грамма страха, ни один мускул не дрогнул у Медяка, но в глазах растерянность. — Не давил я сегодня никого. Некогда было. Нож я целый день ковал.
— И вчера не давил? — Сощурился Угрюм.
— Я что вам, каток асфальтовый, или пресс кузнечный? Зачем мне кого-то давить? Да и Зануда не блоха… А чего случилось-то? Да убери ты свою пукалку от меня. — Он отвел кольт Максима ладонью в сторону.
— Профессор пропал, и мы его ищем, к его пропаже Зануда имеет какое-то отношение, но того убили. — Вздохнул Угрюм.
— А я-то тут причем? — Не понял Медяк. — Я кузнец, а не бандит, на мокруху не пойду, да и зачем, когда и так платят неплохо, с голоду не пухну. Шли бы вы себе, поздорову, от греха подальше.
***
— Засада. — Угрюм выглядел растерянным. — Ума не приложу, кого еще в подозреваемые назначить. Тут, в поселке, почти все жадные, но только на преступление не пойдут, слишком трусливые, те кто дальше, в Уйын сунуться побоялся, и тут осел. Такие на поступок не способны. А украсть Профессора, да еще и Зануду грохнуть… Нет, пожалуй, кроме Медяка и Помело тут больше нет таких…
— Если мелочи так важны, то не просто так васа вспомнил про раков. — Задумался Максим. — С водой как-то смерть Зануды связана.
— Точно! — Хлопнул себя по лбу Угрюм. — Тело в реке спрятали, тут больше никаких водоемов нет. В таком случае…
— В таком случае кузнец не при чем, он слишком далеко, от воды, а вот дом Помело прямо на берегу. — Продолжил размышления Гвоздев.
— Нет, не вяжется. — Нахмурился глава поселения. — Помело на вырубке, не мог же он быть одновременно, и тут, и там.
— А его жена? — Спросил без всякой надежды в голосе Максим.
— Оторва? — Задумался Угрюм. — А ведь она могла, не зря ведь такое погоняло получила. Только непонятно, как она с Занудой умудрилась схлестнуться. Она ведь не вылезает со своего огорода, а он со своей скамейки не поднимался.
— Так давай сходим к ней и узнаем. — Пожал плечами Гвоздев. — Ночь правда на дворе, не время в гости ходить.
— Время, не время, какая теперь разница. У нас другого выхода нет, нам Профессора найти срочно надо. Иначе конец всему поселению. — Вздохнул Угрюм.
— Так чего ты один корячишься, поднял бы народ, пусть помогают, если жить хотят. — Рыкнул зло Максим. — Это их тоже касается, между прочим.
— Ты местный контингент не знаешь. Инициативы в них ноль, все кто на поступок способны, дальше уходят, а тут амебы бесхребетные остаются. Им самое главное, чтобы безопасно было, и кое-как прожить можно. Плевать они на задания Полоза хотели с риском связанные. Живут в этом болоте, и рады. — Огрызнулся Угрюм.
— А ты тут тогда чего делаешь? На амебу вроде не похож, от каждого шороха не вздрагиваешь? — Максим посмотрел в глаза собеседника.
— Квест у меня тут основной. — Вздохнул тот. — Был. Некуда мне идти больше, пришел уже я. Тут и останусь наверно до конца. Но хватит разглагольствовать. Пошли к Оторве. Только аккуратно. Держи ухо в остро, она баба вспыльчивая и непредсказуемая.
***
Ночь давно вступила в свои права. Луна спряталась за тучи, и мир погрузился в полную тьму. Как Угрюм находил дорогу, непонятно, кругом, куда не кинь взгляд, черный мрак, даже друг друга они видят с трудом.
Свет показался неожиданно. Два мерцающих огня в окошках полуземлянки Помело, как два маячка во мраке, указывали нужную дорогу. Ищущие Профессора люди прибавили шагу. Неожиданный сдавленный крик боли, волнением, и надеждой на скорое окончание поисков, нарушил ночную тишину.
Кричали со стороны полуземлянки, голосом полным надрывной боли, страданья и страха. Они бросились бежать в ту сторону, на ходу вытаскивая пистолеты.
Угрюм с разбегу врезал в закрытые двери плечом, но те устояли и не поддались грубому напору.
— Открывай Оторва. Отдай профессора! Или я буду убивать тебя медленно. Открывай, я знаю, что он у тебя! — Рев хозяина поселения, вперемешку с грохотом сыплющихся в двери пинков не обещал ничего хорошего забаррикадировавшейся в доме женщине.
— Быстро ты догадался. — Послышался глухой, насмешливый голос. — Давай Угрюм договариваться, ты уходишь, а я отпускаю деда. Будешь дальше ломиться, я сначала отрежу ему голову, а потом встречу тебя в упор двенадцатым калибром.
— Послушай. — Вмешался в разговор Максим. — Зачем тебе это все? Ведь «Слово», которое должен мне передать Профессор, спасет все поселение. Отпусти его, и мы уйдем.
— Ты считаешь меня дурой. — Раздался смех. — Угрюм никогда не отпускает того, кто покусился на покой его Сытухи, он носится с этим как курица с яйцом. — Смех стих и раздалось зловещее шипение. — Плевала я тут на всех. Пусть сдохнут. С помощью «Слова», я открою проход к Горному, узнаю, как убить менквов, и буду за камушки отбивать их нападения на города и деревни. Я буду знаменита и богата.
— Ты сдохнешь тварь! — Рявкнул Угрюм.
— Не пугай. Я может и сдохну, но заберу и еще кое-кого с собой, так что ищи выход из этого положения Угрюм. Тебе разрешить создавшуюся ситуацию важнее чем мне, а у меня пути назад нет. Думай Угрюм, думай, и не ошибись.
Хозяин поселения резко повернулся к Максиму, и предупреждающе прижав указательный палец к губам, зашептал:
— Подыграй мне. Ты добрый полицейский я злой. — Он вновь повернулся к дверям и заговорил громко, словно обращаясь к своему напарнику. — Давай их тут спалим к чертям собачьим. «Слово» конечно важно, но ведь можно еще раз у Вакуля квест взять, и узнать его по новой, время позволяет.
— Но там Профессор. — Подмигнул заговорщически Максим. — Я так не могу! Он не в чем не виноват. Оторву, конечно, наказать надо, но деда жалко.
— Ну и что? Подумаешь. Дед свое пожил, пора и на покой. Зато подумай, какое будет удовольствие слушать как воет от боли эта сука! — Засмеялся Угрюм. — Где-то тут у них сено припасено, пойдем сходим да принесем, как раз уже светает, все не впотьмах ковыряться. — Он затопал ногами, словно пошел прочь.
— Ты что задумал, упырь?! — Заорала Оторва. — Совсем берега попутал?! Ты
