Читаем без скачивания Уроки жизни - Артур Дойль

О твёрдости позиции мистера Планкетта лучше всего свидетельствует тот факт, что он выдержал нападки такого фанатика, как мистер Дэвитт, с одной стороны, и ультраоранжистов, с другой. Подобная эпитафия на могильном камне сделала бы честь любому ирландцу.

Искренне Ваш

А. Конан-Дойль

Андершоу, Хайндхэд, Хаслмир

17 октября

Доктор Дойль о раннем закрытии магазинов

«Гроусерз эссистант»

1 ноября 1900 г.

Сэр! Отвечая на Ваш запрос от 25 числа, сообщаю, что буду рад принять делегацию, о которой Вы говорите, практически в любой день между пятью и шестью часами вечера[18].

Я очень интересуюсь проблемой сокращения рабочего дня работников торговли, поскольку уверен: в стране, где нет обязательной воинской службы, физическое состояние и здоровье граждан могут быть гарантированы лишь повсеместным сокращением рабочего дня и частыми выходными.

Лично я считаю, что эта цель не может быть достигнута исключительно законодательными инициативами, но, полагаю, регулярное освещение этого вопроса и постоянная деятельность в русле народного просвещения сами по себе способны создать непобедимую силу, перед которой не устоят противники прогресса в этом направлении.

Искренне Ваш

А. Конан-Дойль

Уроки Южноафриканской войны (1)

«Таймс»

1 ноября 1900 г.

Милостивый государь!

Я прочёл опубликованное Вами письмо полковника Лонсдэйла Хэля, который выражает несогласие с моими взглядами на военную реформу. Могу заверить его в том, что не имею ни малейшего желания «учить» профессиональных военных, и хотел бы лишь одного — возможности вести свободную дискуссию по военным вопросам. Недопустимо, чтобы от доводов гражданского человека отмахивались проставлением после них единственного комментария: «(sic)»[19].

Я думаю, полковник Лонсдэйл Хэль весьма недооценивает мужество своих соотечественников, если опасается, что мы не сможем противостоять вторжению извне, не имея внутри страны профессиональной армии, призванной противостоять агрессору. Маленькая Швейцария находится в окружении четырёх великих военных держав и тем не менее в течение столетий сохраняет свою независимость. В своей оборонной стратегии она полагается исключительно на милицейские подразделения, но даже Германия должна рассматривать нападение на неё как очень сложную военную операцию. В Южной Африке мы и сами убедились в том, как трудно одолеть подразделение внутренних войск численностью лишь в 50 тысяч человек.

Итак, основная идея плана, обрисованного мною в последней главе «Великой бурской войны», состояла в том, что число стрелков в пределах страны должно быть доведено до миллиона и что следует обеспечить им сильную артиллерийскую поддержку. Численность войск агрессора, несомненно, будет ограничена, и он не избежит трудностей, связанных с транспортировкой и снабжением. С одной стороны, неприятель будет лишён возможности совершать фланговые манёвры, сталкиваясь с силой, противостоящей его продвижению, с другой — не решится на серию лобовых ударов, следствием которых могли бы стать большие потери в живой силе. В то же время он вынужден был бы либо продвигаться вперёд, либо готовиться к голоду. Мне трудно представить себе ситуацию, в которой может оказаться такая армия, и должен повторить — рискуя навлечь на себя неудовольствие полковника Лонсдэйла Хэля, — что опасность вторжения извне, которой нас пугают, — дело прошлого.

Скептики возразят: миллион стрелков, дескать, невозможно призвать под ружьё. В случае необходимости можно было бы сделать это в принудительном порядке, расширив действие Закона о внутренних войсках; мне кажется, подобные меры не встретят особого общественного противодействия, если заранее воззвать к патриотическим чувствам народа. Не исключено, что эта цель может быть достигнута и без всякого принуждения.

Помимо внутренних войск и добровольческих соединений у нас, имеется огромный источник невостребованной военной силы; огромная масса населения, представители которой с радостью научились бы владеть винтовкой, но не могут присоединиться к организованным подразделениям волонтёров. Крестьяне большинства наших деревень совершенно не в состоянии стать добровольцами, но с радостью уделяли бы по два часа каждый субботний вечер обучению стрельбе — при наличии соответствующих возможностей.

Но создание такого движения нуждается в поощрении со стороны правительства. Последнему предстоит назначить инспекторов, которые будут разосланы во все концы страны, чтобы обсудить с местными властями вопрос открытия местных стрельбищ; при этом правительство обязано не продать, а дать винтовку каждому мужчине, который проявит готовность вступить в клуб и научиться стрелять.

