– Осторожнее, идиот! Это не седло и не подпруга, это чемодан! И если ты его уронишь в воду, то можешь сразу пойти и повеситься… Господи, вы тут когда-нибудь моетесь? Завтра тоже будет вонять навозом? Где Джон? Может, хоть кто-нибудь соизволит меня встретить?
На этой фразе двери распахнулись, и в них возникла высокая платиновая блондинка с зелеными глазами. На блондинке был обтягивающий белый брючный костюм, белые полусапожки, расшитые стразами, и белая же широкополая шляпа. На холодном и прекрасном лице соседствовали презрение, возмущение и светская улыбка, хотя последняя получилась хуже всего – мешали брезгливо кривящиеся губы. Позади блондинки был виден пыхтящий Рикардо, согнувшийся под тяжестью невероятно громоздкого чемодана, разумеется, из белой кожи.
Блондинка обвела всех присутствующих холодным взором и изрекла:
– Здравствуйте. Я тоже счастлива вас всех видеть. С вами, мисс, мы незнакомы. Я – Тюра Макфарлан.
Морин сразу поняла, почему Каседас и Алисия так не любят Тюру. Мисс Макфарлан вела себя так, словно это она была хозяйкой Дома На Сваях, а все остальные являлись даже не гостями – непрошеными и надоедливыми посетителями.
Макияж ее был безупречен, цвет глаз наводил на мысли о цветных линзах, тело под белым костюмом ненавязчиво указывало на то, что занятия фитнесом – залог отличной фигуры.
Тюра поцеловала воздух около щеки Каседас, царственно и пренебрежительно кивнула Алисите, не удостоила даже взглядом выглянувших из кухни для приветствия Кончиту, Марисоль, Чимару и других женщин, а затем уставилась на Морин.
– Так, значит, это и есть спасательный круг, брошенный Мерседес?
Морин спокойно и дружелюбно улыбнулась в ответ.
– Я предпочитаю, чтобы меня называли распорядительницей торжества. Морин О’Лири. Как поживаете, мисс Макфарлан?
– Прекрасно, благодарю вас. Полагаю, в вас метра два.
С этими словами она смерила Морин взглядом с головы до ног. Каседас и Алисия выглядели растерянными и шокированными, но Морин была абсолютно спокойна.
– Вы правы. Каблуки прибавляют еще несколько сантиметров.
– Вам, должно быть, не слишком легко на них ходить?
– Ну почему же. Дело привычки. Прошу меня извинить, пойду посмотрю, как дела у Марисоль.
Тюра вздернула идеально выщипанную бровь и с изумлением уставилась на Морин.
– Это та чумазая лесовичка с приблудышем? С какой стати вам она понадобилась?
Честно говоря, Морин ожидала, что Каседас, как хозяйка дома, одернет Тюру, но та лишь закусила губу и промолчала. Гнев стал волной подниматься в груди Морин. Ладно. Это их дела. Кто такая Морин О’Лири, чтобы путаться в дела семьи Карлайл, Аркона, Макфарлан и черта в ступе? Она пойдет к Марисоль и Кончите, там ее место и там ей легко и хорошо. А эта заносчивая белобрысая красотка пусть выпендривается на всю катушку, охмуряет Джона Карлайла, делает, что хочет. Если у него такие подруги детства, это его проблемы!
Тюра задумчиво посмотрела вслед Морин, наморщила идеальный носик и изрекла:
– Что ж, это сюрприз.
– Ты о чем? – робко поинтересовалась Каседас.
Тюра посмотрела на нее, как на дурочку.
– О мисс О’Лири, разумеется.
– А, ну да. Конечно.
– Что конечно? Каседас, ты не могла бы выражаться более связно? Я лично имела в виду, что эта мисс О’Лири много о себе воображает. Она здесь для того, чтобы делать определенную работу, а не для того, чтобы изображать хозяйку дома.
Алисия не выдержала:
– Черт, Тюра, что ты несешь…
Холодные зеленые глаза буквально приморозили девушку к полу.
– Алисита, деточка, мне кажется, ты забываешься. Не следует грубить тем… кому грубить не следует.
– Единственный, кто был груб, так это ты сама, Тюра. Морин замечательная. Она добрая, ее все уже полюбили… И она тебе не соперница.
– Конечно-конечно, не сомневаюсь. Как я уже сказала, она здесь для того, чтобы выполнить работу. Ту самую, с которой вполне справлюсь и я. Что я и намерена сделать, причем с удовольствием.
– Джон тебя об этом не просил. Он тебе не доверяет. Мне не хочется быть невежливой, Тюра, но ты здесь всего лишь гость. А на Морин ты злишься, потому что она оказалась красавицей…
Тюра немелодично рассмеялась, запрокинув голову и продемонстрировав безупречный оскал.
– Алисия, детка, полагаю, это твое личное мнение. На мой взгляд, она слишком высока. Любой мужчина вынужден будет смотреть на нее снизу вверх, а кому это понравится?
Алисия запальчиво возразила:
– Джон не смотрит на нее снизу вверх, и Джону она нравится!
– Видишь ли, милочка, я хорошо знаю Джона и уверяю тебя, что эта девица не в его вкусе. А потом – этот бюст? Это же просто неприлично!
– А по-моему – красиво!
– Алисита, лапочка, перед твоим жизненным опытом я, разумеется, пасую. Могу я пройти в свою комнату или мне надо спросить разрешения у вашей распорядительницы? Честно говоря, мне хочется писать.
Алисия возмущенно фыркнула и молча подхватила часть багажа Тюры, который неутомимый Рикардо продолжал таскать из моторки в холл.
Марисоль была просто предлогом, чтобы уйти из холла. Морин злилась на Тюру Макфарлан, но понимала, что не имеет права демонстрировать свое настроение.
На кухне она была явно лишней, поэтому, потолкавшись бесцельно среди раскрасневшихся женщин, Морин ушла в сад. Бродя там между расставленными столами, она думала о завтрашнем празднике, а еще о том, что хорошо бы было найти Джона.
Интересно, как он смотрится рядом с Тюрой? Наверняка она сейчас тоже собирается его искать. С Каседас и Алисией такой заносчивой дамочке говорить не о чем…
А с Джоном Карлайлом? Неужели у них много общего?
– Рикардо? Ты не знаешь, где сейчас сеньор Джон?
– Он в корале, сеньорита. Объезжает лошадей. Хотите туда попасть? Можно на джипе, этот кораль недалеко. Пойдемте, я помогу выгнать джип и покажу, как доехать.
Вскоре Морин уже тряслась в боевом джипе по бывшей проезжей дороге. Водила она уверенно, а училась этому в свое время на песчаных дюнах, где ездить потруднее, так что качество дороги ее не только не смущало, но даже не мешало размышлять.
Две светлых на пути одного… Две светлых…
Выброси эту чушь из головы, Морин О’Лири! Ты не на его пути. Ты так, временный работник. Ты уедешь отсюда, через пару месяцев вернешься в Лондон, а потом постепенно забудешь о Джоне Карлайле.
Или не забудешь.
Что ж, для него даже лучше быть с Тюрой. Командовать собой он не позволит, это ясно. Любви между ними нет. На невинную девушку Тюра тоже не тянет, так что, даже если Джон Карлайл боится и верит в собственное проклятие, брак с Тюрой ему ничем не грозит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
