— Доброе утро, Ангус.
— Привет, мама.
— Мое почтение, мэм! — вытянулся в струнку Уоршем.
— Здравствуйте, майор. Надеюсь, вас не затруднит объяснить, господа, чем обязана столь раннему визиту? Леди Энни еще спит, меня саму вы подняли с постели, барабаня в дверь, — одеваться мне пришлось наспех… Надеюсь, это не очередное приглашение на бал, майор. Я уже, кажется, засвидетельствовала свое почтение вашему другу Форбсу… Или вы полагаете, этого недостаточно?
Как ни старался Уоршем проявлять выдержку, от проницательного взгляда леди Драммур не укрылось, что на мгновение его надменное лицо исказила недовольная гримаса.
— Прошу простить меня, мэм, за ранний визит, — проговорил он, — но когда капитан Макинтош упомянул, что собирается к вам, я попросил разрешения сопроводить его.
— Боюсь, вы напрасно утруждали себя, майор. Завтракать мы сегодня не собираемся, а обед еще не скоро.
— Не извольте беспокоиться, мэм, я буквально на минуту.
— Я и не беспокоюсь, — проворчала она. — Кстати, если ты, Ангус, — обратилась старуха к сыну, — за Энни, то зря приехал: она собирается остаться здесь еще дня на три.
— Она нездорова? — насторожился Ангус.
— Со здоровьем, слава Богу, все в порядке, просто решила погостить. Может она хоть раз в году навестить свекровь?
— Разумеется, мама, но…
— В таком случае, — поспешила перебить сына леди Драммур, — я передам ей, что ты не возражаешь. Гардероб ей не нужен — у меня здесь достаточно ее вещей. Ей что-нибудь передать?
— Я бы все-таки предпочел переговорить с леди Энни лично, — вставил майор. — Простите, мэм, долг службы…
— Долг службы? — прищурилась леди Драммур. — В чем дело, если, разумеется, не служебная тайна?
— Пара вопросов, чистейшая формальность, мэм, не займет и пяти минут…
Грудь и ноздри старухи задрожали от возмущения. Неизвестно, что произошло бы в следующий момент, если бы от дверей не послышался голос:
— Я здесь, майор. Что вам угодно?
Мужчины дружно обернулись. С первого взгляда на Энни было видно, что одевалась и причесывалась она второпях.
Простое белое платье, украшенное лишь кружевами у ворота и на рукавах, сидело на ней свободно. Лицо выглядело помятым после сна.
Пройдя к окну, Энни остановилась, глядя на мужчин. В своем белом платье, с копной рыжих волос, освещенных утренними лучами, она выглядела так, что оба невольно залюбовались ею. Выражение лица Ангуса заметно потеплело; Уоршем, не смевший, разумеется, разглядывать чужую жену с вожделением, окончательно посуровел.
— Слушаю вас, майор, — спокойно произнесла она.
— Как ваша рука, мэм? — соблюдая этикет, поинтересовался тот. — Я слышал, вы изволили порезаться…
— Пустое, майор, пара небольших царапин.
— Леди Форбс просила передать свои извинения — в этом несчастном случае есть доля ее вины.
— Она ни в чем не виновата, я сама неосторожно держала бокал.
— Что ж, я рад, если с вами все в порядке. К сожалению, в этот вечер случился инцидент и посерьезнее. Кто-то не погнушался похитить из дома лорда Дункана важный документ.
— Какой ужас! — весьма натурально всплеснула руками леди Драммур.
— Еще одна небольшая неприятность, мэм, — продолжал майор, обращаясь к Энни. — Документ похищен из библиотеки. Некто из гостей утверждает, что якобы видел в библиотеке вас. Убежден, мэм, что это не более чем досадное недоразумение, но, простите, долг службы вынуждает меня задать вам несколько вопросов. Итак, были ли вы в библиотеке лорда Дункана или нет?
— Возможно… — Энни закусила губу и нахмурила лоб, делая вид, что сосредоточенно вспоминает, а на самом деле лихорадочно соображая, как бы солгать поубедительнее, — возможно, что и была. Дело в том, сэр, что за ужином я немного переела и, простите, почувствовала необходимость уединиться, но по ошибке забрела не туда…
— А вы не могли бы припомнить, в каком именно часу это произошло?
— Боюсь, не смогу вам помочь, сэр.
— А пока вы ходили, вы не заметили ничего подозрительного?
— Нет, разве что…
— Что? — машинально напрягся Уоршем.
— Разве что молодую пару, которая, похоже, тоже… искала уединения. Увидев меня, они были смущены не меньше, чем я сама.
Уоршем слегка кивнул.
— Молодой человек, который вас видел, — майор Босуорт. Он уже успел доложить мне об этом, не упомянув, правда, что был не один.
— Неудивительно, — фыркнула Энни. — Думаю, лорд Йэн Маклауд вряд ли обрадуется, узнав, что его дочь уединялась с английским офицером, не говоря уж о ее муже…
Уоршем прищурился.
— А что, если бы замужняя шотландка уединялась не с английским офицером, а с шотландцем же, вы были бы к ней снисходительны?
— Зависит от того, — спокойно ответила Энни, — зачем они уединяются.
Бесцветные глаза майора сузились еще больше.
— В таком случае, мэм, позвольте задать вам нескромный вопрос: для чего вы изволили уединиться с Джоном Макгиливреем?
Энни машинально кинула взгляд на мужа. Вопрос Уоршема явно подействовал на него, словно красная тряпка на быка, однако Ангус изо всех сил старался не подавать виду.
— С Макгиливреем? — переспросила она.
— Если мои сведения точны, вы перешептывались с ним о чем-то примерно за час до происшествия.
— Перешептывались? Ну может быть, я шепнула ему: «Всего доброго, спокойной ночи!» или что-нибудь в этом роде. Не помню, разве такое запоминается?
— Может быть, вы станете отрицать, что встречались с ним после этого в библиотеке?
— Стану, не встречалась.
— Вам не изменяет память, леди Энни?
— Ничуть. У вас все, майор?
— Нет, насколько мне известно, мэм, вас и Джона Макгиливрея объединяет нечто большее, чем просто дружба…
— Заблуждаетесь, майор. Макгиливрей — человек порядочный. Да, мы с Джоном — друзья, — в этот момент Энни смотрела не столько на Уоршема, сколько на мужа, — и я всегда гордилась дружбой с таким человеком. Но не более того!
— И ради того, чтобы защитить такого друга, вы готовы солгать?
— Полагаю, майор, Джон Макгиливрей не нуждается в моей защите.
— К чему вы клоните, Уоршем? — Судя по жесту, с которым Ангус сорвал перчатки и швырнул их на кресло, он был вне себя. — Почему вы позволяете себе такой тон в разговоре с моей женой?
— Я уже объяснял вам, Ангус, из библиотеки Форбса пропали ценные бумаги…
— С чего вы взяли, что Энни каким-то образом к этому причастна?
— У меня имеются сведения о ее местопребывании в момент этого ограбления, как и о местопребывании Джона Макгиливрея.
— Что ж, полагаю, после разговора с ней ваши подозрения отпали. Вам вообще не следовало беспокоить Энни, расспросили бы обо всем меня.
