нюхаю его шоколадные волосы, сейчас забранные в низкий хвост, покусываю ушную раковину, пульс коротко сбивается и тарабанит чаще и мельче. Тук-ту-ук…Тук-ту-ук…Чувствую себя зверем…
– Заснул, кажется…– бормочет Гер и мягко снимает меня, немного потерянную, со своих колен, – Принеси сюда еду, Дин. И поговорить надо. Только тихо.
Киваю и делаю, как велит. Руки немного дрожат. Я уже привыкла к Геру. Прежнему. А сейчас будто впервые все. Взгляд жадно ловит каждое движение. Глаза встречаются, и бьет короткий разряд. Это мучительно…
И давит мысль, что это не мой выбор – Гер навязал мне себя этим укусом. Я не знала, что метка имеет такой эффект. На Земле и на Вальдене я видела только пары, где оба волки. Их взаимное болезненное притяжение объясняла себе, что они оба оборотни: и он, и она. Но, похоже, связь действует и на людей. Об этом говорили, да, но всегда уточняли, что это лишь симпатия, принятие. Даже если тебе до этого был отвратен волк, после укуса ты почувствуешь к нему расположение. Но я ведь не расположение ощущаю – меня буквально трясет…
В очередной раз перехватываю плавящийся янтарный взгляд Гера, блуждающий по моему лицу, и отвожу глаза. В районе холки печет, укус будто тикает, мурашки…
Расставляю прямо на полу перед волком тарелки с похлебкой, мясом и какими-то жареными овощами. Аппетитные жирные запахи щекочут обоняние, немного отвлекая. Подхватываю несколько оленьих шкур с настила в углу и устраиваюсь напротив Гера, поджав под себя ноги. Он едва заметно криво улыбается, задрав вверх один уголок губ, и берет кусок мяса, смотря мне в глаза. Облизываюсь, наблюдая за тем, как он ест, в голове туман.
– Как собираешься уйти отсюда? – шепот срывается.
– Так же, как и пришел. Отправишь Фрида за добавкой, – хитро щурится волк, жуя.
– Значит, мальчишку зовут Фрид. Он такой молодой, как он попал сюда?
– По решению суда, – хмыкает.
– За что?
– Уличная драка, если правильно помню. Были полные луны, обернулся, двоих порвал насмерть. Должны были усыпить, но отец – чиновник в торговой гильдии, так что отправили сюда. Обычная история, – равнодушно пожимает плечами.
А меня передергивает. Широко распахиваю глаза. Этот мальчишка…Убийца?
– Он не опасен? – севшим голосом интересуюсь.
– Нет, он нюхал какую-то дрянь для золотых детишек, вот и понесло. Сюда сбросили – еще месяц его ломало, но сейчас уже отошел давно. Обычный щенок.
Тоже беру маленький кусочек мяса. Жирное, ароматное, пряное и наконец соленое…М-м-м…
– А ты? – поднимаю на Гера глаза.
– Что я? – будто не понимает, хитро щурясь.
Но я чувствую, что и в нем изменилось что-то ко мне, и теперь он готов говорить о себе.
– Как попал сюда? Что сделал? – задаю прямой вопрос тихо.
Хмурит брови, беря овощи и не смотря на меня.
– Да вроде бы ничего, – тянет рассеянно, больше ничего не добавляя.
– Но тебя же судили за что-то?
– Нет, Ча-ари, – янтарные глаза смотрят теперь исподлобья в упор, – Мой штурмовик просто здесь упал, никакого суда.
– Как? – охаю.
Гер вздыхает, проводя по лицу ладонью. Видно, что ему неохота говорить, но все же отвечает.
– Я тогда служил в Межгалактическом флоте капралом. Три года после академии. Здесь недалеко, н перевалочной базе Эрь- Куо, командовал подразделением штурмовиков, сопровождающих суда с ценными грузами, – взгляд Гера туманится, смотря куда-то сквозь меня, будто он погружается в те времена, – Обычная ночь была. Мы с Рольфом, моим штурманом, на челноке – разведчике совершали дежурный облет своего сектора и… почему-то вырубились. Тогда ничего не поняли, это уже потом пустую гильзу из-под метанового газа нашли. Автопилот оказался настроен на Араю. Очнулись только уже тонущими в болоте здесь недалеко, на земле Багряных волков. Успели выскочить, штурмовик потом подняли стаей. Вот собственно и все.
Переводит на меня нечитаемый взгляд.
– А почему вас отсюда не забрали? – всплескиваю руками, от удивления начиная говорить громче, на что Гер криво улыбается и прикладывает палец к губам, чтобы сбавила пыл.
– Это же… – продолжаю возмущаться шепотом, – Здесь ведь за всем следят со спутников! Они должны были видеть, как падает ваш челнок!
– Если ты думаешь, что мы тут одни, от кого избавились таким образом, это не так, – кривится Гер.
Осекаюсь. Волк спокойно продолжает есть.
– Знаешь кто? – интересуюсь тихо.
– Догадываюсь, – равнодушно пожимает плечами, не смотря на меня, – Но это уже не имеет значения. С Араи нет выхода.
– Но ведь ты, получается, не должен здесь находиться, – не могу успокоиться. Мне кажется, это так несправедливо!
– Но нахожусь, – отрезает волк. Его явно начинает злить этот разговор.
– И как давно?
– Седьмой год.
Не знаю, что сказать на это. Сердце болезненно сжимается, колет. Мне так остро жаль его, и в тоже время я вижу, что никакая жалость моему волку не нужна. Смотрит сейчас холодно и хмуро. Жалеет, что сказал. Не придумываю ничего лучше, как поддаться порыву и сесть к нему на колени, обняв и прижав его голову к своей груди.
– Хватит, – мягко смеется, – Себя пожалей…
– Меня жальче, да, – рвано выдыхаю, тоже улыбаясь.
Гер поднимает голову и целует меня в губы. Сначала легко, потом жарче, потом опять, едва касаясь губами, и отстраняется.
– Расскажи про Хара лучше. Старый кобель не из тех, кто просто так хочет кому-то помочь, – хмурится волк.
– Я сама не знаю, Гер. Моя мать когда-то была прислугой в его поместье на Земле, и заодно его любовницей. Но это никак не сказывалось на нашем положении среди других работников. Ты же понимаешь…Просто доступная самка для великородного фрая. Нет, мы не жаловались, мы были одеты, сыты, у меня даже были робкие планы на будущее, не связанные с возможностью стать сосудом или сгнить на шахте, но… Никакого особенного отношения никогда не было к моей маме, а меня фрай и вовсе не замечал. Я думала, он и не узнает меня, а он узнал, оказывается, и даже сказал, что, в память о моей матери, попробует помочь…
Неопределённо повожу плечами, добавляя:
– Я и сама была удивлена.
– Странно, – бормочет Гер, – старина Хар совсем не сентиментален…А кем он был на Земле?
– Фрай Харгард? Наместником, заведовал безопасностью. Его, кажется, на взятках от подполья поймали.
– Хм-м-м, – тянет Гер, делаясь задумчивым и рассеяно прижимая меня к себе ближе.
– Слушай, а кто с Роной был? – шепчу я.
– Рольф, – просто отвечает волк.
– Ты подарил ее другу? – в моем голосе сквозит осуждение, на что Гер начинает ехидно ухмыляться.
– Подарил? Да кто еще кого кому подарил?! Я едва выйти успел, как она уже на него запрыгнула. Вертянка шустрая и ей
