изменения окружающей среды, который привел в движение мезолитических завоевателей, которых они пополнили без разрыва во времени и с которыми они смешались. Но неолитическое завоевание было не таким простым, как мезолитическое. По мере распространения новой экономики она затрагивала значительное количество людей, чья реакция не была одинаковой. Европа, оплот потерянного климата, заселялась в разных местах и по-разному.

На карте 2 в самом общем виде показаны временная шкала неолитических вторжений в Европу и маршруты, по которым могли происходить эти вторжения. Нужно отметить, что неолит пришел на остров Крит раньше, чем на любую другую европейскую территорию; за ним последовала Греция и область рядом с Босфором; в итоге эти земледельцы распространились морским путем по всей территории Северного Средиземноморья. В это время другие неолитические земледельцы двигались вдоль берега Северной Африки из Египта и пересекли Гибралтар, завоевав Испанию. Отсюда они мигрировали на север и восток до швейцарских озер и Рейна[145]. Их сельское хозяйство и скот – свиньи, овцы и крупный рогатый скот – в итоге распространились по большей части Западной Европы и даже Англии. В то же самое время другие земледельцы, пришедшие из Анатолии или юго-восточной России, или из обеих этих областей, двигались к Дунаю, и в конце концов обосновались в плодородных долинах Моравии и Богемии и даже западнее, встретившись с западным потоком, идущим с Гибралтара на север.

Карта 2. Неолитические движения и их хронология

Эти три движения были первичными завоеваниями, привнесшими новое, сельскохозяйственное население в Европу. Позднее в неолите были еще два движения различного характера. Первым них было движение строителей мегалитов, плававших через Гибралтар и прошедших по западному берегу Европы до Британских островов и Скандинавии. Вероятно, что эти мореплаватели и принесли новую экономику в Скандинавию и на северные острова. Затем так называемые шнуровики – население культуры шнуровой керамики, названное так по украшению своих гончарных изделий, – появились из какого-то загадочного места в южной России или из степей Западной Азии, расположенных севернее области плоскогорий. Они, вероятно, больше зависели от скотоводства и торговли, чем от земледелия. Как строители мегалитов по морю принесли цивилизацию в самые западные уголки Европы, так шнуровики принесли новое просвещение на север, где сохранялась древняя жизнь, зависящая от охоты и рыболовства.

Таким образом, в III тысячелетии до н.э. пять завоеваний, сошедшихся в Европе с юга и востока, принесли в Европу новое население и дали тот расовый материал, от которого в большой степени произошли современные европейские популяции.

2. Неолит и средиземноморская раса

Неолит Европы – это в первую очередь период средиземноморской расы в той или иной форме. Очевидно, именно средиземноморцы перешли к производящей экономике где-то за пределами Европы и вторглись на территорию собирателей.

Этих средиземноморцев, хотя и достаточно однородных в некотором отношении, все же можно разделить на подгруппы территориально и типологически на основе нескольких черт. Прежде чем продолжить нашу географически-историческую реконструкцию, не помешает определить термин «средиземноморская раса», чтобы сравнить ее с другими встретившимися нам расами и определить ее главные типы.

Под средиземноморской расой – только в смысле типов скелета – мы подразумеваем семейство тесно связанных расовых типов, обладающих следующими чертами: длинноголовость, ортогнатность, мезо– или лепториния, узкое лицо, средний размер головы. Они произошли от обобщенного типа Галлей-Хилл и родственны образцам из Комб-Капель и Афалу № 28. В этом смысле средиземноморская раса – это название, которым мы предлагаем обозначать один из двух главных расовых элементов, связанных с развитием европеоидных народов. У этого элемента совершенно отсутствует неандертальское наследие. Он в некоторых отношениях отличается от большой верхнепалеолитической группы Европы и Северной Африки, как показано на стр. 100.