таймер на любое количество дней, в пределах примерно пятидесяти.
Ай да умничка рогатая!
— А как мы выйдем, если артефакт должен быть в закрытом положении?
— Поставим таймер на выход! — она ткнула пальцем в свечку. — Сделала из жира. Когда она немного прогорит, от неё перегорит вот эта верёвка, и вот этот камень запрёт артефакт.
— Круто! — восхитился я совершенно искренне. — Расскажешь, откуда ты всё это знаешь и умеешь?
— Это как раз не тайна, — потупила она глазки. — Просто девочкам в детстве обычно нравятся куклы. Но некоторым — машинки.
— Так ты не только учёный-алхимик-артефактор, ты ещё и в механике разбираешься? — у меня даже глаза на лоб полезли.
— Люблю, умею, практикую, — кивнула она.
Вот это принцесса так принцесса! Мамина радость, папина гордость…
— Надо только от гоблинов частоколом обнести. Хотя…
Минут десять ушло на то, чтобы собрать всё племя.
Я обошёл вокруг артефакта, начертив на песке отлично видимую линию. И жестами предложил одному гоблину подойти поближе. Тот, конечно, сделал шаг, другой…
И в этот момент я даванул своей аурой. Да так даванул, что даже Ариэль на песок присела, а гоблины и вовсе попадали, где стояли.
Я позвал ещё одного, но тот замотал головой. Надо же, какие понятливые. Тогда шаг внутрь круга сделала Ариэль и я опять надавил.
— Потише ты… — пробормотала инферняшка, вставая с песка. — Аж замутило…
— Зато эффект достигнут, — кивнул я.
Всё племя стояло на коленях.
Готов поставить весь мифрил против медной монеты — они сюда близко не подойдут, а будь у них дети — и детям бы завещали не приближаться.
Всё. Больше нам здесь пока что делать нечего.
— Всё, выставляй таймер на месяц, — сказал я Ариэль, — и пошли отсюда.
Когда мы выползли из разлома, прихватив тяжеленные мешки, принцесса всё же полюбопытствовала.
— Артём, а мне ты можешь сказать, что такого ценного в этих мешках, что ты даже друзьям про них ничего не сказал?
— Половина принадлежит тебе, — пожал я плечами, — так что смотри.
Она посмотрела. Она всё поняла. Она потеряла дар речи.
— Артём… — подняла она на меня глаза. — Даже за один такой слиток любая женщина будет твоей. А ты вот так запросто говоришь мне, что половина принадлежит мне?
— Ну, мы же вместе в разлом пошли, — пожал я плечами. — Вся добыча делится поровну между участниками. Это правило незыблемо в любом из миров.
— Ты… невероятен! — воскликнула принцесса. — Но я откажусь. Может быть, попрошу у тебя чуть-чуть для экспериментов, или для дела. Но точно не всё. Ты вызвался помочь освободить моих соплеменниц, ничего не прося взамен, привлёк к этому друзей и сказал, что профинансируешь всю операцию. Я лично обязана тебе куда более, чем жизнью. Так что…
— Я понял тебя, Ариэль, — кивнул я ей. — Настаивать не буду, но если что надо будет — не стесняйся.
— Договорились, — улыбнулась она. — Так что, поехали?
Слитки мы загрузили под заднее сиденье. Тяжело нагруженная машина с трудом сдвинулась с места по песчаной почве, зато по асфальту, когда мы до него добрались, ехать оказалось очень комфортно. Благодаря сместившемуся вниз центру тяжести и почти предельной нагрузке, шла машинка по дороге, как поезд по рельсам. Главное в ямки не попадать.
Домой мне, прежде чем ехать в бар, так и так надо было заехать. Во-первых, инферняхе в город никак нельзя, она всё ещё вне закона. Не сомневаюсь, что у группы Лагранжа везде есть свои глазки и ушки, так что появление в центре города иномирной рогатой красавицы не пройдёт мимо них.
Ну а во-вторых… я шесть дней провёл в разломе! Конечно, по мере сил я соблюдал гигиену и пахну относительно свежо, но вот одежда… Короче говоря, мне надо освежиться и переодеться перед выходом в люди.
— Накинь капюшон, — напомнил я Ариэль, и мы вылезли из машины.
Дом, милый дом!
О-о-ох, как же приятно! Душ! А потом бассейн! А потом свежие чистые вещи!
Ариэль тоже быстренько сполоснулась и теперь чилила на диване. Чип за время нашего отсутствия поднаторел в корейских файтингах и сейчас учил инферняху играть. И пускай джойстик был размером с половину самого белкуса, пока что он выигрывал рогатую почти всухую.
— ВИР МАЛЬ КРОНД!!! — выкрикнула Ариэль, отшвыривая джойстик, когда игра отняла у неё управление, а виртуальный боец Чипа начал проделывать мудрёное фаталити.
— Чипчипчипчип, — ухахатывался белкус.
Просто идиллия! Любо-дорого посмотреть!
Тучки на небе совсем рассеялись и на улице стало поприятней. Наступал очередной тёплый и манящий вечер. Сегодня я заслужил отдых, как никто другой. Нужно срочно выпить и посмеяться. Кач и деньги — это классно, но если долго не смеяться, то и жить незачем. Ну… может кто-то со мной поспорит, но я считаю именно так.
«Белки, приглядывать за Ариэль! Никуда не выпускать!» — скомандовал я и двинулся к входной двери, как вдруг в неё постучали…
Та-а-а-ак. Твою-то мать, и кого там принесла нелёгкая?
— Кто там? — спросил я, не открывая.
— Добрый вечер! — раздалось снаружи. — Соседи… Откройте, пожалуйста!
Глава 8
Со всеми можно договориться
Через дверь я слышал, что модуляции у голоса явно женские, но так и в группе Лагранжа могут не одни мужики состоять. Может, я ещё не всех видел?
Эх, чёрт. А ведь так хотелось действовать по плану. Хотелось в кои-то веки провернуть изысканную многоходовочку, да так чтобы мы такие: «ага!», а все такие: «ого!», а мы такие: «не ждали!», а они такие: «ну бли-и-и-ин».
А что в итоге? В итоге сейчас я открою
