Первые крупные капли дождя стали падать на них, когда они выехали на открытое место. Проход свернул направо; слева от них скалы уступили свое место красивому лужку, покрытому густой травой, и Альдос догадался, что это и был тот бассейн в горах, о котором говорил ему Келлер. В сотне ярдов от них виднелась полоса леса, и, взглянув на него, Альдос увидел поднимавшийся около него дымок. Слышался звон топора, которым орудовал Мак-Дональд. Он опять обернулся к Иоанне и на этот раз увидел, что поняла и она: они достигли цели своего путешествия. Было видно, как она взволнована, потому что ее голос слегка дрожал.
— Это… здесь? — спросила она.
— Да, — ответил он. — Где-нибудь выше леса. Мне кажется, что я уже отсюда вижу то маленькое ущелье, о котором мне рассказывал Келлер.
Она больше не говорила ничего, пока они не въехали, наконец, в лес. И как раз вовремя, потому что не успел Альдос ссадить ее с лошади, как небо вдруг провалилось, и полил дождь. Ее волосы были уже мокрыми, когда он довел ее до палатки. Оказалось, что Мак-Дональд уже раскинул ее и разостлал одеяла, но сам куда-то скрылся. Оглушительно гремел гром. В течение нескольких минут подряд тянулся его непрерывный рев, потрясавший горами, точно величественный великан, стрелявший из гигантских пушек.
— Где же Мак-Дональд? — спросила Иоанна.
— Должно быть, любуется где-нибудь молнией, — ответил Альдос. — Когда я бежал сюда с вами, он треножил лошадей.
Он видел, как она дрожала, хотя и знал, что ей не было холодно. В полумраке палатки ему вдруг захотелось быть к ней поближе и взять ее за руку. А затем, так же неожиданно, как и начался, дождик прекратился совсем. Альдос поднялся и откинул полу палатки.
— Кончился, — сказал он. — Вы здесь посидите в палатке одна, Ледигрей. А я пойду и посмотрю, насколько удалось нашему Мак-Дональду промокнуть.
Иоанна не ответила, и Альдос ушел. Он знал, где найти старого охотника. Он дошел до конца леса и, вероятно, разыскивал теперь то слепое маленькое ущелье, в котором находилась гробница. И действительно, на расстоянии ружейного выстрела от себя он увидел уже возвращавшегося назад Мак-Дональда. Альдос не спрашивал его ни о чем, но старик, у которого с волос на голове и с бороды сбегали потоки воды, сразу прочитал по его глазам вопрос и ответил на него, показав рукой назад.
— Это там, — сказал он. — Сейчас же за той черной скалой. Уцелела и плита, и на ней вы найдете надпись. Действительно это Мортимер Фиц-Юз.
Над ними стали рассеиваться облака. Солнечный луч вдруг прорвал их и, пока они стояли так и осматривались кругом, засияло во всей своей красоте солнце и залило своим ласковым светом все горы. Мак-Дональд выколотил свою шапку о коленку и выжал другой рукой воду из бороды.
— Ну, за что мы примемся сейчас? — спросил он.
Альдос повернул к лесу. Иоанна сама ответила на этот вопрос. Она шла к ним навстречу. Не прошло и двух-трех минут, как она уже стояла рядом с ними. Альдос протянул ей руку, и она тотчас же подала ему свою. Мак-Дональд понял. Он повел их за собой прямо к черной скале. Дойдя до нее, он остановился. Альдос и Иоанна прошли дальше мимо него. Затем они тоже остановились, и Альдос освободил руку Иоанны.
С неожиданностью, которая удивила их всех, они наткнулись на могилу. Иоанна не произнесла ни малейшего звука. Альдосу показалось даже, что она перестала дышать. Целую минуту она простояла без движения, точно ее совсем оставила жизнь. Затем она медленно выступила вперед. Он не мог видеть ее лица. Так же медленно, как и она, он следовал за ней шаг за шагом по мере того, как она продвигалась вперед. Она стояла, наклонившись над плитой, стараясь вчитаться в уже начавшие стираться от времени буквы. Она подалась всем телом вперед, крепко прижав руки к бокам. Затем еще медленнее, чем подходила к могиле, обернулась к Альдосу и Мак-Дональду. Лицо ее было смертельно бледным. Она подняла руки к груди и крепко стиснула пальцы.
— Это его имя, — сказала она, и в ее голосе зазвучала едва сдерживаемая нотка ужаса. — Это его имя!
Иоанна посмотрела прямо на Альдоса, и он заметил, что она хотела ему что-то сказать и не могла. А затем подошла к нему и схватила его обеими руками за руку.
— То, о чем я хочу просить вас, ужасно, — едва выговорила она. — Вы можете подумать обо мне, что вам угодно, но только я должна иметь доказательства! Я должна, должна их иметь!
Она дико уставилась на него, и вдруг его стала осенять настоящая правда. Имя было выжжено раскаленным железом вот на этой самой деревянной доске, вделанной в плиту. Но ведь это одно только имя! А было ли что-нибудь там внутри, под этой грудой наваленных камней?
Позади них стоял Мак-Дональд и слышал их разговор. Теперь он выступил вперед. Своими сильными, как у гиганта, руками он отстранил немного назад Иоанну и с неожиданной для них обоих любезностью сказал:
— Вы и Джонни, уходите-ка обратно в палатку и постарайтесь развести там огонь. Я добуду вам доказательства!
— Пойдемте, — обратился к ней и Альдос и снова предложил ей руку.
Мак-Дональд вывел их из пещеры и, когда они все трое дошли до палатки, он незаметно для Иоанны захватил с собой лом и лопатку и побежал назад. Она вошла в палатку, и Альдос стал разводить костер на том месте, где уже потух костер Мак-Дональда. Ему ужасно хотелось тоже побежать обратно к могиле и начать помогать ему в его святотатственной работе. Но он знал, что Мак-Дональду было нужно, чтобы он оставался с Иоанной, потому что если пойдет он, то вместе с ним пойдет и она.
Он удивился той быстроте, с которой Мак-Дональд выполнял свою работу. Не прошло и получаса как уже послышался его призывный свист, и Альдос увидел его возле карликового сосняка у самого леса. Горец стоял там и держал что-то в руке. Оглянувшись назад, чтобы убедиться, что Иоанна еще не вышла из палатки, Альдос побежал к нему во весь дух. Мак-Дональд держал руке свой красный шейный платок, в котором что-то находилось, и протянул его Альдосу.
— Было совсем неглубоко, — сказал он. — Оказалось почти на самой поверхности; ну, вот совсем, совсем под самыми камнями!
Его голос звучал как-то хрипло и неестественно.
В платке оказалось что-то тяжелое, и трепет пробежал по всему телу Альдоса, когда он стал его разворачивать. Он не мог удержаться от восклицания, увидев часы и кольцо. Часы были золотые. Крышка на них уже достаточно потускнела, но все-таки он мог разглядеть на них инициалы, разобрать которые не смог. Кольцо тоже было золотое и представляло собой змею, ухватившую себя пастью за хвост, мужское, приблизительно со среднего пальца. Опять глаза Альдоса и Мак-Дональда встретились, и Альдос снова увидел странное, почти смущенное выражение на лице старого охотника. Он отвернулся и зашагал к палатке, и все с тем же выражением Мак-Дональд последовал за ним, опустив руки так, что они болтались у него по бокам, как плети.