Почти повсюду можно найти площадки, подходящие для открытия стрельбища длиной 200 ярдов; мужчина, научившийся хорошо стрелять из современной винтовки с низкой траекторией полёта пули, будет полезен в любом бою, как ближнем, так и дальнем. Там, где нет возможности разбить стрельбища, можно использовать трубки Морриса и с их помощью проводить обучение пользованию огнестрельным оружием.

В настоящее время сам я как раз занят строительством полигона в Хайндхэде — по примеру того, что был создан в Гилфорде моим другом мистером Сейнт-Лоу Стречи. Я уверен, что не испытаю недостатка в желающих стать членами клуба и что скоро мы сможем организовать местное подразделение стрелков-любителей из числа мужчин, которые по тем или иным причинам не могут поступить в добровольческие соединения. Если бы такое движение распространилось по всей стране, набрать миллион бойцов местной самообороны не составило бы труда. Согласен, это будут не слишком умелые новобранцы, но отряды их будут сильны числом и духом. Мне кажется, главный урок, который преподала нам бурская война, состоит в необходимости осознать простой факт: храбрый человек с хорошей винтовкой очень скоро становится непобедимым солдатом.

Что же касается остальных деталей того же плана, то не стану их перечислять — просто всем интересующимся порекомендую вернуться к той главе, где об этом рассказывается подробно. Суть сказанного состоит в следующем: профессиональная армия должна быть сокращена и состоять из военнослужащих, которые бы лучше оплачивались, получали более квалифицированную подготовку (особенно в том, что касается искусства стрельбы) и использовались исключительно для защиты наших интересов на внешних границах Империи, поскольку жители острова прекрасно способны позаботиться о себе.

Преимущество тут состоит в том, что в случае столкновения с противником мы будем иметь высокоэффективную военную силу, избежав таких затрат, какие несём сейчас, когда постоянно кормим и содержим огромные, никому не нужные войска. При этом в нашем распоряжении будет резерв, из которого мы в любой момент сможем составить многочисленную армию — большую, чем позволяет нам иметь существующая система. Я думаю, всё это может быть осуществлено исходя из обрисованных мною принципов, но, понимая, что рассуждаю как дилетант, очень хотел бы подвергнуться профессиональной критике, доброжелательной или нет — неважно.

Что же до имперской лёгкой кавалерии, которая представляется мне главной силой армии будущего, то полковник Лонсдэйл Хэль вправе называть бойца такого подразделения как ему будет угодно — кавалеристом или конным пехотинцем. Это не имеет никакого значения (майор Кэрри Дэвис, собравший такой отряд, называет своих воинов конными пехотинцами); главное тут — чтобы своим основным оружием они считали винтовку и были готовы вести бой на земле. Для меня было новостью узнать, что некая спешенная кавалерия поднялась на возвышенность Эландслаагте вместе с имперской лёгкой конницей, но это также к обсуждаемому вопросу не имеет отношения.

Искренне Ваш

А. Конан-Дойль

Уроки Южноафриканской войны (2)

«Таймс»

6 ноября 1900 г.

Сэр! Не хотелось бы беспокоить Вас снова, но может быть, Вы позволите мне сказать несколько слов в ответ на письмо «Кустоса» и второе письмо полковника Лонсдэйла Хэля.

Совершенно ясно, что «Кустос» прочёл моё письмо, не ознакомившись со статьёй, к которой оно всего лишь является приложением. У него сложилось впечатление, будто я предлагаю создать исключительно оборонительную армию. Достаточно обратиться к последней главе моей «Великой бурской войны», чтобы увидеть обратное. Я утверждаю, что наша регулярная армия должна обрести максимальную эффективность, став самой оснащённой, подготовленной и обученной армией в мире. Всё это, на мой взгляд, может быть достигнуто сокращением вдвое её численности, двукратным повышением жалования и сведением её основной функции к защите внешних рубежей Империи. При такой системе средства, затраченные на питание, транспортировку и оплату каждого военнослужащего, не будут выброшены на ветер. В случае военной опасности у нас не возникнет необходимости оставить дома 92 тысячи человек в силу их неподготовленности к участию в активных боевых действиях. Сэкономив на оплате и содержании этих бесполезных подразделений, мы сможем поднять остальные войска до высочайшего уровня. Таким образом, «Кустос», если он действительно возомнил, будто я выступаю за создание оборонительной армии, просто неправильно меня понял.