же тебя ни во что не ставит. Да и противный он. Индюк напыщенный.
Потому-то к ней так и относятся. Ну кто говорит такие вещи людям в лицо? Покачав головой, я отправляю в рот улитку в сливочном соусе. И Джейн наблюдает за мной с откровенным отвращением во взгляде. Остается только позавидовать ее незамутненности. Где она жила до этого? В лесной глуши? Не верю, что в свои девятнадцать она никогда не сталкивалась с элементарными правилами выживания в коллективе.
Или с манерами. Впрочем, южный акцент выдает ее с потрохами. Интересно, она выросла на ферме или просто в маленьком городке? Мы общаемся уже месяц, а Джейн так ничего о себе и не рассказала.
– Ты забавная, Джейн, – улыбаюсь я. Аккуратно промокаю губы салфеткой и откладываю вилку в сторону. – Не представляю никого, кто мог бы сморозить такую глупость мне в лицо и не покраснеть от стыда или злости. И если ты так со всеми общаешься, то ничего удивительного, что ребята тебе никак не помогают. Хотя среди них полно нормальных, таких стерв, как Джемма, еще поискать надо. Колледж – серпентарий. Или бассейн с крокодилами, тут как тебе больше нравится. А ты только и делаешь, что голову им в пасть суешь. Как я могла пройти мимо такого зрелища?
Но всякая темная лошадка рано или поздно превращается в изученную вдоль и поперек кобылу.
Полтора месяца назад
И теперь, когда мы с Джейн впервые перебрали на студенческой вечеринке, я тоже так думаю: да, подруге не хватает изящества и вкуса, она понятия не имеет, какой вилкой пользоваться за столом, если их приносят больше одной, и не разбирается в современной моде, но у нее отличное чувство юмора, и ей, в отличие от многих ребят на курсе, можно доверить вызвать такси, когда самой за руль уже не сесть, а отцу звонить стыдно.
Сколько я сегодня выпила? Цифры на экране телефона расплываются перед глазами, так что я прячу его обратно в сумочку. Уж явно больше нормы. Сейчас половина второго, а начали мы часов в восемь. В памяти отложились несколько странных мутно-зеленых коктейлей, один крепкий глоток водки и корова Джемма в красном платье. И не стыдно же было притащиться на вечеринку к Джейн, куда ее даже не звали?!
Да кто ей вообще позволил? Мне хочется подняться с небольшого дивана, но я лишь бессильно откидываюсь на спинку, запрокинув голову. На потолке сверкают лампы, переливаются разными цветами, вспыхивают мелкие огоньки. Или огоньки – это после выпитого? Ох, как же кружится голова.
– Вставай, Сильви, хватит себя жалеть, – звучит голос Джейн откуда-то сверху.
И звучит бодро, а ведь она тоже пила коктейли. Или все-таки нет?
– Давай-давай, а то окончательно разрушишь свой образ идеальной девчонки. А если тебя заметит Джемма? Или Дерек?
– Пусть этот урод катится ко всем чертям! – восклицаю я безнадежно пьяным тоном. – Хоть вместе с Джеммой!
– Боже мой, сколько ты выпила-то? Давай сюда.
Джейн достает телефон из моей сумочки, быстро перебирает пальцами по дисплею.
– У тебя что-нибудь еще дома есть?
Я выпрямляюсь и поправляю прическу, не представляя, как сейчас выгляжу. Выхватываю небольшое зеркальце и придирчиво оглядываю себя: прическа в порядке, макияж не потек. Освежить не помешает, конечно, но для многочасовой вечеринки и пары коктейлей очень даже неплохо.
– У меня есть кола. А всего остального тебе и так уже хватит. А то завтра будешь в таком состоянии, что не отличишь свое платье от моего свитера, зуб даю.
– Ой, ну не будь занудой, Джейн! Все равно у тебя дома ничего интересного нет. Только уродливое зеркало и какие-то сомнительные книжки за стеклом. Не знала, что ты увлекаешься астрологией, кстати.
– Эзотерикой, – хмыкает Джейн, прежде чем впихнуть телефон обратно мне в сумочку. – Но для тебя сейчас что астрология, что эзотерика, что биология – все едино. Держи, – она вручает мне бутылку воды. – Приди в себя, пока я с Майклом разберусь.
Внутри огромного бассейна с крокодилами поселился пес – большой, лохматый и не понимающий, что ему делать среди крокодилов, но на самом деле добрый и преданный. Джейн не просто устроила эту вечеринку, она еще и надела единственное приличное платье. Я сама помогала его выбирать, когда пыталась сделать из подруги человека. Получилось так себе.
Но какая разница, если Джейн все-таки влилась в коллектив? Если за эти полтора года нашла себе друзей? Какая разница, если с ней одной можно поговорить по душам, когда жизнь опостылела? И пусть Дерек делает что хочет, сегодня я чувствую себя прекрасно: у меня есть Джейн, кола в ее старом, потрепанном холодильнике и целая ночь впереди, чтобы как следует перемыть косточки и поганцу-капитану, и Джемме Андерсон, да хоть всему колледжу разом.
Не помню, когда я в последний раз общалась с кем-то так легко. Связь со школьными подругами оборвалась почти сразу, а в колледже… В колледже меня никогда не воспринимали всерьез. Так, красивое личико и классные связи. И те не работают.
– Пошли уже, чего сидишь? Весь вечер собираешься на диване тусоваться?
– Ничего крепче колы у тебя точно нет?
– Сильвия, прошу тебя, выпей воды и успокойся.
– Зануда.
И Джейн скрывается в толпе танцующих ребят, пропадает из виду. Сквозь грохот музыки не слышно собственного голоса, да и смех неподалеку доносится словно из-под толщи воды. Я лениво поворачиваю голову в сторону импровизированного танцпола в гостиной и надуваю пухлые губы. И почему никто не пригласил меня на танец?
Глава 12
Сильвия
Папа – не только ректор колледжа «Хейлис», но и владелец пары одноименных ресторанов в Нью-Йорке. Частенько он заглядывает туда с коллегами, устраивает званые ужины или закатывает фуршеты после очередной научной конференции. Но сегодня он пригласил туда не кого-то из профессоров, а меня – я получила предложение поужинать с отцом по электронной почте, как будто позвонить он не мог. Чем я лучше зануд из колледжа или его деловых партнеров, правда? Я недовольно надуваю губы, поглядывая на холодные и неприветливые слова на дисплее мобильного.
– Серьезно, пап? – вздыхаю я, готовая в любой момент отбросить смартфон в сторону.
Познакомиться с моим новым ухажером? С единственным, кто продержался дольше месяца? Хочется скрипеть зубами и смахивать со стола стоящие на нем контейнеры из-под ужина, а не писать нарочито вежливый, правильный ответ. Кто ему разболтал? Папа никогда не интересовался моей личной жизнью, так с чего бы ему понадобилось знакомиться с моим
