Из-за угла вынырнул метрдотель с обеспокоенным лицом.
– Извините – надеюсь, вам не пришлось долго ждать? Сегодня наплыв гостей больше, нежели предполагалось. Чем могу помочь? – Переведя дух, он заметил джинсы Палласа и окинул агента скептическим взглядом.
Федерал по-прежнему держал в руке удостоверение.
– Джек Паллас, ФБР. Ищу одну из ваших посетительниц, Камерон Линд. Темноволосая, лет тридцати, ростом примерно метр шестьдесят.
Метрдотель всмотрелся в значок.
– Энди сказал, что я не вправе предоставлять подобную информацию. И особо подчеркнул, что следует вызвать его, если кто-то начнет расспрашивать.
«Хоть это полицейские сделали правильно».
– Вот что я скажу – позовите Энди, а пока будете звать, я осмотрюсь. – Джек без проволочек прошел в главный зал и быстро оглядел заведение. Ресторан располагался на двух уровнях: в верхнем находился главный зал, в нижнем столики были расставлены под впечатляющими панорамными окнами.
![]()
Несмотря на вычурные люстры, освещение в зале было приглушенным – вероятно, чтобы подчеркнуть красоту вечернего города и озера Мичиган, – и ФБРовцу понадобилось несколько минут, чтобы пробежать глазами по публике на верхнем уровне. Не обнаружив свидетельницу, агент подошел к поручням балкона и начал высматривать ее внизу. Он заметил Камерон у окна, за вторым столиком слева. Одну.
Паллас на мгновение застыл и просто… смотрел. Потому что с балкона ему открывался сногсшибательный вид.
И речь шла вовсе не об озере.
Мягкий свет горевшей на столе свечи бросал золотистые отблески на длинные каштановые волосы. Черное платье без рукавов обрисовывало каждый изгиб фигуры, которую, по мнению Джека, нельзя было не признать потрясающей.
Мисс Линд с подавленным видом сидела за столиком и смотрела в окно. Паллас наблюдал, как она отпила вино из бокала, взглянула на часы, затем закинула ногу на ногу, открывая разрез платья на бедре.
Джек заметил на столике только одну карту вин. Не требовалось быть спецагентом, чтобы догадаться, что произошло. Не то чтобы ему не все равно, но пресловутый Макс просто кретин, раз оставляет такую девушку тосковать в ресторане в одиночестве.
В кармане блейзера завибрировал мобильный. Вытащив телефон, Паллас увидел, что звонит Уилкинс.
– Только что разговаривал с полицейским из ресторана. Зовут Энди Цукерман. Утверждает, что с мисс Линд все в порядке, – сообщил напарник.
– Я вижу ее, – подтвердил Джек. – Кажется, все нормально. Сейчас выясню, что случилось с ее сотовым, и перезвоню.
Паллас нажал отбой и направился к столику Камерон.
ГЛАВА 10
Камерон глянула на часы, размышляя, по истечении какого времени женщина, наряженная явно на свидание и сидящая в одиночестве за столиком одного из самых романтических ресторанов города, начинает смотреться просто жалко.
Она сказала себе, что допьет этот бокал. Камерон побаловала себя вином «Петит Сира» марки «Стэгс Лип» урожая 2006 года, не желая совершенно впустую угробить вечер.
Макс ее продинамил.
Положим, с формальной точки зрения не совсем продинамил, поскольку написал – да-да, эсэмэску, будто нельзя было выкроить минуту на звонок, – что задерживается на встрече с клиентом и не сможет прийти. Очень своевременное сообщение, учитывая, что на момент его отправки Камерон уже явилась в ресторан и ждала за столиком. Когда к посетительнице подошел официант, она заказала вино, надеясь выправить ситуацию шикарно-непринужденным видом типа «Нет-нет, сегодня я одна – люблю после напряженного трудового дня расслабиться в пятизвездочном ресторане с бокалом ароматного вина из ронских сортов». Хотя, с учетом разреза на платье и отпадно высоких (даже по ее собственным меркам) каблуков, сомнительно, чтобы кто-нибудь, включая официанта, повелся на эту жалкую уловку.
Когда Камерон, желая сперва немного успокоиться, не отреагировала незамедлительно на послание занятого банкира, тот прислал еще одно, с вопросом, на когда можно перенести их встречу. В очередной раз. В ответ Камерон отправила эсэмэску, что посмотрит свой график на месяц «никогдабрь» и даст знать. Затем, рассудив, что после такого ответа Макс захочет отписать фразу-другую, переключила телефон на беззвучный режим, не желая беспокоить остальны гостей рсторана сигналами входящих сообщений. Если честно, в ту минуту она не хотела, чтоб ее саму беспокоили.
Допивая вино, Камерон смотрела в окно, любовалась озером и размышляла о том, о чем склонна размышлять незамужняя тридцатилетняя женщина, сидя в одиночестве в ресторане. Лучшая подруга выходит замуж, а на свадьбу идти не с кем. Не с кем разделить столь волнующий момент, кроме Колина – но ведь Колин совсем не то. Понятно, что данный вопрос не самый важный – особенно на фоне гораздо более серьезных проблем, с которыми довелось столкнуться в последнее время, – но она наверняка не стала бы сильно отбрыкиваться, вздумай судьба преподнести ей один-два подарочка по части сильного пола.
– А что случилось с Максом?
С удивлением услышав знакомый голос, Камерон обернулась и увидела у своего столика Джека Палласа.
Судьба явно насмехалась над ней.
– Что вы здесь делаете? – нахмурилась Камерон. Просто замечательно. Именно тот мужчина, с которым она жаждала встречи.
– Вы не отвечаете на звонки. Проблемы с мобильным?
Джек выглядел недовольным. Та еще неожиданность…
– По-моему, телефон работает нормально. – Камерон полезла в сумочку, вытащила сотовый, чтобы проверить, и тут сообразила, что натворила. – Ой… я отключила звук, а потом, должно быть, из-за шума в ресторане не слышала вибрации. А вы пытались мне дозвониться? – прищурилась она на ФБРовца. – Что-то случилось?
– Колин пытался. Не смог с вами связаться, занервничал и набрал меня. У нас тоже не получилось дозвониться ни к вам, ни в ресторан, потому-то я здесь, – объяснил агент.
Камерон запустила пальцы в волосы, чувствуя ужасную усталость. Сегодня долгий день: выдержала один раунд сражения с оппонентом в суде, второй – с Бриггсом, а потом еще и ухажер продинамил. Судя по выражению лица Палласа, тот нацелился на очередную стычку, а Камерон сомневалась, что сейчас способна дать бой.
– Прошу прощения, – повинилась она. – Я не подумала, отключая звук. Извините, что вам пришлось попусту примчаться сюда. Бычьтесь на меня, сколько хотите, – имеете полное право.
Джек устроился на стуле напротив.
– С другой стороны, – продолжала помощница прокурора, – нелишне отметить, что офицер Цукерман весь вечер наблюдал за мной из бара, и у меня не было причин считать, будто я подвергаюсь опасности. Также хочу официально заявить, что необходимость держать при себе мобильный телефон постоянно включенным никогда даже не обсуждалась. Если вы полагали это требование частью защитного наблюдения, то должны были предварительно четко его сформулировать во избежание возникновения подобной ситуации.
Ну может, крошечная капелька сил для самого последнего раунда у нее и осталась…
Паллас положил руки на стол:
– Это худшее из всех извинений, которые я когда-либо слышал.
– Мне хватило времени его продумать. Поскольку моей вины в случившемся примерно тридцать процентов, вы и получаете тридцатипроцентное извинение.
– Понятно.
Камерон подождала, не скажет ли агент еще что-нибудь.
– И это все? Я ожидала гораздо большего. Ну там, брюзжания и сердитых взглядов.
– Если хотите, могу добавить парочку ругательств.
Она едва успела сдержать ухмылку:
– Не обязательно, но спасибо за предложение.
Собеседники немного посидели в молчании, настороженно поглядывая друг на друга.
– Вы так и не сказали, что стряслось с вашим спутником, – заговорил Джек.
– В последнюю минуту наши планы на вечер пошли вразрез с его работой. Третий раз за три недели. – Камерон сама не понимала, зачем добавила заключительный кусочек информации.
